4702010100-576  042 (02)-83
ѕодписное  »здательство ЂЌаукаї, 1983 г.

© "Ќеизвестные страницы –усской истории", 1998 г.


‘. ћ. ƒќ—“ќ≈¬— »…

ƒЌ≈¬Ќ»  ѕ»—ј“≈Ћя

≈жемес€чное издание
1877
—≈Ќ“яЅ–№ Ч ЌќяЅ–№


ќ√Ћј¬Ћ≈Ќ»≈

≈Ќ“яЅ–№

√Ћј¬ј ѕ≈–¬јя

I. Ќ≈—„ј—“Ћ»¬÷џ » Ќ≈”ƒј„Ќ» »
II. ЋёЅќѕџ“Ќџ… ’ј–ј “≈–
III. “ќ ƒј Ќ≈ “ќ. ——џЋ ј Ќј “ќ, ќ „≈ћ я ѕ»—јЋ ≈ў≈ “–» ћ≈—я÷ј Ќј«јƒ
IV. ќ “ќћ, „“ќ ƒ”ћј≈“ “≈ѕ≈–№ ј¬—“–»я
V.  “ќ —“”„»“—я ¬ ƒ¬≈–№?  “ќ ¬ќ…ƒ≈“? Ќ≈»«Ѕ≈∆Ќјя —”ƒ№Ѕј

√Ћј¬ј ¬“ќ–јя

I. Ћќ∆№ Ћќ∆№ё —ѕј—ј≈“—я
II. —Ћ»«Ќя », ѕ–»Ќ»ћј≈ћџ≈ «ј Ћёƒ≈…. „“ќ Ќјћ ¬џ√ќƒЌ≈≈:  ќ√ƒј «Ќјё“ ќ Ќј— ѕ–ј¬ƒ” »Ћ»  ќ√ƒј √ќ¬ќ–я“ ќ Ќј— ¬«ƒќ–?
III. Ћ≈√ »… Ќјћ≈  Ќј Ѕ”ƒ”ў≈√ќ »Ќ“≈ЋЋ»√≈Ќ“Ќќ√ќ –”—— ќ√ќ „≈Ћќ¬≈ ј. Ќ≈—ќћЌ≈ЌЌџ… ”ƒ≈Ћ Ѕ”ƒ”ў≈… –”—— ќ… ∆≈Ќў»Ќџ

ќ “яЅ–№

√Ћј¬ј ѕ≈–¬јя

I.   „»“ј“≈Ћё
II. —“ј–ќ≈ ¬—≈√ƒјЎЌ≈≈ ¬ќ≈ЌЌќ≈ ѕ–ј¬»Ћќ
III. “ќ ∆≈ ѕ–ј¬»Ћќ, “ќЋ№ ќ ¬ Ќќ¬ќћ ¬»ƒ≈
IV. —јћџ≈ ќ√–ќћЌџ≈ ¬ќ≈ЌЌџ≈ ќЎ»Ѕ » »Ќќ√ƒј ћќ√”“ Ѕџ“№ —ќ¬—≈ћ Ќ≈ ќЎ»Ѕ јћ»
V. ћџ Ћ»Ў№ Ќј“ Ќ”Ћ»—№ Ќј Ќќ¬џ… ‘ј “, ј ќЎ»Ѕ » Ќ≈ ЅџЋќ. ƒ¬≈ ј–ћ»» Ч ƒ¬≈ ѕ–ќ“»¬ќѕќЋќ∆Ќќ—“». Ќј—“ќяў≈≈ ѕќЋќ∆≈Ќ»≈ ƒ≈Ћ

√Ћј¬ј ¬“ќ–јя

I. Cјћќ”Ѕ»…—“¬ќ √ј–“”Ќ√ј » ¬—≈√ƒјЎЌ»… ¬ќѕ–ќ— ЌјЎ:  “ќ ¬»Ќќ¬ј“?
II. –”—— »… ƒ∆≈Ќ“Ћ№ћ≈Ќ. ƒ∆≈Ќ“Ћ№ћ≈Ќ” Ќ≈Ћ№«я Ќ≈ ќ—“ј“№—я ƒќ  ќЌ÷ј ƒ∆≈Ќ“Ћ№ћ≈Ќќћ
III. Ћќ∆№ Ќ≈ќЅ’ќƒ»ћј ƒЋя »—“»Ќџ. Ћќ∆№ Ќј Ћќ∆№ ƒј≈“ ѕ–ј¬ƒ”. ѕ–ј¬ƒј Ћ» Ё“ќ?

√Ћј¬ј “–≈“№я

I. –»ћ— »≈  Ћ≈–» јЋџ ” Ќј— ¬ –ќ——»»
II. Ћ≈“Ќяя ѕќѕџ“ ј —“ј–ќ… ѕќЋ№Ў» ћ»–»“№—я
III. ¬џ’ќƒ ј УЅ»–∆≈¬џ’ ¬≈ƒќћќ—“≈…Ф. Ќ≈ Ѕќ… »≈, ј «Ћџ≈ ѕ≈–№я

ЌќяЅ–№

√Ћј¬ј ѕ≈–¬јя

I. „“ќ «Ќј„»“ —Ћќ¬ќ: У—“–ё÷ »≈Ф?
II. »—“ќ–»я √Ћј√ќЋј У—“”Ў≈¬ј“№—яФ

√Ћј¬ј ¬“ќ–јя

I. Ћј ≈…—“¬ќ »Ћ» ƒ≈Ћ» ј“Ќќ—“№?
II. —јћџ… Ћј ≈…— »… —Ћ”„ј…,  ј ќ… “ќЋ№ ќ ћќ∆≈“ Ѕџ“№
III. ќƒЌќ —ќ¬—≈ћ ќ—ќЅќ≈ —Ћќ¬÷ќ ќ —Ћј¬яЌј’,  ќ“ќ–ќ≈ ћЌ≈ ƒј¬Ќќ ’ќ“≈Ћќ—№ — ј«ј“№

√Ћј¬ј “–≈“№я

I. “ќЋ » ќ ћ»–≈. У ќЌ—“јЌ“»ЌќѕќЋ№ ƒќЋ∆≈Ќ Ѕџ“№ ЌјЎФ Ч ¬ќ«ћќ∆Ќќ Ћ» Ё“ќ? –ј«Ќџ≈ ћЌ≈Ќ»я
II. ќѕя“№ ¬ ѕќ—Ћ≈ƒЌ»… –ј« Уѕ–ќ–»÷јЌ»яФ
III. Ќјƒќ Ћќ¬»“№ ћ»Ќ”“”


—≈Ќ“яЅ–№

√Ћј¬ј ѕ≈–¬јя

I. Ќ≈—„ј—“Ћ»¬÷џ » Ќ≈”ƒј„Ќ» »

“рудно представить себе более несчастных людей, как французские республиканцы и их французска€ республика. ¬от уже скоро сто лет тому, как в первый раз по€вилось на свет это учреждение, и с тех пор каждый раз (теперь уже в третий), когда ловкие узурпаторы конфисковали республику в свою пользу, никто-то не вставал серьезно ее защищать, кроме какой-нибудь кучки. ¬сенародной сильной поддержки ни в один раз не было. ƒа и в те сроки, когда приходилось ей существовать, редко кто ее считал за дело окончательное, а не переходное. “ем не менее нет людей, более убежденных в сочувствии к ним страны, как французские республиканцы.

¬прочем, в первые две попытки создать во ‘ранции республику, в прошлом столетии и в 1848 году, всЄ же могли быть, особенно в начале попыток, некоторые основани€ у тогдашних республиканцев рассчитывать на сочувствие к ним страны. Ќо у нынешних, у теперешних республиканцев, Ч вот тех самых, которых в самом скором времени предназначено конфисковать, вместе с их республикой, кому-то в свою пользу, казалось бы, не могло быть никаких уже надежд на твердую будущность, даже и в случае некоторого сочувстви€ к ним страны (очень, впрочем, нетвердого, так как и существуют-то они теперь лишь отрицательно, по пословице: на безрыбье и рак рыба). ј между тем, накануне почти верного своего падень€, они убеждены в полной победе. » однако, что это за несчастные были люди и что за несчастна€ была эта последн€€ треть€ республика, которую хоть и признал покойник “ьер, но именно как рака на безрыбье! ¬спомним только, как €вилась эта треть€ республика на свет. ѕочти двадцать лет эти республиканцы ждали УславнойФ минуты, когда рухнет узурпатор и когда их оп€ть Упозовет странаФ. » что же случилось: захватив власть после —едана, эти неудачники принуждены были взвалить себе на плечи страшную войну, которой не хотели, но которою наградил их тот же узурпатор, уезжа€ курить свои папироски в прелестный замок ¬ильгельмсгеге. » если злилс€ на них этот коварный узурпатор, гул€€ по алле€м садов немецкого замка, за то, что они захватили оп€ть его власть, то наверно и усмехалс€ про себ€, минутами, ехидной усмешкою, при мысли о том, как отомстил он им, свалив на их слабые плечи свою вину. ѕотому что, как бы там ни было, а все-таки ‘ранци€ обвин€ла потом скорее их, чем его,Ч по крайней мере, более их, чем его, Ч в том, что они продолжали безнадежную войну, не сумели замирить тотчас же как прин€ли власть, отдали две большие провинции, три миллиарда, разорили страну, сражались неумело, распор€жались на авось, беспор€дочно и без контрол€, в чем до сих пор обвин€ют бывшего тогдашнего диктатора √амбетту, ни в чем, однако, не виноватого, а, напротив, сделавшего всЄ, что только можно было сделать при страшных тогдашних обсто€тельствах. ќдним словом, это обвинение в неумелости республиканцев и в загублении ими страны держалось и держитс€ даже теперь очень серьезно и твердо. ѕусть все понимают, что перва€ причина беды был император Ќаполеон, Уно они-то, дескать, зачем не сумели поправить дела, если вз€лись за него? ћало того Ч испортили его как нельз€ вообразить хужеФ Ч вот обвинение! ћало того: р€дом с обвинением пало на них даже что-то презрительное и смешное при мысли, в какой просак попались они в самом начале, как захватили власть, и, однако, что другое они могли тогда сделать? Ќе прин€ть этой войны, замирить с самого начала по прин€тии ими власти после —едана, было совсем невозможно: немцы и тогда потребовали бы уступки территории и денег, и что же бы сталось с республиканцами, если б они замирили на таких услови€х? »х пр€мо обвинили бы в малодушии, в бесславии страны, в том, что они, Уиме€ еще армиюФ, не сопротивл€лись, а позорно сдались. ’орошо было бы клеймо на их новой республике! ј так как дл€ них республика и ее восстановление во ‘ранции были гораздо дороже спасени€ страны, составл€ли всЄ, то они и принуждены были воевать, почти €вно предчувству€, что придут еще к большему позору в конце войны. «начит, и спереди был позор, и сзади сто€л позор Ч положение не только несчастное, не только трагическое, но в некотором отношении даже и комическое, ибо не в таком совсем виде воображали они воцаритьс€ после УтиранаФ!

Ётот комизм усугубилс€ еще более тем, что воцарились они все-таки с самым легким сердцем, несмотр€ ни на что, то есть не то чтоб они не горевали о ‘ранции Ч о, между ними есть превосходные люди по чувствам и даже истинные слуги отечества, в том случае, если оно будет называтьс€ республикой. ƒаже, может быть, есть и такие, один или другой, которые даже республику готовы поставить на второй план, была бы лишь счастлива ‘ранци€ (хот€ вр€д ли, впрочем, такие есть, именно разве один или другой, а не больше). Ќо дело в том, что все-таки они, чуть лишь замирили с немцами и расположились править страной уже на покое, как тотчас же вообразили себе, что страна в них влюбилась бесповоротно и что это по крайней мере. ¬от что было комично! –ешительно у вс€кого французского республиканца есть роковое и губ€щее его убеждение, что достаточно только одного слова УреспубликаФ, достаточно лишь только назвать страну республикой, как тотчас же она станет навеки счастливою. ¬се неудачи республики они всегда приписывают лишь внешним мешающим обсто€тельствам, существованию узурпаторов, злых людей, и ни разу не подумали о неверо€тной слабости тех корней, которыми скрепл€етс€ республика с почвой ‘ранции и которые в целые сто лет не могли окрепнуть и проникнуть в нее глубже. —верх того, республиканцы ни разу еще в эти шесть лет не подумали, что комическое положение их, унаследованное ими после Ќаполеона III, всЄ еще продолжаетс€ и теперь и что если прошла стара€ беда, то близитс€ нова€, подобна€ старой, котора€ непременно поставит их уже в самое комическое положение, в такое, при котором они уже и держатьс€ во ‘ранции будут не в состо€нии, и это в самом ближайшем, может быть, будущем. Ётот гр€дущий комизм состоит в том, что эта будуща€ беда, всЄ так же, как и прежн€€, заключаетс€ в исполнении ими высокого долга службы отечеству сознательно ему на пагубу, кроме того, всЄ так же, как и прежн€€, совершенно неотразима и составл€ет почти точь-в-точь такой же просак, в какой они попались и в 1871 году, и, наконец, к довершению досады Ч всЄ так же, как и прежн€€ беда, досталась им по наследству всЄ от того же Ќаполеона III, которого они так ненавид€т и которого пам€ть так проклинают. ¬ самом деле: кто теперь самый ревностный последователь французской республики и самый сочувствующий учреждению ее человек в целом мире? Ѕесспорно, кн€зь Ѕисмарк. ƒо тех пор, пока существует во ‘ранции республика, невозможна война Увозмезди€Ф. ¬ообразить только, что республиканцы могли бы решитьс€ вновь объ€вить войну немцам!  н€зь Ѕисмарк это понимает. ј между тем €сно как день, что огромный, сорокамиллионный организм ‘ранции не может оставатьс€ вечно в постыдной опеке √ермании. язвы залечатс€, потр€сение забудетс€, прибудут новые силы, нарастет здоровье, создадутс€ средства, войска, Ч и может ли страна, котора€ столь долго первенствовала между наци€ми политически, Ч не захотеть оп€ть прежней роли, прежнего положени€ в ≈вропе? Ёта минута, может быть, теперь уже вовсе не далека; избыток внутренних сил должен непременно стремить ее вырватьс€ из опеки Ѕисмарка и возвратить себе всю прежнюю независимость (теперь еще ‘ранцию никак нельз€ назвать независимою). » вот вс€ ‘ранци€, с первого нового шагу своего, натолкнулась бы лбом на свою республику. ќп€ть-таки повторю: вообразить только, что теперешние республиканцы могли бы захотеть в чем-нибудь сгрубить кн€зю Ѕисмарку, и до того, чтоб даже рискнуть на войну с ним? ¬о-первых, кто за ними и пойдет-то, если б даже сама ‘ранци€ хотела войны, а во-вторых, неизбежно представл€ющеес€ соображение: ну что если немцы их оп€ть разобьют? ¬едь тогда уже конец республики во ‘ранции окончательный, потому что их же и обвинит ‘ранци€ за неуспех и навеки уже прогонит, забыв, что сама же захотела Увозмезди€Ф и первенствующего прежнего положени€... ј скрепись республиканцы, не слушай новых голосов и криков, не объ€вл€й войну, Ч это значило бы идти против стремлени€ страны, и тогда страна оп€ть-таки сместила бы их и отдалась бы первому €вившемус€ ловкому предводителю. ќдним словом, и сзади —едан и впереди —едан! ћежду тем они наверно об этом совсем еще не начинали думать, несмотр€ на то, что новый порыв страны, может быть, очень близок. Ќикогда не думали и о том, что в сущности они не более как УпротежеФ кн€з€ Ѕисмарка и что ‘ранци€ с каждым годом ведь должна понимать это всЄ более и более, и именно по мере восстановлени€ и нарастани€ сил своих, а стало быть, и презирала бы их всЄ более и более, сначала про себ€ и не столь отчетливо, а потом гораздо отчетливее и, наконец, уже вслух, а не про себ€ только.

Ќо комического вида республиканцы не признают. Ёто люди патетические. Ќапротив, именно теперь они ободрились, после того как ћак-ћагон, президент УреспубликиФ, прогнал их с места и запер до новых, окт€брьских выборов палату. “еперь они УугнетенныеФ, а потому и чувствуют себ€ в ореоле; они ждут, что вс€ ‘ранци€ вдруг запоет марсельезу и закричит: УOn assassine nos freresФ (убивают братий наших!) Ч известный крик всех прежде бывших парижских уличных революций, после которого толпы бросались обыкновенно строить баррикады. ¬о вс€ком случае они ждут УзаконностиФ, то есть что страна, в негодовании на маршала ћак-ћагона, наклевывающегос€ будущего узурпатора, выберет вновь в палату всЄ прежнее республиканское большинство да еще сверх того прибавит новых республиканских депутатов, и тогда вновь собравша€с€ палата скажет строгое veto маршалу, и тот, испугавшись законности, подожмет хвост и стушуетс€. ¬ силе этой УзаконностиФ они непоколебимо уверены, Ч и не по скудости способностей, а потому, что эти добрые люди слишком уж люди своей партии, слишком долго т€нули всЄ одну и ту же канитель и слишком долго просидели в одном углу. ќни слишком долго страдали за возлюбленную свою республику, а потому и уверены в возмездии.   удивлению, и у нас в –оссии многие наши газеты вер€т в их близкое торжество и в неминуемую победу их УзаконностиФ. Ќо чем обеспечена эта законность, если ћак-ћагон не удостоит ей подчинитьс€, о чем и объ€вил уже стране в удивительном своем манифесте. Ќегодованием, гневом страны? Ќо маршал тотчас же найдет многочисленнейших последователей в этой же самой стране, как и всегда это бывало в подобных случа€х во ‘ранции. „то же тогда делать? Ѕаррикады строить? Ќо при нынешнем ружье и при нынешней артиллерии прежние баррикады невозможны. ƒа ‘ранци€ и не захочет их строить, если б даже и действительно она хотела республики. ”томленна€ и измученна€ столетней политической неур€дицей, она самым прозаическим образом рассчитает, где сила, и силе покоритс€. —ила теперь в легионах, и страна предчувствует это. ¬есь вопрос, стало быть, в том: за кого легионы?

II. ЋёЅќѕџ“Ќџ… ’ј–ј “≈–

ќб легионах, как об новой силе, гр€дущей зан€ть свое место в европейской цивилизации, € уже писал в май-июньском дневнике моем, то есть задолго до манифеста маршала-президента, Ч и вот всЄ так и случилось, как мне тогда показалось. ¬ этом удивившем всех манифесте маршал хоть и обещает следовать законности, обещает мир и проч., но тут же, сейчас же, пр€мо говорит, что если страна не согласитс€ с его мнением и пришлет ему с предсто€щих выборов прежнее республиканское большинство, то и он в свою очередь принужден будет не согласитьс€ с мнением страны и не подчинитьс€ ее выборам. “акой удивительный поступок маршала должен же чем-нибудь мотивироватьс€. Ќе мог бы он говорить таким €зыком и тоном с страной (‘ранци€ не деревн€ кака€-нибудь), если б не был твердо уверен в силе и успехе. ј потому €сно уже теперь, что вс€ его надежда на армию, в которой он совершенно уверен. » действительно, во врем€ летних путешествий по ‘ранции маршала, его во многих, слишком, кажетс€, во многих городах и провинци€х встречали довольно двусмысленно, но арми€ и флот обнаружили везде совершенную преданность и приветствовали маршала сочувственными криками. —омнени€ нет, что в добрых и даже, так сказать, неповинных чувствах маршала нельз€ сомневатьс€. ≈сли он и поступил так не по обычаю, пр€мо объ€вив вперед, что не послушаетс€ законного мнени€ страны, если та сама его не послушаетс€, то, конечно, лишь потому, что он желает, по-своему, принесть стране благоденствие и уверен в том, что принесет его. »так, не в нравственных качествах маршала надобно сомневатьс€, а в некоторых разве других... » действительно, маршал, кажетс€, один из таких характеров, которые не могут не быть в чьей-нибудь опеке, и с этой стороны характер этот представл€ет собою некоторые замечательные особенности. ¬опрос, например: дл€ кого он теперь работает? ƒл€ кого так стараетс€ и дл€ кого так рискует? —омнени€ нет, что он кругом в опеке, а между тем € уверен в том (впрочем, это все-таки личное мое мнение), что лишь один он, во всей ≈вропе, даже до сих пор совершенно убежден, что он ровно ни в чьей опеке не состоит, а действует сам по себе. Ћовкие люди, овладевшие им, веро€тно, и поддерживают в нем сами это убеждение до времени и поддакивают ему изо всех сил, между тем направл€€ его бесповоротно куда им угодно. ¬сЄ это, конечно, потому, что они отлично знают свойства подобных характеров и их самолюбий. Ќо таких ловких людей можно найти только в одной партии, правда, в огромнейшей и в сильнейшей, Ч в клерикальной. ќстальные все политические партии во ‘ранции не отличаютс€ ловкостью. ¬ самом деле, вопрос: если маршал в опеке, то в чьей? ¬от теперь совершенно известно, что бонапартисты ужасно заволновались, что кандидатов они выставили множество, что сам маршал покровительствует их кандидатам, что в победе на выборах они уверены, уверены и в армии, что императорский принц уже переехал на континент, говорили даже, что поедет в ѕариж. Ќо неужели, однако же, поверить, что маршал ћак-ћагон, столь уверенный в себе президент УреспубликиФ, берет на себ€ такую обузу хлопот и опасностей единственно, чтоб воцарить императорского принца? ћне кажетс€ (и оп€ть-таки это совершенно личное мое мнение), мне кажетс€, что нет. –азве, впрочем, есть там совершенно особые какие-нибудь комбинации, Ч например, какой-то слух, пронесшийс€ по газетам, с мес€ц назад, что императорский принц будто бы помолвлен с дочерью маршала и проч. Ќо если нет таких особенных секретных комбинаций, если особенных соглашений и договоров еще не существует, то мне кажетс€, что маршал наклонен скорее осчастливить страну в свою пользу, чем в чью-нибудь; и если поддерживает бонапартистских кандидатов, то уверенный, что они все-таки всех надежнее, а что всех их потом он направит как ему угодно. Ѕог знает какие у подобного ума могли зародитьс€ мысли. Ќедаром же один епископ, в приветственной речи маршалу, уже вывел ему, что он происходит по женской линии от  арла ¬еликого. ќдним словом, несколько лет президентства, может быть, действительно заронили в душу его некоторые раздражающие и фантастические впечатлени€.   тому же это и военный человек. ¬прочем, все эти рассуждени€ лишь мечтательные попытки разъ€снить загадочный характер. »стина же пока в том, что маршал в руках клерикалов и что они его направл€ют, хот€ он и, без сомнени€, думает, что это он их направл€ет и что они в руках его, а не он в их руках. Ќо они, конечно, уж не в его руках, и судьба ‘ранции, в насто€щий момент, решительно, кажетс€, зависит от них и от них одних. —омнени€ нет, что всЄ еще продолжаетс€ страшна€ подземна€ интрига, и хот€ вс€ ≈вропа давно уже, и с самого начала, знала, что клерикалы в насто€щем западноевропейском движении играют большую роль, но, кажетс€, те все-таки до сих пор скрывают и успели скрыть, какого объема и какой силы эта их роль, лавируют и пр€чутс€ за других до времени, за маршала, например, за бонапартистов, и так продолжитс€ дело до тех пор, пока они не достигнут задуманной цели. ¬ сущности им всЄ равно: маршал ли успеет или императорский принц. —импатий личных у них нет и не должно быть. ƒл€ них лишь задача одна: чтоб ‘ранци€ как можно скорее обнажила свой меч и ринулась на √ерманию. » вот дл€ этой-то цели они и раздавили республиканцев, неспособных стать за папу. “еперь же тихо и ловко выжидают: за кем будет больше шансов? ≈сли действительно императорский принц представит им больше шансов в способности объ€вить войну, то, может быть, они и за него уцеп€тс€ и проведут его в ѕариж, уже не дума€ о ћак-ћагоне. Ќо пока они, кажетс€, всЄ еще держатс€ маршала.  стати, недавно еще, говор€т, маршал, в разговоре, вслух упом€нул: Уѕро мен€ распростран€ют, что € хочу уничтожить республиканские учреждени€, и забывают, конечно, что €, принима€ президентство республики, дал слово их сохранитьФ. —лова эти могут подтвердить вполне догадку о нравственной невинности маршала, несмотр€ на все обвинени€ республиканцев.  ак честному и военному человеку, ему, стало быть, дорого его честное слово, и, уж конечно, он ему не изменит. Ќо если он сохранит республику и в то же врем€ прогонит республиканцев, то, значит, имеет в виду продолжать республику без республиканцев. Ќадо думать, что такова действительно политическа€ программа его и что его уверили, что она совершенно возможна. Ёта программа, вместе с тезисом: JТy suis et jТy reste (сел и не сойду), составл€ет, очевидно, цикл всех его политических убеждений вплоть до 1880-го года, когда кончаетс€ срок его президентству, а стало быть, и честному слову его. Ќо тогда уже начнетс€ мечта: УЅлагодарна€ страна, вид€, что он оставл€ет президентство, предложит ему, за спасение ее от демагогов, другую новую должность, ну хоть  арла ¬еликого, и тогда всЄ пойдет оп€ть как по маслуФ. —амо собою при этом, что движущие его хитрые люди, в том случае, если он в самом деле пожелает исполнить свое честное слово и сохранит республиканские учреждени€, промен€ют его тотчас же на Ѕонапарта, если сохраненна€ республика, хот€ бы и без республиканцев, помешала их дальнейшим планам. ¬виду того они, кажетс€, и склонили его, на вс€кий случай, поддерживать бонапартистские кандидатуры, уверив его, что это дл€ него хорошо. ¬о вс€ком случае, он продолжает быть в такой твердой опеке, что уже из нее не выскочит. ќдним словом, мир ожидают какие-то большие и совершенно новые событи€, предчувствуетс€ по€вление легионов, огромное движение католичества. «доровье папы, пишут, УудовлетворительноФ. Ќо беда, если смерть папы совпадет с выборами во ‘ранции или произойдет вскоре после них. “огда ¬осточный вопрос может разом переродитьс€ во всеевропейский...

III. “ќ ƒј Ќ≈ “ќ. ——џЋ ј Ќј “ќ, ќ „≈ћ я ѕ»—јЋ ≈ў≈ “–» ћ≈—я÷ј Ќј«јƒ

я изложил эту мысль мою довольно подробно в летнем май-июньском УƒневникеФ моем, но на главное место этой статьи моей, то есть что весь ключ теперешних и гр€дущих событий всей ≈вропы лежит в католическом заговоре и в предсто€щем, несомненном и огромном движении католичества, совпадающем с чрезвычайно близкою, по всей веро€тности, смертью папы и выбором папы нового, Ч на это главное место статьи моей, кажетс€, никто не обратил внимани€, и стать€ прошла (в печати) бесследно.

ћежду тем теперь € еще сильнее и увереннее держусь того же мнени€, чем два мес€ца назад. — тех пор было столько событий, подтвердивших мне мою догадку, что € уже не могу сомневатьс€ теперь в ее справедливости. — тех пор и газеты, наши и иностранные, стали поговаривать как будто на эту же тему, но всЄ еще как бы не реша€сь проговорить окончательный вывод. ¬от что говорили недавно Ућосковские ведомостиФ в превосходной передовой статье своей (Ућосковские ведомостиФ є 235). ќни цитируют, между прочим, мнение корреспондентов английских газет:

У орреспонденты английских газет пускаютс€ в весьма откровенные объ€снени€.  люч европейской политики, по их толкованию, в руках √ермании, и √ермани€ именно расположена еще тверже держатьс€ –оссии, чем прежде, по расчетам весьма пон€тным. ¬о-первых, в Ѕерлине увидели, что неудачи русской стратегии оживили и ободрили јвстрию, котора€, как полагают, все еще питает некоторую досаду против ѕруссии. «атем, главные враги √ермании Ч ‘ранци€ и католицизм, и обе эти силы всЄ свое сочувствие отдают на сторону “урции. ¬ начале восточных замешательств ‘ранци€, правда, несколько кокетничала с –оссией, но если тогда и было в стране некоторое сочувствие к нам, то оно теперь не только охладело, но совершенно повернулось на сторону турок. „то касаетс€ воинствующего католицизма, то он не только теперь, но и с самого начала решительно и со страстью, как всем известно, вз€л под свою защиту правоверную “урцию против схизматической –оссии. Ќеприличие рь€ных клерикалов дошло до того, что один из них отзывалс€ с некоторою нежностью о  оране, так что даже ультрамонтанска€ УGermaniaФ нашла нужным умерить подобные выходки замечанием, что хот€ и должна радоватьс€ победам турок над ненавистными русскими, но неловко выражать пр€мо сочувствие исламу. “ак как mot dТordre ( 1 )  католицизма замечательно совпадает с переменой общественного мнени€ ‘ранции в пользу турок и так как јвстри€, тоже католическа€, имеет интересы противные –оссии, то в Ѕерлине естественно опасаютс€ возможности такой католической и антипрусской лиги, в которую могли бы потом быть привлечены ультрамонтанские и сепаратистские интересы южной √ермании и Удаже јнгли€Ф. “ак толкуют английские корреспонденты, но несомненно, что јнглии принадлежит главна€ роль в интригах.

»так, мы по-прежнему остаемс€ наедине с “урциейФ.

¬сЄ это превосходно, и, однако, всЄ еще это не то, не насто€щее объ€сн€ющее и последнее слово, которое, к удивлению, никто как будто не хочет высказать, даже как будто еще и не предчувствует в надлежащей полноте. ¬ этой статье заговорили, однако, уже и о воинствующем католицизме, и о значении католицизма в глазах Ѕисмарка, и о теперешнем вли€нии его на ‘ранцию, и, наконец, даже о лиге, о том, что в Ѕерлине естественно опасаютс€ возможности такой католической и антипрусской лиги, в которую могли бы потом быть привлечены ультрамонтанские и сепаратистские интересы ёжной √ермании и Удаже јнгли€Ф. Ќо вот об лиге-то, об заговоре-то католическом € и говорил еще два мес€ца с лишком перед тем, как теперь заговорили, но € сказал тогда и последнее заключительное слово мое, то есть что в заговоре-то этом всЄ дело и заключаетс€, что от него теперь всЄ в ≈вропе и зависит и что даже сама€ ¬осточна€ война может в самом скором времени обратитьс€ в всеевропейскую, единственно вследствие этого огромного заговора умирающего римского католичества. ћежду тем в этих Умнени€х корреспондентовФ и во всей превосходной статье Ућосковских ведомостейФ всЄ еще как будто и. не хот€т допустить эту мысль и даже вместо того утверждают, что Ујнглии, несомненно, принадлежит главна€ роль в интригахФ и что мы Упо-прежнему остаемс€ наедине с “урциейФ. Ќо так ли это? Ќаедине ли? Ќе предстоит ли, напротив, в самом ближайшем будущем, что мы вдруг очутимс€ не наедине с “урцией, а наедине со всей ≈вропой.

¬ самом деле, что же такое этот Увоинствующий католицизмФ, который начали уже замечать и признавать все в насто€щих событи€х, откуда така€ воинственность, и даже Удо страстиФ, с которою католицизм вз€л под свою УзащитуФ правоверную “урцию против схизматической –оссии? Ќеужто всЄ из-за того только, Учто –осси€ страна схизматическа€Ф?  атоличеству в насто€щее врем€ столько хлопот и насущных забот, что обо всех этих древних церковных препирани€х ему некогда бы и думать. ј главное, откуда эта Улига католическа€Ф, которой так бо€тс€ в Ѕерлине? ¬от об этом-то обо всем € и распространилс€ два с лишком мес€ца назад, жела€ объ€снить это. » вывод мой был тот, что эта лига, которую теперь уже признают и другие, есть твердый и строго организованный католический заговор в видах обновлени€ римского светского владычества, существующий в насто€щую минуту во всей ≈вропе, что заговор этот будет иметь громадное вли€ние на все текущие событи€ ≈вропы и что, стало быть, ключ ко всем современным интригам лежит не там и не здесь, и не в одной только јнглии, а именно в этом несомненном всемирном католическом заговоре!

¬оинствующий католицизм берет €ростно Уи со страстьюФ против нас сторону турок. » даже в јнглии, даже в ¬енгрии нет столь €ростных ненавистников –оссии в насто€щую минуту, как эти воинствующие клерикалы. Ќе то что какой-нибудь прелат, а сам папа, громко, в собрани€х ватиканских, с радостию говорил Уо победах турокФ и предрекал –оссии Устрашную будущностьФ. Ётот умирающий старик, да еще Углава христианстваФ, не постыдилс€ высказать всенародно, что каждый раз с веселием выслушивает о поражении русских. Ёта страстна€ ненависть станет совершенно пон€тною, если признать, что римское католичество действительно теперь УвоинствуетФ и действительно на деле, то есть мечом, ведет теперь в ≈вропе войну против страшных и роковых врагов своих. Ќо кто теперь в ≈вропе самый страшный враг римского католичества, то есть светской монархии папы? Ѕесспорно, кн€зь Ѕисмарк. —амый –им был отн€т у папы в ту самую минуту величи€ √ермании и Ѕисмарка, в которую √ермани€ раздавила главного тогдашнего защитника папства, ‘ранцию, и тем тотчас же разв€зала руки королю италь€нскому, немедленно и зан€вшему –им. — тех пор вс€ забота католичества состо€ла в том, чтоб отыскать врага и соперника √ермании и кн€зю Ѕисмарку. —ам же кн€зь Ѕисмарк, с своей стороны, отлично понимает, во всей широте, и давно уже, что римское папское католичество, кроме того что есть вечный враг протестантской √ермании, столько веков протестовавшей против –има и идеи его во всех ее видах и против всех союзников ее, покровителей и последователей, но и понимает сверх того, что католичество есть именно теперь, то есть в самую важную минуту дл€ объединенной √ермании, Ч самый вреднейший элемент из всех мешающих этому объединению ее, то есть завершению здани€, над которым во всю жизнь так много потрудилс€ кн€зь Ѕисмарк. » кроме того, что в Ѕерлине опасаютс€ УвозможностиФ такой католической и аптипрусской лиги, в которую могли бы потом быть привлечены ультрамонтанские и сепаратистские интересы южной √ермании, Ч в Ѕерлине, кроме того, опасаютс€, и давно уже предвидели, что католичество, рано ли, поздно ли, а непременно послужит поводом к будущему подъему ‘ранции на унизившую, победившую и разорившую ее √ерманию, и что повод этот римское католичество подаст первее и скорее всех других, и что, стало быть, сама€ важнейша€ опасность объединенной √ермании кроетс€ именно в римском католичестве, а не в чем другом. » берлинское предвидение это выходило из естественно представл€вшегос€ и естественно необходимого соображени€, что, во-первых, во всем мире у папства нет теперь другого защитника кроме всЄ той же ‘ранции, что на ее лишь меч она единственно может рассчитывать, если только этот меч она успеет оп€ть твердо захватить в свою руку, и, во-вторых, что римское католичество есть еще далеко не раздавленный враг, что враг этот тыс€челетний, что жить этому врагу хочетс€ страстно, что живучесть его феноменальна, что сил у него еще множество и что столь огромна€ историческа€ иде€, как светска€ папска€ власть, не может угаснуть в одну минуту. ќдним словом, в Ѕерлине не только сознали врага, но и силу его. ¬ Ѕерлине не презирают врагов своих прежде бо€.

Ќо если католичеству так хочетс€ жить, и надобно жить, и если меч, который мог бы его защитить, лишь в руках одной ‘ранции, то выходит €сно, что –им и не упустит из рук ‘ранцию, особенно если дождетс€ удобной минуты. Ёта удобна€ минута наступила весною, Ч это русска€ война с турками, ¬осточный вопрос. ¬ самом деле: кто главнейший союзник √ермании? –азумеетс€, –осси€. Ёто отлично понимают в –име. ¬от почему так и обрадовалс€ папа русским УнеудачамФ: значит, главнейший союзник самого страшного врага папской власти отвлечЄн теперь от своего исконного союзника, √ермании, войной, а стало быть, √ермани€ теперь одна, Ч стало быть, и наступила именно та минута, которую так давно ожидало католичество: когда же, как не теперь, всего удобнее разжечь застарелую ненависть и бросить ‘ранцию в войну возмезди€ на √ерманию?

  тому же как раз подход€т и другие роковые сроки дл€ католичества, так что медлить уже нельз€ ему ни минуты. ѕриближаетс€ неизбежно скора€ смерть папы и избрание нового, и в –име слишком хорошо знают, что кн€зь Ѕисмарк употребит весь свой ум и все свои силы, чтобы нанести последний и самый страшный удар папской власти, повли€в из всех сил на избрание нового папы, но так, чтобы обратить его из светского владыки и государ€ не более как в простого патриарха, и если можно, то с его же и согласи€, и таким образом, разделив католичество на две враждебные части, добитьс€ его падени€ и разрушени€ всех замыслов, претензий и надежд его уже навеки. ј потому как же ему не спешить против Ѕисмарка всеми мерами? » вот, оп€ть-таки, как раз тут подвертываетс€ ¬осточный вопрос! ќ, теперь уже можно приискать дл€ ‘ранции и союзников, которых она нигде столько лет не могла найти, теперь можно сплотить даже целую коалицию. ѕусть вс€ ≈вропа обольетс€ кровью, но зато восторжествует папа, а дл€ римских исповедников ’риста это всЄ.

¬от они и начали работать. ѕрежде всего, разумеетс€, надо было добитьс€, чтобы ‘ранци€ стала за них.  ак это сделать? ќни уже сделали. “еперь уже все политики ≈вропы и вс€ европейска€ печать признают, что майский переворот во ‘ранции произведен клерикалами, но, оп€ть-таки, повторю, все как будто еще не признают за этим фактом того основного значени€, которое он заключает в себе. ¬се как будто решили, мес€ца четыре назад, что клерикалы произвели переворот во ‘ранции дл€ того только, чтобы получить себе в ней более простору, известные выгоды, льготы, расширение прав. “огда как невозможно и представить себе, чтобы переворот был зате€н не с самыми радикальными цел€ми, то есть чтобы добитьс€ (в видах близких смут, по смерти папы, в римской церкви) скорейшей и неотложной войны ‘ранции с √ерманией, именно войны! » увидите, чем бы ни кончилось дело, а они добьютс€ своего, добьютс€ войны, в которой, если восторжествует ‘ранци€, то, может быть, и папа добьетс€ вновь светской власти.

ќни сделали удивительно ловкое дело и, главное, выбрали такую минуту, когда всЄ как будто сошлось дл€ их успеха. Ќачать им надо было с того, чтобы прогнать республиканцев, которые ни за что бы не поддержали папу и никогда бы не решились на войну с √ерманией. ќни их прогнали. Ќадо было, сверх того, заставить маршала ћак-ћагона сделать непоправимую ошибку (именно непоправимую), чтобы направить его уже на бесповоротный путь; он и сделал эту ошибку: он прогнал республиканцев и объ€вил на всю ‘ранцию, что они уже не ворот€тс€. »так, начало уже положено твердое, и клерикалы пока спокойны; они знают, что если ‘ранци€ пришлет оп€ть в палату республиканское большинство, то маршал отошлет его назад. √амбетта объ€вил, что маршалу придетс€ или покоритьс€ решению страны, или оставить место. “ак решили за ним и все республиканцы, но они забыли, что девиз маршала: JТy suis et jТy reste (сел и не сойду), и он не сойдет с места. ясно, что вс€ надежда маршала на преданность легионов. ѕреданностью же легионов маршалу или кому бы там ни было хот€т воспользоватьс€ и клерикалы. Ѕыл бы только окончательно завершен дл€ них государственный переворот, а они уже его направ€т по-своему. ¬еро€тнее всего, что так и сбудетс€: они будут подле узурпатора, они будут направл€ть его. ј если бы даже и не были, то дело даже и без них пошло бы теперь уж само собою, благо, на насто€щую точку ими поставлено, совершилс€ бы только государственный переворот: они знают, какое колоссальное впечатление произведет на кн€з€ Ѕисмарка вс€ка€ государственна€ перемена во ‘ранции. ќн еще в 1875 году стремилс€ объ€вить войну ‘ранции, бо€сь ее каждогоднего усилени€. –еспубликанцы, которых он протежировал, не посмели бы начать с ним войну сами ни под каким бы даже предлогом, и отчасти он был спокоен доселе, вид€ их во главе враждебного государства, несмотр€ даже на каждогоднее усиление его. Ќо зато вс€кий новый переворот во ‘ранции естественно заставит его до крайности взволноватьс€. » в какую минуту: когда √ермани€ оставлена без естественного своего союзника, –оссии, когда јвстри€ (тоже старый соперник √ермании), в которой так много враждебных √ермании католических элементов, так вдруг сознала себе всю цену и когда јнгли€, с самого начала ¬осточной войны, с таким раздражительным нетерпением ждет и ищет себе в ≈вропе союзника! Ќу что если ‘ранци€, Ч должны рассуждать в Ѕерлине, Ч с своим будущим новым правительством во главе и около которого снуют клерикалы, направл€ют его и владеют им, Ч что если ‘ранци€ вдруг догадаетс€, что если уже быть войне возмезди€, то никогда она не найдет более удобной минуты, как теперь, чтобы начать ее, и таких значительных союзников, как теперь, чтобы поддержать ее! ј что если как раз к тому случаю умрет папа (что так возможно)? „то если клерикалы застав€т новое французское правительство за€вить кн€зю Ѕисмарку, что взгл€ды его на избрание нового папы с мнением ‘ранции не согласны (а это уж непременно случитс€, если будут прогнаны республиканцы)? „то если новое французское правительство при том догадаетс€, что если ему удастс€ (в видах возможности найти в ≈вропе могучих союзников) отвоевать хоть одну из отн€тых у ‘ранции в 1871 году провинций, то этим оно упрочит свою власть и вли€ние в стране, по крайней мере, лет на двадцать? Ќет, как тут не волноватьс€!

ј, главное, тут и еще одно маленькое обсто€тельство: немец заносчив и горд, немец не потерпит непокорности. ƒо сих пор ‘ранци€ была в полной и послушной опеке √ермании, давала отчет на запросы ее чуть не в каждом движении своем, должна была объ€сн€тьс€ и извин€тьс€ за каждую прибавленную дивизию в войске, за каждую батарею, и вдруг теперь эта ‘ранци€ осмелитс€ подн€ть голову! “ак что клерикалы, пожалуй, смело могут рассчитывать, что чуть ли не сам кн€зь Ѕисмарк первый и начнет войну. ’отел же он ее начать в 1875 году. Ќе начать войну значит упустить из рук ‘ранцию уже навеки. ѕравда, в 1875 году было не то, что теперь, но если јвстри€ будет на стороне √ермании, то... ќдним словом, в недавнем свидании верховных министров √ермании и јвстрии, веро€тно, говорили не об одном лишь ¬осточном вопросе. » если есть теперь в мире государство в самом выгодном внешнеполитическом положении, то это именно јвстри€!

IV. ќ “ќћ, „“ќ ƒ”ћј≈“ “≈ѕ≈–№ ј¬—“–»я

Ќо скажут: в јвстрии волнени€, половина јвстрии не хочет того, чего хочет ее правительство. ¬ ¬енгрии манифестации. ¬енгри€ так и рветс€ против русских за турок. ќткрыт какой-то даже заговор, англо-мадь€ро-польский. — другой стороны, слав€нские элементы ее территории хоть и за правительство в насто€щую минуту, но и на них правительство јвстрии посматривает косо и подозрительно, даже, может быть, косее, чем на венгерцев. ј если так, то можно ли сказать, что јвстри€, в данную минуту, в самом выгодном политическом положении, в каком только может находитьс€ европейское государство?

ƒа, это правда. ѕравда, что католическа€ работа идет несомненно и в јвстрии.  лерикалы дальновидны, им ли не пон€ть теперешнего значени€ этой страны, им ли упустить случай. » уже, разумеетс€, они не упускают случа€ разжечь в этой католической и УхристианнейшейФ земле всевозможные волнени€, под всевозможными до неузнаваемости предлогами, видами и формами. “олько вот что: кто знает, может быть в јвстрии, хот€ и делают, конечно, вид, что очень серд€тс€ на эти волнени€, но в сущности, пожалуй, и не очень на них серд€тс€, может быть, даже совсем напротив: берегут эти волнени€ на вс€кий случай в видах того, что они могут пригодитьс€ в ближайшем будущем... ¬сего очевиднее, впрочем, то, что јвстри€, хот€ и чувствует себ€ в самом счастливом политическом положении, но, в видах текущих событий, на дальнюю и очень определенную политику еще, может быть, не решилась, а только еще присматриваетс€ и ждет: что повелит ей сделать благоразумие? ≈сли же и решилась на что-нибудь, то разве на политику ближайшую, да и то условно. ¬ообще она в самом блаженном состо€нии духа, решаетс€ не спеша, ждет, зна€, что ее все ждут и что все в ней нуждаютс€, прицеливаетс€ на добычу, которую выбирает сама и сладостно облизываетс€ в видах близких и уже неминуемых благ.

Ќа недавних свидани€х канцлеров обоих немецких государств, может быть, очень много было затронуто УусловногоФ. ѕо крайней мере, австрийским правительством было уже объ€влено у себ€ во всеуслышание, что ничто на ¬остоке не произойдет и не разрешитс€ вне интересов јвстрии, Ч мысль чрезвычайно обширна€. “аким образом, даже и не дотронувшись до меча, јвстри€ уже уверена, что будет иметь знатное участие в русских успехах, если таковые окажутс€, и, может быть, еще знатнейшее, если таковые совсем не окажутс€. » это еще следу€ только ближайшей политике! ј в дальнейшей? ¬се уже и теперь так в ней нуждаютс€, ищут ее мнени€, ее нейтралитета, обещают, дар€т уже ее, может быть, и это только за то, что она сидит и говорит: У√мФ. Ќо не может же эта держава, столь сознающа€, конечно, теперь себе цену, не рассчитывать и на шансы дальнейшей своей политики, котора€ никому еще не известна, несмотр€ даже на дружеские свидани€ канцлеров, € уверен в том. ”верен даже, что до самого последнего и самого рокового момента эта политика никому не будет известна Ч что будет совершенно по предани€м и традици€м исконной политики јвстрии. » жадно, жадно, может быть, теперь присматриваетс€ она к ‘ранции, ждет судьбы ее, ждет новых интереснейших фактов, и, главное, в самом самодовольнейшем расположении духа. Ќо нельз€ ей, однако, и не волноватьс€: может быть, очень скоро придетс€ ей решитьс€ даже на самую дальнейшую политику и уже бесповоротно: волнение, конечно, в ее положении при€тное, но сильное. ¬едь понимает же она, и, может быть, очень тонко, что при вс€ком теперешнем перевороте во ‘ранции (столь близком и столь возможном), при вс€ком даже новом правительстве во ‘ранции (только бы не оп€ть республиканском), шансы столкновени€ √ермании с ‘ранцией решительно неизбежны, и даже в том случае, если б новые правители ‘ранции и сами не пожелали войны, а, напротив, стремились бы изо всех сил сохранить прежний мир. ќ, јвстри€, может быть, лучше всех способна постигнуть, что есть такие моменты в жизни наций, когда уже не вол€ и не расчет их влекут к известному действию, а сама судьба.

я позволю себе теперь вдатьс€ в одну фантастическую мечту (и, конечно, только мечту). я позволю представить себе, как думает јвстри€, в насто€щую гор€чую и неопределенную минуту, об этой самой своей дальнейшей политике, на которую она, конечно, еще не решилась, так как и факты не все еще €сно обозначились, но, однако, кто-то уже стучитс€ в дверь, она видит это, кто-то непременно хочет войти, даже и ручку замка уже повернул, но дверь еще не отворилась, и кто войдет, еще никому не известно. ¬о ‘ранции загадка, там она и разрешитс€, а пока јвстри€ сидит и думает, да и как ей не думать; если обнажатс€ мечи, если √ермани€ и ‘ранци€ брос€тс€ друг на друга уже окончательно, то за кого она тогда станет, с кем она тогда будет? ¬от самый дальнейший вопрос, а между тем так скоро, может быть, придетс€ ей дать на него ответ!

“ак как же ей не знать теперь себе цену: ведь за кого она вынет меч, тот и восторжествует. „то говорено на свидании канцлеров обеих немецких империй, никому не известно, но намеки-то между ними уж наверно были.  ак не быть намекам. ћожет быть, и €снее что-нибудь было сказано и предложено, чем только намеки. ќдним словом, подарков и гостинцев обещано ей множество, и это несомненно, так что она совершенно уверена, что останьс€ она в союзе с √ерманией, в случае войны ее с ‘ранцией, то получитс€ за это... много. » всего только за какой-нибудь нейтралитет, за то только, что посидит какие-нибудь полгода смирно на месте, в ожидании награды за доброе свое поведение, Ч вот что ведь всего при€тнее! ѕотому что де€тельного участи€ ее против ‘ранции, € думаю, никакому канцлеру от нее не добитьс€, уж јвстри€-то такой ошибки не сделает: не пойдет она добивать на смерть ‘ранцию, напротив, может быть, защитит ее в самую последнюю роковую минуту дипломатическим предстательством и тем обеспечит себе и еще награду. Ќельз€ же ей остатьс€ совсем без ‘ранции в дружеских объ€ти€х у такого гиганта, в какого вырастет, после второй победы над ‘ранцией, √ермани€. ѕожалуй, вдруг обнимет ее потом гигант, да так сожмет, невзначай, разумеетс€, что раздавит как муху. ј тут еще и другой восточный гигант, направо у ней, встанет наконец совсем с своего векового ложа...

Ч У’орошее поведение хороша€ вещь, Ч может быть, думает теперь про себ€ јвстри€, Ч но ...Ф. ќдним словом, в воображении ее не может не мелькнуть и друга€ мечта, сама€, впрочем, фантастическа€:

Уѕереворот во ‘ранции может начатьс€ даже нынешней осенью, и, может быть, скоро, очень скоро кончитс€. ≈сли пропадет республика или останетс€ в каком-нибудь номинально-нелепом виде, то, может быть, зимою же успеют произойти с √ерманией несогласи€.  лерикалы об этом уж постараютс€, тем более, что папа наверно умрет к тому времени, и тогда избрание его тотчас же подаст предлог к недоразумени€м и столкновени€м. Ќо и не умри папа, возможность недоразумений и столкновений останетс€ во всей силе. » если только √ермани€ твердо решитс€, то к весне же и начнетс€ война. Ќа другом конце ≈вропы зимн€€ кампани€ против “урции, кажетс€, тоже неизбежна, так что союзник √ермании к весне всЄ еще будет зан€т. »так, если загоритс€ война возмезди€, то ‘ранци€ тотчас же найдет двух союзников: јнглию и “урцию.

√ермани€, стало быть, будет одна... с »талиею, то есть почти всЄ равно что одна. ќ, конечно, √ермани€ заносчива и могуча. Ќо ведь и ‘ранци€ успела оправитьс€: у ней войска миллион, и всЄ же јнгли€ хоть кака€-нибудь да помощь: надо будет охран€ть от ее флота немецкие приморские города, стало быть, все же оставить войско, артиллерию, оружие, припасы. ¬сЄ же это хоть чем-нибудь да ослабит √ерманиюФ. Уќдним словом, шансов, чтоб сразитьс€ с успехом, у ‘ранции и без мен€ довольно, Ч думает јвстри€, Ч по крайней мере, вдвое больше, чем было в семидес€том году, так как ‘ранци€ наверно не сделает теперь тогдашних ошибок. «атем, разбита ли будет ‘ранци€ или нет, а € все-таки мое получу на ¬остоке: ничто на ¬остоке не разрешитс€ в противность интересам јвстрии. Ёто уже решено и подписано. Ќо... что, если €, в самую-то решительную минуту, благоразумно сохранив за собой всю свободу решени€, возьму да и стану за ‘ранцию, да и меч еще выну!Ф

¬ самом деле, что тогда выйдет? јвстри€ очутитс€ разом между трем€ врагами: »талией, √ерманией и –оссией. Ќо –осси€ будет страшно зан€та своей войной и ей будет не до нападений, »талии можно во вс€ком случае не очень уж бо€тьс€. ќстаетс€ одна √ермани€, но если она и вышлет на јвстрию силу, то хоть и ослабит тем себ€, но, уж конечно, не очень большую силу, потому что ей понадоб€тс€ все силы ее на ‘ранцию. ¬ самом деле, решись только јвстри€ на союз с ‘ранцией, и ‘ранци€ броситс€ на √ерманию, может быть, уж сама перва€, если б даже √ермани€ и не захотела дратьс€. ‘ранци€, јвстри€, јнгли€ и “урци€ против √ермании с »талией Ч это страшна€ коалици€. ”спех очень и очень может быть возможен.

ј при успехе јвстри€ может вдруг воротить всЄ утраченное при —адовой, даже ух как более того. «атем на ¬остоке выгод своих и всего уже ей обещанного она тоже никак не потер€ет. ј главное, несомненно выиграет в своем вли€нии в католической √ермании. Ѕудь побеждена √ермани€, даже и не побеждена, а только воротись она не совсем удачно с войны, Ч и единство √ермании сильно и вдруг покачнетс€. ¬ южной католической √ермании €витс€ сепаратизм, о котором, сверх того, постараютс€ изо всех сил клерикалы и которым јвстри€, уж конечно, воспользуетс€... даже до того, что, может быть, €в€тс€ тогда две √ермании, две объединенные германские империи, католическа€ и протестантска€. ј засим, усилившись тогда немецким элементом, јвстри€ могла бы пос€гнуть и на свой УдуализмФ, поставить ¬енгрию в прежние, древние и почтительные к себе отношени€, а затем, разумеетс€, распор€дитьс€ уж и с своими слав€нами, и этак как-нибудь уже навеки. ќдним словом, выгоды могли бы быть неисчислимы! ƒаже и в том, наконец, случае, если √ермани€ останетс€ победительницей, может быть, не будет еще такой беды, так как не может же она победить такую сильную коалицию так окончательно, как в 1871 году, а, напротив, наверно сама натрет себе бока. —тало быть, мир может быть заключен без особенно страшных последствий. У»так, за кого же стать? √де лучше, с кем выгоднее?Ф

¬виду насто€щего хода дел в ≈вропе такие радикальные вопросы про себ€ Ч в јвстрии несомненны...

V.  “ќ —“”„»“—я ¬ ƒ¬≈–№?  “ќ ¬ќ…ƒ≈“?   Ќ≈»«Ѕ≈∆Ќјя —”ƒ№Ѕј

 огда € начинал эту главу, еще не было тех фактов и сообщений, которые теперь вдруг наполнили всю европейскую прессу, так что всЄ, что € написал в этой главе еще гадательно, подтвердилось теперь почти точнейшим образом. УƒневникФ мой €витс€ в свет еще в будущем мес€це, 7-го окт€бр€, а теперь всего 29 сент€бр€, и мои, так сказать, Упрорицани€Ф, на которые € решилс€ в этой главе, как бы риску€, окажутс€ отчасти уже устарелыми и совершившимис€ фактами, с которых € скопировал мои Упрорицани€Ф. Ќо осмелюсь напомнить читател€м УƒневникаФ мой летний май-июньский выпуск. ѕочти всЄ, что € написал в нем о ближайшем будущем ≈вропы, теперь уже подтвердилось или начинает подтверждатьс€. », однако, € слышал тогда еще мнени€ о той статье: ее назвали (правда, частные люди), Уисступленным беснованиемФ, фантастическим преувеличением. Ќад силою и значением клерикального заговора просто сме€лись, да и заговора совсем не признавали. я, впрочем, еще недели две всего тому назад слышал мнение от УкомпетентногоФ лица, что факт смерти и избрани€ нового папы совершенно ничтожен и пройдет в ≈вропе бесследно. Ќо даже теперь уже известно, какую важность придает ему Ѕисмарк и об чем было говорено в Ѕерлине с  риспи. я написал в май-июньском УƒневникеФ моем, что гений кн€з€ Ѕисмарка постиг еще с самой франко-прусской войны, что самый страшный враг новообъединенной √ермании есть римский католицизм, который прежде всего послужит предлогом к великой войне Увозмезди€Ф, котора€ и охватит всю ≈вропу. Ёто нашли нелепым, и проч. и проч. » это всЄ потому, что € написал об этом тогда, когда еще никто, ни у нас, ни в европейской прессе, и не думал об этих вещах заботитьс€, несмотр€ на ¬осточную войну, уже гремевшую в мире и заботившую всех. ¬сем тогда представл€лось, что так одним ¬остоком и кончитс€. ¬прочем, и теперь, может быть, еще никто не верит почти в неминуемость европейской войны в ближайшем будущем. Ќапротив, недавно еще серьезно обращали внимание на мнение компетентных англичан (речь Ќордскота), что можно еще до зимы замирить. “ак что, пожалуй, € напрасно считаю мою насто€щую главу заранее устарелою: хот€ факты уже обозначились, хот€ огромное их значение уже выходит наружу, хот€ над всей ≈вропой уже несомненно носитс€ что-то роковое, страшное и, главное, близкое, но несмотр€ на эти обозначившиес€ факты, € уверен, очень многие найдут и теперь мои объ€снени€ этих фактов оп€ть-таки ложными и смешными, фантастическими и преувеличенными, потому что все принимают происход€щее теперь за несравненно меньшее и мельчайшее, чем оно есть в самом дело. “ут, как раз, например, подойдут во ‘ранции выборы, и ‘ранци€ вдруг пришлет в палату прежнее республиканское большинство, что очень может случитьс€, и вот, € почти в том уверен, все закричат, что всЄ кончилось благополучно, что небо рас чистилось, столкновений никаких, что ћак-ћагон повинилс€, бессильные клерикалы позорно стушевались и в ≈вропе оп€ть мир и УзаконностьФ. ¬се измышлени€ мои в этой главе покажутс€ оп€ть лишь продуктом досужего воображени€. ќп€ть скажут, что € фактам, положим, и совершившимс€, придал значение не точное, а, главное, такое, какого нигде им не придают. Ќо подождем оп€ть событий и увидим тогда, где была более точна€ и верна€ дорога. ј дл€ пам€ти, попробую, в заключение, еще раз обозначить точки и вехи этой уже открывающейс€ перед всеми дороги и на которую, волей-неволей, а, кажетс€, предназначено всем вступить. ƒелаю это дл€ пам€ти, чтоб потом можно было проверить. ¬прочем, это только проста€ и заключительна€ перечень этой же главы.

  1. ƒорога начинаетс€ и идет из –има, из ¬атикана, где умирающий старик, глава толпы окружающих его иезуитов, наметил ее уже давно.  огда же загорелс€ ¬осточный вопрос, иезуиты пон€ли, что наступило самое удобное врем€. ѕо намеченной дороге своей они ворвались во ‘ранцию, произвели в ней государственный переворот и поставили ее в такое положение, что близка€ война ее с √ерманией почти неминуема, даже если б она и не желала начать ее. ¬сЄ это задолго раньше того понимал и провидел кн€зь Ѕисмарк. ѕо крайней мере, кажетс€, только он один, и еще, может быть, за несколько лет до насто€щей минуты, разгл€дел и постиг своего важнейшего врага и всю ту огромную дл€ всего мира важность той последней битвы за существование свое, которую несомненно задаст всему свету умирающее навеки папское католичество в самом ближайшем будущем.
  2. Ёта рокова€ борьба в насто€щую минуту уже завершаетс€, а последн€€ битва близитс€ с страшною быстротою. ‘ранци€ была выбрана и предназначена дл€ страшного бо€, и бой будет. Ѕой неминуем, это верно. ¬прочем, есть еще малый шанс, что будет отложен, но лишь на самое короткое врем€. Ќо во вс€ком случае, неминуем и близок.
  3. “олько что бой начнетс€, как тотчас же и обратитс€ в всеевропейский. ¬осточный вопрос и восточный бой, силою судеб, сольетс€ тоже с всеевропейским боем. ќдним из замечательнейших эпизодов этого бо€ будет окончательное решение јвстрии: которой стороне отдать ей свой меч? Ќо сама€ существенна€ и важна€ часть этой последней и роковой борьбы будет состо€ть, с одной стороны, в том, что ею разрешитс€ тыс€челетний вопрос римского католичества и что, волею провидени€, на его место станет возрожденное восточное христианство. “аким образом, наш русский ¬осточный вопрос раздвинетс€ в мировой и вселенский, с чрезвычайным предназначенным значением, хот€ бы и совершилось это предназначение и перед слепыми глазами, не признающими его, до последней минуты способными не видеть €вного и не уразуметь смысла предназначенного. Ќаконец Ч
  4. (» пусть это назовут самым гадательным и фантастическим из всех предреканий моих, согласен заране.) я уверен, что бой окончитс€ в пользу ¬остока, в пользу ¬осточного союза, что –оссии бо€тьс€ нечего, если ¬осточна€ война сольетс€ с всеевропейскою, и что даже и лучше будет, если так расширитс€ дело. ќ, бесспорно, страшное будет дело, если прольетс€ столько драгоценной человеческой крови! Ќо утешение в том, по крайней мере, соображении, что эта проли€нна€ кровь несомненно спасет ≈вропу от вдес€теро большего изли€ни€ крови, если б дело отдалилось и еще раз зат€нулось. “ем более, что велика€ борьба эта несомненно окончитс€ быстро. Ќо зато разрешитс€ окончательно столько вопросов (римско-католический вместе с судьбою ‘ранции, германский, восточный, магометанский), столько уладитс€ дел, совершенно неразрешимых в прежнем ходе событий, до того изменитс€ лик ≈вропы, столько начнетс€ нового и прогрессивного в отношени€х людей, что, может быть, нечего страдать духом и слишком пугатьс€ этого последнего судорожного движени€ старой ≈вропы накануне несомненного и великого обновлени€ ее...

Ќаконец, прибавлю еще соображение: если вз€ть за правило, что обо всех мировых событи€х, даже самой огромной важности на самый поверхностный взгл€д, надо непременно судить по принципу: Унынче как вчера, а завтра как сегодн€Ф, Ч то не €вно ли будет, что правило это решительно л€жет вразрез с историей наций и человечества. ћежду тем это именно предписываетс€ так называемым реальным и трезвым здравомыслием, так что осмеиваетс€ и освистываетс€ чуть не вс€кий, который осмелилс€ бы помыслить, что завтра дело €витс€ дл€ всех глаз, может быть, совсем в иной форме, чем в какой т€нулось всЄ накануне. ƒаже теперь, например, когда уже пришли факты, не кажетс€ ли даже очень многим, что клерикальное движение есть сама€ мелка€ мелочь, что √амбетта скажет речь, и всЄ восстановитс€ по-вчерашнему, что война наша с “урцией, очень и очень может быть, кончитс€ к зиме, и тогда оп€ть по-прежнему начнетс€ биржева€ игра, железнодорожное дело, возвыситс€ рубль, покатим за границу и прочее и прочее. Ќемыслимость продолжени€ старого пор€дка дел Ч была €вною в ≈вропе истиною, дл€ передовых умов ее, накануне первой европейской революции, начавшейс€ в конце прошлого столети€ с ‘ранции. ћежду тем кто в целом мире, даже накануне созвани€ √енеральных Ўтатов, мог бы предвидеть и предсказать тогда ту форму, в которую воплотитс€ это дело почти на другой же день, как началось оно... ј уже когда воплотилось оно, кто мог, например, предсказать Ќаполеона I, в сущности бывшего как бы предназначенным завершителем первого исторического фазиса того же самого дела, которое началось в 1789 году? ћало того, во врем€ Ќаполеона I, может быть, вс€кому в ≈вропе казалось, что по€вление его есть решительна€ и совершенно внешн€€ случайность, нимало не св€занна€ с тем самым мировым законом, по которому предназначено было изменитьс€, с конца прошлого столети€, всему прежнему лику мира сего...

ƒа, и теперь кто-то стучитс€, кто-то, новый человек, с новым словом Ч хочет отворить дверь и войти... Ќо кто войдетЧвот вопрос: совсем новый человек или оп€ть похожий на всех нас, старых человечков?

√Ћј¬ј ¬“ќ–јя

I. Ћќ∆№ Ћќ∆№ё —ѕј—ј≈“—я

ќднажды ƒон- ихот, столь известный рыцарь печального образа, самый великодушный из всех рыцарей, бывших в мире, самый простой душою и один из самых великих сердцем людей, скита€сь с своим верным оруженосцем —анхой в погоне за приключени€ми, вдруг был объ€т некоторым недоумением, которое заставило его долго думать. ƒело в том, что часто великие древние рыцари, начина€ с јмадиса √алльского, истории которых уцелели в правдивейших книгах, именуемых рыцарскими романами (дл€ приобретени€ коих ƒон- ихот не пожалел продать несколько лучших акров своего маленького поместь€), Ч часто эти рыцари, во врем€ полезных всему миру и славных странствований своих, встречали вдруг и неожиданно целые армии, во сто даже тыс€ч воинов, насылаемых на них злою силою, злыми волшебниками, им завидовавшими и мешавшими им вс€чески достигнуть великой цели их и соединитьс€ наконец с их прекрасными дамами. ќбыкновенно происходило так, что рыцарь, встреча€ такую чудовищную и злую армию, обнажал свой меч, призывал в духовную помощь себе им€ своей дамы и затем врубалс€ один в самую средину врагов, которых и уничтожал всех, до единого человека.  ажетс€ бы, дело €сное, но ƒон- ихот вдруг задумалс€, и над чем же: ему показалось вдруг невозможным, чтобы один рыцарь, какой бы он силы ни был и даже если бы махал своим победоносным мечом целые сутки без вс€кой усталости, мог зараз уложить сто тыс€ч врагов, и это в одном сражении. „тобы убить каждого человека, нужно все-таки врем€, чтобы убить сто тыс€ч людей, нужно огромное врем€, и как ни махай мечом, а в несколько каких-нибудь часов, и зараз, одному этого не сделать. ћежду тем в этих правдивых книгах повествуетс€, что дело кончалось именно в одно сражение.  ак же это могло происходить?

Ч я разрешил это недоумение, друг мой —анхо, Чсказал наконец ƒон- ихот. Ч “ак как все эти великаны, все эти злые волшебники, были нечиста€ сила, то и армии их носили такой же волшебный и нечистый характер. я полагаю, что эти армии состо€ли не совсем из таких же людей, как мы, например. Ћюди эти были лишь наваждение, создание волшебства и, по всей веро€тности, тела их не походили на наши, а были более похожи на тела, как, например, у слизн€ков, червей, пауков. “аким образом, крепкий и острый меч рыцар€, в могучей его руке, упада€ на эти тела, проходил по ним мгновенно, почти без вс€кого сопротивлени€, как по воздуху. ј если так, то действительно он мог одним взмахом пройти по трем или по четырем телам, и даже по дес€ти, если те сто€ли в тесной куче. ѕон€тно после того, что дело чрезвычайно ускор€лось, и рыцарь действительно мог истребл€ть, в несколько часов, целые армии этих злых арапов и других чудищ...

«десь подмечена великим поэтом и сердцеведцем одна из глубочайших и таинственнейших сторон человеческого духа. ќ, это книга велика€, не така€, какие теперь пишут; такие книги посылаютс€ человечеству по одной в несколько сот лет. » таких подмеченных глубочайших сторон человеческой природы найдете в этой книге на каждой странице. ¬з€ть уже то, что этот —анхо, олицетворение здравого смысла, благоразуми€, хитрости, золотой средины, попал в друзь€ и сопутники к самому сумасшедшему человеку в мире; именно он, а не кто другой! ¬сЄ врем€ он обманывает его, надувает как ребенка и в то же врем€ вполне верит в его великий ум, до нежности очарован великостью сердца его, вполне верит во все фантастические сны великого рыцар€ и ни разу, во все врем€, не сомневаетс€, что тот завоюет ему наконец остров!  ак бы желалось, чтоб с этими великими произведени€ми всемирной литературы основательно знакомилось наше юношество. „ему учат теперь в классах литературы Ч не знаю, но знакомство с этой величайшей и самой грустной книгой из всех, созданных гением человека, несомненно возвысило бы душу юноши великою мыслию, заронило бы в сердце его великие вопросы и способствовало бы отвлечь его ум от поклонени€ вечному и глупому идолу средины, вседовольному самомнению и пошлому благоразумию. Ёту самую грустную из книг не забудет вз€ть с собою человек на последний суд божий. ќн укажет на сообщенную в ней глубочайшую и роковую тайну человека и человечества. ”кажет на то, что величайша€ красота человека, величайша€ чистота его, целомудрие, простодушие, незлобивость, мужество и, наконец, величайший ум Ч всЄ это нередко (увы, так часто даже) обращаетс€ ни во что, проходит без пользы дл€ человечества и даже обращаетс€ в посме€ние человечеством единственно потому, что всем этим благороднейшим и богатейшим дарам, которыми даже часто бывает награжден человек, недоставало одного только последнего дара Ч именно: гени€, чтоб управить всем богатством этих даров и всем могуществом их, Ч управить и направить всЄ это могущество на правдивый, а не фантастический и сумасшедший путь де€тельности, во благо человечества! Ќо гени€, увы, отпускаетс€ на племена и народы так мало, так редко, что зрелище той злой иронии судьбы, котора€ столь часто обрекает де€тельность иных благороднейших людей и пламенных друзей человечества Ч на свист и смех и на побиение камн€ми, единственно за то, что те, в роковую минуту, не сумели прозреть в истинный смысл вещей и отыскать их новое слово, это зрелище напрасной гибели столь великих и благороднейших сил может довести действительно до отча€ни€ иного друга человечества, возбудить в нем уже не смех, а горькие слезы и навсегда озлобить сомнением дотоле чистое и верующее сердце его...

¬прочем, € хотел только указать на ту любопытнейшую черту, которую, вместе с сотней других таких же глубоких наблюдений, подметил и указал —ервантес в сердце человеческом. —амый фантастический из людей, до помешательства уверовавший в самую фантастическую мечту, какую лишь можно вообразить, вдруг впадает в сомнение и недоумение, почти поколебавшее всю его веру. » любопытно, что могло поколебать: не нелепость его основного помешательства, не нелепость существовани€ скитающихс€ дл€ блага человечества рыцарей, не нелепость тех волшебных чудес, которые об них рассказаны в Управдивейших книгахФ, нет, а самое, напротив, постороннее и второстепенное, совершенно частное обсто€тельство. ‘антастический человек вдруг затосковал о реализме! Ќе акт по€влени€ волшебных армий смущает его: о, это не подвержено сомнению, и как же бы могли эти великие и прекрасные рыцари про€вить всю свою доблесть, если б не посылались на них все эти испытани€, если б не было завистливых великанов и злых волшебников? »деал странствующего рыцар€ столь велик, столь прекрасен и полезен и так очаровал сердце благородного ƒон- ихота, что отказатьс€ верить в него совсем уже стало дл€ него невозможностью, стало равносильно измене идеалу, долгу, любви к ƒульцинее и к человечеству. ( огда он отказалс€, когда он излечилс€ от своего помешательства и поумнел, возврат€сь после второго своего похода, в котором он был побежден умным и здравомысл€щим цирюльником  араско, отрицателем и сатириком, он тотчас же умер, тихо, с грустною улыбкою, утеша€ плачущего —анхо, люб€ весь мир всею великою силой любви, заключенной в св€том сердце его, и понима€, однако, что ему уже нечего более в этом мире делать.) Ќет, но смутило его лишь то, самое верное, однако, и математическое соображение, что как бы ни махал рыцарь мечом и сколь бы ни был он силен, всЄ же нельз€ победить армию во сто тыс€ч в несколько часов, даже в день, избив всех до последнего человека. ћежду тем в правдивых книгах это написано. —тало быть, написана ложь. ј если уж раз ложь, то и всЄ ложь.  ак же спасти истину? » вот он придумывает дл€ спасени€ истины другую мечту, но уже вдвое, втрое фантастичнее первой, грубее и нелепее, придумывает сотни тыс€ч наважденных людей с телами слизн€ков, но зато по которым острый меч рыцар€ может вдес€теро удобнее и скорее ходить, чем по обыкновенным человеческим. –еализм, стало быть, удовлетворен, правда спасена, и верить в первую, в главную мечту, можно уже без сомнений Ч и всЄ, оп€ть-таки, единственно благодар€ второй уже гораздо нелепейшей мечте, придуманной лишь дл€ спасени€ реализма первой.

—просите самих себ€: не случалось ли с вами сто раз, может быть, такого же обсто€тельства в жизни? ¬от вы возлюбили какую-нибудь свою мечту, идею, свой вывод, убеждение или внешний какой-нибудь факт, поразивший вас, женщину, наконец, околдовавшую вас. ¬ы устремл€етесь за предметом любви вашей всеми силами вашей души. ѕравда, как ни ослеплены вы, как ни подкуплены сердцем, но если есть в этом предмете любви вашей ложь, наваждение, что-нибудь такое, что вы сами преувеличили и исказили в нем вашей страстностью, вашим первоначальным порывом Ч единственно, чтоб сделать из него вашего идола и поклонитьс€ ему, Ч то уж, разумеетс€, вы втайне это чувствуете про себ€, сомнение т€готит вас, дразнит ум, ходит по душе вашей и мешает жить вам покойно с излюбленной вашей мечтой. » что ж, не помните ли вы, не сознаетесь ли сами, хоть про себ€: чем вы тогда вдруг утешились? Ќе придумали ли вы новой мечты, новой лжи, даже страшно, может быть, грубой, но которой вы с любовью поспешили поверить, потому только, что она разрешала первое сомнение ваше?

II. —Ћ»«Ќя », ѕ–»Ќ»ћј≈ћџ≈ «ј Ћёƒ≈…. „“ќ Ќјћ ¬џ√ќƒЌ≈≈:  ќ√ƒј «Ќјё“ ќ Ќј— ѕ–ј¬ƒ” »Ћ»  ќ√ƒј √ќ¬ќ–я“ ќ Ќј— ¬«ƒќ–?

¬ наше врем€ чуть не вс€ ≈вропа влюбилась в турок, более или менее. ѕрежде, например, ну хоть год назад, хоть и старались в ≈вропе отыскать в турках какие-то национальные великие силы, но в то же врем€ почти все про себ€ понимали, что делают они это единственно из ненависти к –оссии. Ќе могли же они в самом деле не понимать, что в “урции нет и не может быть сил правильного и здорового национального организма, мало того, Ч что и организма-то, может быть, уже не осталось никакого, Ч до того он расшатан, заражен и сгнил; что турки азиатска€ орда, а не правильное государство. Ќо теперь, с тех пор как “урци€ в войне с –оссиею, мало-помалу укрепилось и установилось, в иных местах в ≈вропе, даже уже действительное и серьезное убеждение, что наци€ эта не только организм, но и имеющий большую силу, котора€, в свою очередь, обладает свойством развити€ и дальнейшего прогресса. Ёта мечта плен€ет многие европейские умы все более и более, а наконец, даже и к нам перешла: и у нас в –оссии заговорили иные о каких-то неожиданных национальных силах, которые вдруг про€вила “урци€. Ќо в ≈вропе укрепилась эта мечта оп€ть-таки из ненависти к –оссии, у нас же Ч из малодуши€ и страшной поспешности пессимистских заключений, которые всегда были свойством интеллигентных классов нашего общества, чуть только лишь начинались где-нибудь и в чем-нибудь наши УнеудачиФ! ¬ ≈вропе случилось то же самое, что произошло в поврежденном уме ƒон- ихота, но лишь в форме обратной, хот€ сущность факта совершенно та же: тот, чтоб спасти истину, выдумал людей с телами слизн€ков, эти же, чтоб спасти свою основную мечту, столь их утешающую, о ничтожности и бессилии –оссии, Ч сделали из насто€щего уже слизн€ка организм человеческий, одарив его плотью и кровью, духовною силою и здоровьем. ќб –оссии же самые образованные европейские государства со страстью распростран€ют теперь совершенные нелепости. ¬ ≈вропе и прежде нас мало знали, даже до того, что всегда надо было удивл€тьс€, что столь просвещенные народы так мало интересуютс€ изучить тот народ, который они же так ненавид€т и которого посто€нно бо€тс€. Ёта скудость европейских о нас познаний и даже некотора€ невозможность ≈вропы пон€ть нас во многих пунктах Ч всЄ это в некотором отношении было дл€ нас до сих пор отчасти и выгодно. ј потому вреда не будет и теперь. ѕусть они кричат у себ€ о Упозорной слабости –оссии как военной державыФ, вопреки свидетельству дес€тков их же корреспондентов с самого пол€ войны, удивл€вшихс€ боевой способности, рыцарской стойкости и высочайшей дисциплине русского солдата и офицера; пусть самые возможные, хот€ бы и значительные, ошибки русского штаба в начале войны, они считают не только непоправимыми, но и органическими всегдашними недостатками нашего войска и нации (забыв, как часто мы их бивали в битвах за все последние два столети€). ѕусть, наконец, самые серьезнейшие из их политических изданий сообщают ≈вропе за точную истину об огромном бунте народа, предводимого нигилистами, на ¬ыборгской стороне в ѕетербурге, и о вытребованных русским начальством двух полках по железной дороге из ƒинабурга, дл€ спасень€ ѕетербурга, Ч пусть это всЄ говор€т они в слепой своей злобе. ѕовтор€ю, нам это даже выгодно, так как сами они не ведают, что твор€т. ¬едь, уж конечно, им бы хотелось возбудить у себ€ повсеместно к нам ненависть Укак к опасным противникам их цивилизацииФ, Ч и вот они же представл€ют нас в упадшем виде, в смешном до позора слабосилии как военной державы и как государственного организма. Ќо ведь кто так слаб и ничтожен, тот может ли возбуждать опасени€ и против себ€ коалиции? ј им именно нужно настроить против нас свое общество. —тало быть, во вред же себе говор€т, а коли так, то принос€т нам не вред, а пользу. ћы же подождем конца.

Ќо вообразить только, что к ним дошло бы самое полное, точное и истинное сведение о всей силе духа, чувства непоколебимой веры народа русского в справедливость великого дела, за которое обнажил меч государь его, и в несомненное торжество этого дела, рано или поздно? ¬ообразить, что в ≈вропе пон€ли наконец, что война эта дл€ –оссии есть национальна€ война в высшей степени и что народ наш вовсе не мертва€ и бездушна€ масса, как они всегда представл€ют его себе, а могущественный и сознающий свое могущество организм, сплоченный весь как один человек и нераздельный сердцем и волею с своею армиею, Ч о, какой бы страх и какое повсеместное волнение возбудило бы у них это сведение! », уж конечно, это скорее способствовало бы к действительной и €вной уже коалиции против нас ≈вропы, чем столь любезные им клеветы на наше слабосилие и падение. Ќет, уж пусть они лучше вер€т бунту на ¬ыборгской. Ќас же только ободрит, что они тому вер€т.

Ќо в ≈вропе все это пон€тно, и пон€тно, от чего это происходит. Ќо как у нас-то могут колебатьс€, волноватьс€ и даже верить в какие-то новые, вдруг открывшиес€, жизненные силы турецкой нации? „ем про€вила она эту силу? ‘анатизмом? Ќо фанатизм мертвечина, а не сила, у нас сто раз проповедовали это самые же эти люди, которые вер€т теперь в турецкие силы. √овор€т про турецкие победы. Ќо турки отразили, раз и другой, лишь наши атаки, а это победы, так сказать, отрицательные, а не положительные. ћы, сид€ в —евастополе, отразили раз приступ французов и англичан с страшною дл€ них потерею людей, но ≈вропа, однако же, не кричала тогда об нашей победе. ћы целые два последние мес€ца были гораздо слабее силами, чем турки, и что ж они не воспользовались этим, что ж не вытеснили нас за Ѕалканы, не прогнали за ƒунай? Ќапротив, мы везде удержали наши главные позиции и везде отразили турок. Ѕывало, что семь или восемь наших батальонов разбивают ихних двадцать, как недавно случилось под ÷ерковной. ”бежденные в силе турок указывают, однако, на их ружь€, которые лучше наших, и даже на их артиллерию, котора€ будто бы лучше нашей. Ќо они не хот€т припомнить, что мы в сущности воюем не с одними турками, а и с европейскими державами, что множество англичан служат офицерами в турецком войске, что вооружены турки на европейские деньги, что европейска€ дипломати€ во многом стала поперек нашей дороги с самого начала войны, лишив нас помощи естественных союзников наших, лишив нас даже насто€щих дорог наших в “урцию.  роме того, ≈вропа, ненавистью к нам, несомненно ободрила и фанатизм турок. ¬ ≈вропе открылс€, наконец, заговор целых шаек, уже организованных, с оружием, с деньгами, чтоб броситьс€ внезапно в тыл нашей армии. ¬ довершение там состр€пали недавно и заем дл€ турок, в огромный ущерб своему карману, и невозможный заем этот состо€лс€ единственно потому, что в ≈вропе так полюбили мечту о том, что “урци€ не государство слизн€ков, а действительно с такою же плотью и кровью, как и европейские государственные организмы. » это когда же, когда кровь целых провинций “урции лилась рекою, когда открыт даже правильный заговор между самими правител€ми “урции с целью истребить болгар всех до единого? “урки воюют с нами, корм€ и поддержива€ свое войско такими реквизици€ми припасов, лошадей и скота с болгар, которые не могут не разорить дотла эту богатейшую провинцию “урци€. » этим-то разорител€м и умертвител€м собственной страны просвещенные англичане дали взаймы денег, поверили .их экономической состо€тельности! Ќо пусть, пусть всЄ это там, там все-таки это поп€тно. Ќо у нас-то как же признают турок силой? –азорение дотла собственной земли и истребление в корень всего христианского населени€ страны Ч разве это сила? ƒа силы такой и до конца войны им не хватит. ѕервый оборот дела в нашу пользу Ч и всЄ это фантастическое здание их военной и национальной силы рухнет мгновенно и зараз и рассеетс€ как истинный призрак, вместе даже с их фанатизмом, который вылетит как из отворенного клапана пар.

Ќекоторые умные люди проклинают теперь у нас слав€нский вопрос, и на словах и печатно: Уƒались, дескать, нам эти слав€не и все эти фантазии об объединении слав€н! » кто нам навалил этих слав€н на шею, и дл€ чего: на вечную распрю с ≈вропой, на вечную ее подозрительность к нам, ненависть, и теперь и в будущем! ƒа будут же прокл€ты слав€нофилы!Ф и т. д. и т. д. Ќо эти восклицающие умные люди, кажетс€, имеют совершенно ложные сведени€ и о слав€нах и о ¬осточном вопросе, а многие так совсем даже и не интересовались им до самой последней минуты. ј потому спорить с ними нельз€. » ведь действительно им неизвестно, что ¬осточный вопрос (то есть и слав€нский вместе) вовсе не слав€нофилами выдуман, да и никем не выдуман, а сам родилс€, и уже очень давно Ч родилс€ раньше слав€нофилов, раньше нас, раньше вас, раньше даже ѕетра ¬еликого и –усской империи. –одилс€ он при первом сплочении великорусского племени в единое русское государство, то есть вместе с царством ћосковским. ¬осточный вопрос есть исконна€ иде€ ћосковского царства, которую ѕетр ¬еликий признал в высшей степени и, оставл€€ ћоскву, перенес с собой в ѕетербург. ѕетр в высшей степени понимал ее органическую св€зь с русским государством и с русской душой!. ¬от почему иде€ не только не умерла в ѕетербурге, но пр€мо признана была как бы русским назначением всеми преемниками ѕетра. ¬от почему ее нельз€ оставить и нельз€ ей изменить. ќставить слав€нскую идею и отбросить без разрешени€ задачу о судьбах восточного христианства (NB. сущность ¬осточного вопроса) Ч значит, всЄ равно что сломать и вдребезги разбить всю –оссию, а на место ее выдумать что-нибудь новое, но только уже совсем не –оссию. Ёто было бы даже и не революцией, а просто уничтожением, а потому и немыслимо даже, потому что нельз€ же уничтожить такое целое и вновь переродить его совсем в другой организм. »дею эту не вид€т и не признают теперь разве уж самые слепые из русских европейцев, да вместе с ними, и к стыду их, биржевики. Ѕиржевиками € называю здесь условно всех вообще теперешних русских, которым, кроме своего кармана, нет никакой в –оссии заботы, а потому взирающих и на –оссию единственно с точки зрени€ интересов своего кармана. ќни кричат теперь хором о торговом застое, о биржевом кризисе, о падении рубл€. Ќо если б эти биржевики наши были настолько дальновидны, чтоб понимать кое-что вне своей сферы, то они бы и сами догадались, что если б –осси€ не начала теперешнюю войну, то было бы им же хуже. „тоб были УделаФ, даже биржевые, надо, чтоб наци€ жила в самом деле, то есть насто€щею живою жизнию и исполн€€ свое естественное назначение, а не была бы гальванизированным трупом в руках жидов и биржевиков. ≈сли б мы не начали теперешней войны после всех цинических и обидных нам вызовов врагов наших и если б мы не помогли ист€зуемым мученикам, то сами же себ€ стали бы презирать. ј самопрезрение, нравственное падение и за ним цинизм Ч мешают даже УделамФ. Ќации живут великим чувством и великою, всех един€щею и всЄ освещающею мыслью, соединением с народом, наконец, когда народ невольно признает верхних людей с ним заодно, из чего рождаетс€ национальна€ сила Ч вот чем живут нации, а не одной лишь биржевой спекул€цией и заботой о цене рубл€. „ем богаче духовно наци€, тем она и матерь€льно богаче... ј впрочем, что ж € какие старые слова говорю!

III. Ћ≈√ »… Ќјћ≈  Ќј Ѕ”ƒ”ў≈√ќ »Ќ“≈ЋЋ»√≈Ќ“Ќќ√ќ –”—— ќ√ќ „≈Ћќ¬≈ ј. Ќ≈—ќћЌ≈ЌЌџ… ”ƒ≈Ћ Ѕ”ƒ”ў≈… –”—— ќ… ∆≈Ќў»Ќџ

≈сть теперь странные недоумени€ и странные заботы. ѕоложительно есть русские люди, бо€щиес€ даже русских успехов и русских побед. Ќе потому бо€тс€ они, что желают зла русским, напротив Ч они скорб€т об вс€кой русской неудаче сердечно, они хорошие русские, но они бо€тс€ и удач, и побед русских, Ч Употому-де, что €витс€ после победоносной войны самоуверенность, самовосхваление, шовинизм, застойФ. Ќо вс€ ошибка этих добрых людей в том, что они всегда видели русский прогресс единственно в самооплевании. ƒа самонаде€нность-то нам, может быть, и всего нужнее теперь! —амоуважение нам нужно, наконец, а не самооплевание. Ќе беспокойтесь: засто€ не будет. ¬ойна осветит столько нового и заставит столько изменить старого, что вы бы никогда не добились того самооплеванием и поддразниваньем, которые обратились в последнее врем€ лишь в простую забаву. «ато обнаружитс€ и многое такое, что прежде считалось даже умниками-обличител€ми нашими лишь мелочью, смешными пуст€ками и даже последним делом, но что, однако же, составл€ет главнейшую нашу сущность дела во всем. ƒа и не нам, не нам предаватьс€ шовинизму и самоупоению! √де и когда это случалось в русском обществе! ”тверждающие это просто не знают русской истории. ќб нашем самоупоении много говорили после —евастопол€: самоуверенность-де нас тогда погубила. Ќо никогда интеллигентное общество не было у нас менее самоуверенно и даже более в разложении, как в эпоху пред —евастополем.

 стати замечу: из писавших о нашем самоупоении и дразнивших нас им после —евастопол€ было несколько новых молодых писателей, обративших тогда на себ€ большое внимание общества и возбудивших в нем гор€чее сочувствие к их обличени€м. », однако, к этим истинно желавшим добра обличител€м присоединилось тогда тотчас же столько нахального и гр€зного народу, €вилось столько свистопл€ски, столько людей, совсем не понимавших, в чем сущность дела, а, между тем, воображавших себ€ спасител€ми –оссии, мало того Ч €вилось в их числе столько даже откровенных врагов –оссии, что они, под конец, сами повредили тому делу, к которому примкнули и которое повелось было талантливыми людьми. Ќо сначала и они имели успех, единственно потому, что чистые сердцем русские люди, действительно жаждавшие тогда повсеместно обновлени€ и нового слова, не разобрали в них негод€ев, людей бездарных и без убеждений, и даже продажных. Ќапротив, думали, что они-то и за –оссию, за ее интересы, за обновление, за народ и общество.  ончилось тем, что огромное большинство русских людей наконец разочаровалось и отвернулось от них, Ч а затем уж пришли биржевики и железнодорожники... “еперь этой ошибки, кажетс€, не повторитс€, потому что несомненно €в€тс€ новые люди, уже с новою мыслью и с новою силою.

Ёти новые люди не побо€тс€ самоуважени€, но и не побо€тс€ не плыть за старым. Ќе побо€тс€ и умников: они будут скромны, но будут уже многое знать, по опыту и уже на деле, из того, что и не снилось мудрецам нашим. ѕо опыту и на деле они научатс€ уважать русского человека и русский народ. Ёто-то познание они уж наверно принесут с собой, и в нем-то и будет состо€ть их главна€ точка опоры. ќни не станут сваливать всех наших бед и всех неумений наших единственно лишь на свойства русского человека и русской натуры, что обратилось уже в казенный прием у наших умников, потому что это и покойно и ума не требует. ќни первые эасвидетельствуют собою, что русский дух и русский человек, в этих ста тыс€чах взваленных на них обвинений, не виноваты нисколько, что там, где только есть возможность пр€мого доступа русскому человеку, там русский человек сделает свое дело не хуже другого. ќ, эти новые люди поймут наконец, несмотр€ на всю свою скромность, как часто наши умники, даже и чистейшие сердцем и желающие истинной пользы, Ч садились между двух стульев, жела€ отыскать корень зла.   этим-то новым люд€м, которые несомненно €в€тс€ после войны, примкнет много живых сил из народа и русской молодежи. ќни и до войны уже объ€вл€лись, но мы всЄ еще их не могли тогда заметить, и когда мы все здесь ожидали увидеть лишь зрелища цинизма и растлени€, они там €вили зрелище такого сознательного самоотвержени€, такого искреннего чувства, такой полной веры в то, за что пошли отдавать свои головы, что мы здесь лишь дивились: откуда вз€лось все это? Ќекоторые иностранные корреспонденты иностранных газет упрекали некоторых русских офицеров за то, что они самолюбивы, карьеристы, рвутс€ к отличи€м, забыва€ главную цель: любовь к родине и к тому делу, которому вз€лись служить. Ќо если и есть у нас такие офицеры, то всЄ же этим корреспондентам не дурно было бы узнать и о той молодежи или об тех, незаметных даже по чину своему офицерах, скромных слугах отечества и правого дела, которые умирали вместе с своими солдатами доблестно, с полным самоотвержением, вовсе уже не дл€ награды, не дл€ красы и не дл€ карьеры, а потому только, что были великие сердца, великие христиане и незаметные великие русские люди, которых так много, чуть не до последнего солдата, в нашем войске. «аметьте тоже, что, говор€ о гр€дущем новом человеке, € вовсе не указываю лишь на одних наших воинов, в ожидании того, когда они ворот€тс€. яв€тс€ и бесчисленные другие Ч все те, которые прежде так жаждали верить в русского человека, но не могли про€витьс€, и идти против всеобщего, царившего наружу, отрицани€ и пессимизма. Ќо теперь, созерца€, с какой верой в свои силы про€вилс€ русский человек там, они поневоле ободр€тс€ и повер€т, что есть насто€щие русские силы и здесь: откуда тамошние-то вз€лись, как не отсюда же? ј ободрившись, сплот€тс€ и скромно, но твердо примутс€ уже за насто€щее дело, не бо€сь ничьих громких и звонких слов. » всЄ таких старых, старых слов! ј умные старички наши все еще до сих пор уверены, что они-то и есть самые новые и молодые люди и что говор€т самые новые слова!

Ќо главное и самое спасительное обновление русского общества выпадет, бесспорно, на долю русской женщины. ѕосле нынешней войны, в которую так высоко, так светло, так св€то про€вила себ€ наша русска€ женщина, нельз€ уже сомневатьс€ в том высоком уделе, который несомненно ожидает ее между нами. Ќаконец-то падут вековые предрассудки, и Уварварска€Ф –осси€ покажет, какое место отведет она у себ€ УматушкеФ и УсестрицеФ русского солдата, самоотверженнице и мученице за русского человека. ≈й ли, этой ли женщине, столь €вно про€вившей доблесть свою, продолжать отказывать в полном равенстве прав с мужчиной по образованию, по зан€ти€м, по должност€м, тогда как на нее-то мы и возлагаем все надежды наши теперь, после подвига ее, в духовном обновлении и в нравственном возвышении нашего общества! Ёто уже будет стыдно и неразумно, тем более, что не совсем от нас это и зависеть будет теперь, потому что русска€ женщина сама стала на подобающее ей место, сама перешагнула те ступени, где доселе ей полагалс€ предел. ќна доказала, какой высоты она может достигнуть и что может совершить. ¬прочем, говор€ так, € говорю про русскую женщину, а не про тех чувствительных дам, которые кормили турок конфетами. ¬ доброте к туркам, конечно, нет худа, по всЄ же ведь это не то, что совершили там те женщины; а потому эти всего только русские старые барыни, а те Ч новые русские женщины. Ќо и не про тех одних женщин говорю €, которые там подвизаютс€ в деле божием и в служении человечеству; те своим по€влением только доказали нам, что в русской земле много великих сердцем женщин, готовых на общественный труд и на самоотвержение, Ч потому-что, оп€ть-таки, откуда же те-то вз€лись, как не отсюдова же? Ќо о русской женщине и о несомненном ближайшем жребии ее в нашем обществе € хотел бы поговорить побольше и особо, а потому и возвращусь еще к этой теме в следующем окт€брьском УƒневникеФ моем.

 

 

ќ “яЅ–№

√Ћј¬ј ѕ≈–¬јя

I.   „»“ј“≈Ћё

ѕо недостатку здоровь€, особенно мешающему мне издавать УƒневникФ в точные определенные сроки, € решаюсь, на год или на два, прекратить мое издание. ƒелаю это с чрезвычайным сожалением, потому что и не ожидал, начина€ прошлого года УƒневникФ, что буду встречен читател€ми с таким сочувствием. —очувствие это продолжалось всЄ врем€, до последнего дн€. Ѕлагодарю за него искренно. Ѕлагодарю особенно всех обращавшихс€ ко мне письмами: из писем этих € узнал много нового. » вообще издание УƒневникаФ, в продолжение этих двух лет, многому мен€ самого научило и во многом еще тверже укрепило. Ќо, к сожалению, € решительно принужден остановитьс€. — декабрьским выпуском издание окончитс€. јвось ни €, ни читатели не забудем друг друга до времени.

II. —“ј–ќ≈ ¬—≈√ƒјЎЌ≈≈ ¬ќ≈ЌЌќ≈ ѕ–ј¬»Ћќ

ќб наших военных ошибках в нынешнюю кампанию говорили и писали и в ≈вропе, и в –оссии. ѕродолжают рассуждать и теперь. ¬ерна€ и полна€ оценка наших военных действий, конечно, принадлежит лишь будущему, то есть по крайней мере может состо€тьс€ лишь по окончании войны; но некоторые факты выступают уже и теперь с достаточною полнотою, чтоб произнести о них более или менее точное суждение. Ќе о военных ошибках наших возьмусь судить €, малокомпетентный в этом деле человек (хот€ малокомпетентные-то, кажетс€, всех более у нас теперь и гор€чатс€). я лишь хочу указать на один современный факт (а не на ошибку), который доселе был военной наукой мало разъ€снен, мало наблюдаем, не успел быть оценен в своей современной сущности, который можно было угадывать лишь в теории, но который, практически, почти никогда не был подтвержден, вплоть до нынешней войны. Ётому роковому, до нынешней войны практически не подтвержденному в военном деле факту суждено было, как нарочно, про€витьс€ в самой полной своей силе и в самой окончательной своей точности, неминуемо в нынешнюю кампанию, потому что этот чисто военный факт как раз подошел к национальному военному характеру турок или, лучше сказать: к главному отличительному свойству их военного характера. ћало того, можно даже так заключить, что факт этот и не разъ€снилс€ бы, пожалуй, без турок, Ч по крайней мере, в ≈вропе, несмотр€ на недавние войны (и такие огромные войны как франко-прусска€ война), он еще не был разъ€снен, не успел определитьс€. “еперь, после рокового опыта текущей войны, он, разумеетс€, войдет в военное искусство и будет оценен по своему значению. Ќо в текущую войну роковое дл€ нас заключалось в том, что русска€ арми€, так сказать, наткнулась на этот неразъ€сненный во всем практическом своем значении военный факт и что предназначено было разъ€сн€ть его нам, русским, с огромным ущербом дл€ нас, по крайней мере до тех пор, пока смысл его не вы€снилс€ дл€ нас вполне. ћежду тем очень многие, и у нас, и в ≈вропе, наклонны до сих пор считать этот огромный ущерб, который мы понесли от этого неразъ€сненного факта, Ч единственно лишь нашей военной ошибкой, тогда как тут было нечто роковое и неминуемое, а не ошибка, и будь на нашем месте, например, хоть германское войско, то и оно бы ссадило себе на этом факте бока... хот€, может быть, скорее оценило бы его и поспешнее прин€ло меры. я хочу только сказать, что не все наши ошибки теперешней кампании Ч суть в самом деле ошибки и что важнейша€ из этих ошибок постигла бы и любую европейскую армию на нашем месте. ѕовтор€ю, мы наткнулись на неразъ€сненный военный факт и до разъ€снени€ его понесли ущерб, Ч а это нельз€ считать безусловной ошибкой. Ќо что же это за факт?

 огда €, в моей юности, слушал курс высших военных и инженерных наук в √лавном инженерном училище, тогда существовало у нас одно убеждение, считавшеес€ непреложным, одна инженерна€ аксиома. (¬прочем, поспешу оговоритьс€ в скобках: € так давно оставил инженерное и военное дело, что не претендую ни на .малейшую в этом смысле компетентность. я поступил в √лавное инженерное училище и слушал в нем шестилетний курс в конце тридцатых и в начале сороковых годов; затем, кончив курс и оставив училище, прослужил инженером лишь год, вышел в отставку и зан€лс€ литературой. “отлебен вышел трем€ или четырьм€ годами прежде мен€.  ауфмана € помню в офицерских классах. — младшим  ауфманом € был в одно врем€ еще в кондукторских. –адецкий, ѕетрушевский и »олшин были всего лишь одним классом старше мен€. »з моих же одноклассных товарищей удалились с пр€мого пути на путь шаткий и неопределенный всего только трое: €, писатель √ригорович и живописец “рутовский. ќдним словом, всЄ это было очень давно.) Ёта инженерна€ аксиома состо€ла в том, что нет и не может быть крепости неприступной, то есть как бы ни была искусно укреплена и оборонена крепость, но в конце концов она должна быть вз€та, и что, стало быть, военное искусство атаки крепости всегда превышает средства и искусство ее обороны. –азумеетс€, всЄ это лишь вообще и теоретически; отвлеченно рассматриваетс€ лишь существенное свойство обоих инженерных искусств, атаки и обороны крепостей. –азумеетс€ тоже, что нет правила без исключений; и у нас указывалось тогда на некоторые существующие крепости, которые будто бы были неприступны. √ибралтар, например, о котором, впрочем, мы знали лишь по слухам. Ќо в научном смысле все-таки никакой √ибралтар не мог и не должен был считатьс€ неприступным, и аксиома, что искусство атаки крепости всегда превышает средства и искусство ее обороны, оставалась непоколебимою.

ќ, другое дело на практике. »на€ крепость, например, может получить характер неприступной твердыни (не будучи таковою) потому только, что она, по тем или другим обсто€тельствам, может слишком долго задержать перед собою главные силы непри€тел€, истощить эти силы и таким образом сослужить службу, больше которой и нельз€ требовать. “отлебен, например, наверно знал, что —евастополь все-таки возьмут наконец, и не могут не вз€ть, как бы он ни защищал его. Ќо союзники уже наверно не знали и не предполагали, начина€ осаду, что —евастополь потребует от них таких напр€жений силы. Ќапротив, веро€тно, полагали, что —евастополь займет их мес€ца на два и войдет лишь как мимоходный эпизод в обширный план тех бесчисленных ударов, которые они готовились нанести –оссии и кроме вз€ти€ —евастопол€. » вот именно —евастополь-то и сослужил службу неприступной твердыни, хот€ и был вз€т под конец. ƒолгой, неожиданной дл€ них гениальной защитой “отлебена силы союзников, военные и финансовые, были истощены и потр€сены до того, что по вз€тии —евастопол€ о дальнейших ударах нечего было и думать, и враги наши желали мира по крайней мере не менее нашего! ј такие ли услови€ мира предложили бы они нам, если бы удалось им вз€ть —евастополь через два мес€ца! “аким образом и не надо абсолютно неприступных крепостей Ч при искусной защите и при доблестной стойкости защитников и далеко не неприступна€ крепость может сломить силы врагов. “ем не менее, как ни гениальна была защита —евастопол€, но, повторю это, он, все-таки, рано ли, поздно ли, должен был пасть, потому что, при известном равенстве сил обоих противников, сила атаки всегда превышает силу обороны (то есть оп€ть-таки в научном смысле говор€, а не в практическом, ибо от иных твердынь действительно уходили иногда атакующие, после даже долгой осады их и не по неприступности их, а рассчитыва€ лишь сделать другой удар, в другом месте и с меньшим ущербом сил, если только такой исход мог представитьс€).

III. “ќ ∆≈ ѕ–ј¬»Ћќ, “ќЋ№ ќ ¬ Ќќ¬ќћ ¬»ƒ≈

» вот этот военный факт, эта, так сказать, военна€ аксиома в нынешнюю нашу войну с турками вдруг как бы поколебались и чем же Ч не УдолговременнымФ фортификационным укреплением, не неприступною твердынею грозной крепости, а летучим, полевым, много что УвременнымФ фортификационным укреплением. ѕрежде полевые укреплени€ и в счет не шли, это была лишь полева€ фортификаци€. ѕолева€ фортификаци€ лишь укрепл€ла местность бо€, но неприступною никогда ее не могла сделать. ” нас под Ѕородином были воздвигнуты редуты и оказали свою пользу, то есть укрепили местность, но все-таки были вз€ты и хоть с ущербом дл€ непри€тел€, но все-таки в тот же день были вз€ты, в день битвы.

» вот под ѕлевной произошло что-то совсем уже новое. –€д простых полевых, много что временных (не очень тоже важна€ вещь в прежнее врем€) укреплений придает местности значение неприступной твердыни, которую прежними средствами и вз€ть нельз€, котора€ уже потребовала от нас двойных, тройных усилий, чем предполагалось вначале, и котора€ до сих пор еще не вз€та. Ѕудь весь этот грозный р€д укреплений с прежними средствами защиты Ч усто€л ли бы он против энергического, блистательного, беспримерного натиска русских?  онечно, нет: сослужил бы свое дело, затруднил бы атаку, но 50 000 русских, конечно, при таком беззаветном натиске, как 30-го августа, овладели бы редутами и разбили бы п€тидес€титыс€чную армию ќсмана-паши, то есть дело завершилось бы при равном числе войск и не потребовалось бы никаких подкреплений. “еперь же, после двух неудавшихс€ штурмов, оказалось необходимым увеличить нашу армию вдвое, и это по крайней мере, и это только первый шаг к достижению цели.

¬ чем же дело? ”ж конечно, в теперешнем ружье. “урок закрывшись наскоро набросанною насыпью, может выпустить в атакующих такую массу пуль, что не неверо€тно, если и вс€ штурмующа€ колонна, не дойд€ еще и до гласиса, будет истреблена до последнего человека. ќ, конечно, можно вз€ть всю ѕлевну совершенно прежними средствами, то есть прежней фронтальной атакой без фортификационных работ, вот точно так же, как были вз€ты редуты под Ѕородином. » наши русские это бы сделали! ћожет быть, ни одна арми€ в ≈вропе не решилась бы сделать это, а они бы сделали. “олько вот беда: оказалось из опыта, что дл€ этого наверно надо положить русских дес€тками тыс€ч, так что, овладев редутами фронтальной атакой, мы, при равном вначале числе войск с ќсманом, оказались бы, под самый конец, столь обессиленными численно, что уже не могли бы сдержать ќсмана, который бы потер€л в дес€ть раз меньше нашего за своими насып€ми. »так, после двух страшных неудавшихс€ приступов вы€снилась наконец необходимость: во-первых, увеличить вдвое нашу силу, затем, с помощию “отлебена, приступить к инженерным работам, к чему-то даже похожему на атаку сильнейших, долговременных крепостей, затем к обложению ѕлевны, к зан€тию дорог, к пресечению сообщений, подвозов к непри€телю. ќдним словом, р€д весьма обыкновенных полевых и временных укреплений сослужил врагу нашему роль первоклассной крепости. » хоть и возьмут ѕлевно (что наверно), то есть, вернее сказать, хоть и возьмут ќсмана, когда он пойдет напролом, чтобы выйти из собственной западни и не умереть в ней с голоду, а бросившись напролом откроетс€ и из защищающегос€ перейдет сам в роль атакующего (в этом-то и всЄ дл€ нас дело), чем разом потер€ет все выгоды смертоносного и непреоборимого огн€ за закрытыми укреплени€ми, Ч тем не менее в результате все-таки выйдет то, что ѕлевна уже сослужила свое дело врагу нашему, остановила первоначальное победоносное шествие русских, принудила на двойные, тройные усили€ и растраты (к чему даже и в ≈вропе уже считали –оссию неспособной), и Ч кто знает, может быть, и без такого страшного дл€ себ€ результата в конце: ќсман всЄ же ведь надеетс€ хоть половину-то своей армии урвать у русских и убежать вместе с нею, а там оп€ть где-нибудь окопатьс€ и оп€ть воздвигнуть новую ѕлевну (если только ему дадут всЄ это устроить; но ведь вс€кому позволительно наде€тьс€, а ќсман человек энергичный и гордый).

ƒаже так можно сказать: если у оборон€ющегос€ есть шанцевый инструмент и хоть дес€тка два тыс€ч солдат, с теперешним ружьем, то р€д этих простых прежних полевых укреплений, которых можно в одну ночь разбросать по избранной местности сколько угодно, назавтра усилит эти теперешние два дес€тка тыс€ч войска до силы п€тидес€ти или шестидес€титыс€чной армии, с которою, если обсто€тельства не благопри€тствуют при том маневрированию, вы уже и не знаете что делать. “аким образом Ч этот р€д легких укреплений оказываетс€ иной раз даже лучше дл€ защищающегос€, чем сама€ грозна€ и неприступна€ крепость, потому что эту крепость оборон€ющийс€, отступа€, как бы переносит с собою в другое любое место, был бы шанцевый инструмент. ¬ы у него возьмете ее наконец, положив при штурме тыс€чи солдат, а назавтра вас встречает така€ же крепость на вашем пути, если только успеет уйти от вас враг. Ќе одна ѕлевна теперь в “урции, а вс€ка€ турецка€ арми€, вс€кий даже отр€д окапываетс€ и выставл€ет наутро русскому из-за окопов свои смертоносные ружь€: Уѕодходи-ка, дескать, в двойных силах, да тер€й войска вдес€теро, чем ты рассчитывал в начале войныФ. јтакующему остаетс€, чтоб поравн€тьс€ силами с атакованным, стать напротив него и тоже окопатьс€. Ќо этого нельз€, он атакующий, он пришел, чтоб атаковать и идти вперед. ќн не может сидеть за укреплени€ми, он пришел штурмовать укреплени€... «нающие люди поймут, что € говорю лишь теоретически, говорю об атаке и обороне вообще, отбрасыва€ все другие случайности войны, измен€ющие поминутно ход дела, колеблющие его в ту или другую сторону. я хочу только выразить формулу, что при нынешнем ружье, с помощию полевых укреплений, вс€кий оборон€ющийс€, в какой бы то ни было стране ≈вропы, получил вдруг страшный перевес сил перед атакующим. —ила обороны пересиливает теперь силу атаки и оборон€ющемус€ несомненно выгоднее воевать, чем атакующему. ¬от тот факт, до сих пор в военном деле не разъ€сненный, в достаточной полноте, и даже совсем неожиданный, на который нам, русским, суждено было наткнутьс€ и его разъ€снить к огромному нашему ущербу. » это вовсе не наша ошибка, а лишь новый военный факт, вдруг вышедший наружу и вдруг разъ€снившийс€...

IV. —јћџ≈ ќ√–ќћЌџ≈ ¬ќ≈ЌЌџ≈ ќЎ»Ѕ » »Ќќ√ƒј ћќ√”“ Ѕџ“№ —ќ¬—≈ћ Ќ≈ ќЎ»Ѕ јћ»

Ќу вот, скажут мне, какой вы тут новый факт открыли? –азве не знали мы до начала кампании, что такое новое ружье и его смертоносна€ сила? ƒа и не новое оно, а давно уже старое, так что мы не только могли, но и должны были еще в ѕетербурге рассчитать и приготовитьс€ к его страшному действию, особенно за закрытым укреплением. “о-то и есть, что на деле не так выходит, как кажетс€ в теории, и что мы действительно не могли рассчитать и приготовитьс€. Ћегко это кажетс€ лишь тем штатским люд€м, которые, сид€ в своих кабинетах, критикуют теперь наши военные действи€. я ведь не отрицаю ошибок, заметьте себе, € ведь признаю, что они есть и быть должны, € только этот один факт не хочу считать безусловно нашей ошибкой и объ€вл€ю, что до нынешней войны он был фактом неразъ€сненным и даже неизвестным во всей своей подавл€ющей силе. ќ, без сомнени€, можно было рассчитать и заранее знать, что при нынешнем ружье оборон€ющийс€, закрывшись самым легким укреплением, может принесть вреда атакующему даже вдвое более, чем прежде; узнать и рассчитать Ч это дело легкое и даже никакой военной науки не требует. Ќо вот что было уже несравненно труднее рассчитать и предузнать Ч именно: что при нынешнем ружье оборон€ющийс€, закрывшись укреплением, нанесет вреда не вдвое против прежнего, а, по крайней мере, вп€теро, а при такой энергической обороне, которую мы встретили у турок (и на которую нам слишком извинительно было не рассчитывать), так и вдес€теро. ‘акт-то был, положим, известен, но сила его, размеры его были неизвестны. Ќеизвестно было, что нынешнее ружье хоть и усилило нападающего, по защищающегос€ усилило несравненно больше. Ёта чрезмерность-то усилени€ не была нам известна, и вот чрезмерность-то эта и составл€ет новый, неожиданный факт, на который мы наткнулись.

Ќе была известна и не могла быть известна, потому что нигде, до теперешней войны с турками, она не открывалась в такой полноте. ѕоверьте, что будь на нашем месте германска€ арми€, то и она бы наткнулась на этот факт и натерла бы себе бока пор€дочно. ѕовтор€ю, может быть, ранее нашего оценила бы и усвоила всЄ значение факта и меры бы прин€ла. Ќо тут уж свойства народного духа: немец осторожнее и осмотрительнее, в иных случа€х, русского, но русский солдат обладает зато такой самоотверженной дисциплиной, таким полным самопожертвованием, такой силой энергии, стойкости и напора, что, право, трудно решить: что еще лучше-то в военном деле, то или другое? ≈стественно, что наши компетентные люди, зна€ русского солдата, могли не очень задумыватьс€ вначале, прежде опыта над силой нового ружь€, даже за укреплени€ми, и хот€ бы оно не только вдвое, но и втрое было страшнее прежнего ружь€ Ч могли не столь бо€тьс€ его. ј оказалось, что новое ружье за укреплени€ми вп€теро и даже вдес€теро сильнее прежнего ружь€, но в этом можно было убедитьс€ единственно лишь из практики... ј практики в этом случае до сих пор еще в европейских войнах не было. ƒа, с по€влением нового ружь€ еще много фактов не разъ€снилось, и даже самых, казалось бы, простейших. ћы, например, только и ожили теперь, когда прибыли к нашему войску берданки, а пустили войско вначале с другим ружьем, медленным и недальнобойным. Ёто уже была бесспорна€ ошибка. Ќо тот факт, на который € указываю, не был ошибкой: предвидеть его нельз€ было во всей полноте, рассчитать тоже нельз€ было в точности прежде практики.

‘ранко-прусска€ война, между двум€ народами столь высокими по образованию, столь равными по силе открытий, изобретений, столь равными по вооружению (у французов было еще лучше ружье, чем у немцев, и немцы принуждены были его прин€ть, не откладыва€ дела, в самый момент войны), Ч эта франко-прусска€ война, привнесша€ столь много нового в военное искусство и почти произведша€ в нем переворот, не разъ€снила, однако же, нашего факта нимало. ј могла бы разъ€снить. Ќо случились особые обсто€тельства, тому помешавшие, и победитель ‘ранции до сих пор, до самой нашей турецкой войны, оставалс€ в неведении, что побежденный им француз имел колоссальное средство в своих руках, чтоб остановить напор немцев в 1871, но не прибегнул к этому средству лишь по особым обсто€тельствам, сделавшим то, что средство это и не могло тогда войти французу в голову. Ќемец победил вовсе не французов, а лишь французские тогдашние пор€дки, сначала наполеоновского режима, а потом республиканского хаоса. ¬ начале воины французска€ арми€, национальный характер которой Ч фронтальна€ атака грудью, была страшно изумлена и подавлена нравственно тем, что вместо перехода через –ейн и вторжени€ в √ерманию она принуждена защищать свою территорию у себ€ дома. ѕроизошло несколько сражений, в которых победили немцы. Ќо мысль о том, что с их великолепным шаспо можно бы сразу выдвинуть, чтоб остановить страшный натиск врага, несколько страшнейших ѕлевн, Ч не приходила французу вовсе в голову. ќн всЄ рвалс€ грудью вперед и до самого —едана не хотел верить, что он побежден. ѕоследовал —едан, а затем регул€рные армии, в большинстве своем, по соображени€м вовсе не военным, были устранены от дела. ќсталась защита ѕарижа с сумасшедшим “рошю. √амбетта вылетел из ѕарижа на воздушном шаре, descendit du ciel (сошел с неба) в одном департаменте (как пишет об нем один историк), объ€вил диктатуру и начал набирать новые армии. Ёти новые армии мало похожи были на насто€щее войско и составлены из вс€кого сброду не по вине, однако, √амбетты. —ами они писали тогда же, что большинство их солдат не умело даже зар€дить ружь€ и прицелитьс€, да и не заботилось о том, не хотело воевать, а хотело поко€. ѕошла зима, стужа, голод. √де им было догадатьс€, что можно вдруг стать втрое, вчетверо сильное врага, с ружьем Ўаспо и с шанцевым инструментом? ƒа и был ли у них шанцевый инструмент? ѕомешала тоже осада ѕарижа, имевша€ смысл скорее решающе-политический, чем военный. ќдним словом, французы новым страшным военным фактом не воспользовались, да и сами не узнали его силы. — теперешней нашей турецкой войной факт вы€снилс€ во всей полноте, и, уж конечно, политические и военные люди √ермании с беспокойством намотали его себе на ус. ¬ самом деле, если факт этот войдет в науку, в тактику всех армий, то, может быть, и французы им воспользуютс€, когда √ермани€ оп€ть на них броситс€. » если французы, отбросив свои военные предрассудки (что очень трудно делаетс€), Ч вполне усво€т убеждение, выведенное из турецкой нашей войны: что защита, с новым ружьем и шанцевым инструментом, несравненно сильнее теперь атаки и требует от атакующего удвоенных сил, то выйдет следующее соображение: у французов войска миллион, но есть общее военное правило, что атакованному несравненно легче совокупить все свои силы, если он воюет у себ€ дома, даже если б государство было и при таких невыгодных военных границах, как –осси€, но что атакующий, если б имел (чего никогда не бывает) даже хоть два миллиона войска, то никак он не может войти в атакованную землю более чем с шестью или семью стами тыс€чами войска. ¬ообразите же теперь, что этот весь миллион защищающихс€ прибегнет притом к шанцевому инструменту с такою же энергией и широкостью приема, как теперь турки, вообразите притом талантливого полководца и превосходных инженеров, Ч тогда ведь √ермании пришлось бы послать во ‘ранцию даже и не миллион, а minimum полтора! ќб этом наверно кто-нибудь теперь в √ермании думает.

V. ћџ Ћ»Ў№ Ќј“ Ќ”Ћ»—№ Ќј Ќќ¬џ… ‘ј “, ј ќЎ»Ѕ » Ќ≈ ЅџЋќ. ƒ¬≈ ј–ћ»» Ч ƒ¬≈ ѕ–ќ“»¬ќѕќЋќ∆Ќќ—“». Ќј—“ќяў≈≈ ѕќЋќ∆≈Ќ»≈ ƒ≈Ћ

» именно туркам суждено было открыть новый факт во всей полноте! ƒругие народы, другие армии долго бы не открыли его практически в такой полноте. “урки слишком давно уже не нападают на ≈вропу сами и привыкли именно к защите. Ёто и есть главна€ национальна€ черта турецкой армии. «а укреплени€ми турок вынослив, энергичен, в нынешнюю же войну ≈вропа как нарочно ободрила его, помогла ему оружием, инженерами, в огромном размере деньгами и, наконец, подстрекани€ми и натравливанием на нас возбудила в нем фанатизм. Ѕыло кому надоумить его, если б даже он и не знал факта, но факт как раз сошелс€ с его национальным духом. —разу пон€л он, что такое шанцевый инструмент при скорострельном ружье и какой чрезмерный перевес силы приобретает теперь защита, с помощию его, над атакой. » как нарочно суждено было нарватьс€ на это русским, Ч то есть той именно армии, котора€, по старинной вековой привычке, усвоила себе атаку рь€ным напором, грудью, всем вместе, товариществом, обраща€сь из тыс€ч вдруг как бы в одно существо... ¬от из двух-то этих обратных друг другу противоположностей и вы€снилась нова€ аксиома во всей полноте. ѕовторю еще раз: еще можно было предвидеть и рассчитать, что сила нового ружь€ за закрытым шанцем превышает вдвое и даже втрое усилие атакующего. Ќаде€сь на стойкость и неслыханную энергию русского солдата, мы могли смотреть на это вдвое и втрое Ч с презрением (и долго смотрели так), но оказалось не вдвое и втрое, а вдес€теро. Ётого нельз€ было предвидеть и даже, несмотр€ уже на практику, усвоить скоро.

Ўтатским военным, разумеетс€, всЄ это будет смешно. ƒа и факта, оп€ть-таки, никакого они не признают вовсе: Уƒолжны-де были предугадать и кончено. ¬сем известно, что ружье ѕибоди дает дес€ть, двенадцать выстрелов в минуту, ну и должны были пон€ть, что с таким ружьем, сид€ за укреплением, турок побьет атакующую колонну до последнего человекаФ. Ќо в теории, прежде опыта, повтор€ю оп€ть, нельз€ было узнать это во всей полноте. ≈сть удивительно простые вещи, которых самые гениальные полководцы не могли заранее предугадать. ќдин французский военный историк горько упрекает Ќаполеона I за то, что тот, име€ у себ€, в п€тнадцатом году, 170-титыс€чную армию (всего на всЄ) и зна€ отлично, что уже ни солдата более не достанет от ‘ранции Ч до того она была истощена двадцатилетними войнами, решилс€, однако же, сам напасть на врагов, то есть на внешнюю войну, а не на внутреннюю. Ётот историк силитс€ доказать, что если б он и победил при ¬атерлоо, то это бы нисколько не спасло его от окончательного разгрома в ту же кампанию, ввиду подавл€ющего численного превосходства сил коалиции. ¬с€ ошибка Ќаполеона состо€ла, говорит этот историк, в том, что он, по-прежнему еще, считал французского солдата сто€щим двух немецких; и если б это было действительно правдой, то, конечно, он бы тем восполнил недостаток сил, с которыми выходил на бой со всею ≈вропой. Ќо в п€тнадцатом году это было уже не так, критикует историк: немцы в двадцать лет научились сражатьс€ и выровн€ли своих солдат до того, что немецкий солдат совершенно равн€лс€ французскому. »так, и гениальный Ќаполеон сделал такую простую бы, кажетс€, ошибку, не догадалс€ о том, что уже должен был давно знать и что так €сно бросалось в глаза его критику. Ќо критиковать легко, и легко быть великим полководцем, сид€ на диване. «амечательно то, что и Ќаполеон и мы ошиблись на весьма сходном пункте, то есть ошибочно придали чрезмерное значение некоторым национальным особенност€м наших войск.

¬ заключение повторю еще и еще раз, что всЄ сказанное имеет смысл лишь вообще, имеет смысл лишь научный (верный или неверный Ч об этом пусть вс€кий судит как хочет). Ќо на практике результаты могут чрезвычайно измен€тьс€. “ак, например, турки дали же нам в начале войны перейти за ƒунай и €витьс€ за Ѕалканами, сдавали же они свои крепости и города и бежали же перед нами, вовсе не дума€ о шанцевом инструменте и о значении своего ружь€ ѕибоди. » фанатизму в них тогда еще, кажетс€, не было. ¬ чем дело, они сами-то по-насто€щему узнали вполне лишь под ѕлевной. “ут-то они в первый раз догадались о всех современных выгодах атакуемого в тактическом отношении. Ќо может случитьс€, что ѕлевна будет вз€та через неделю, а с нею и весь ќсман, то есть ни одного солдата, может быть, не удастс€ ему с собой увести, если он пойдет на пробой. «атем, вдруг, например, может €витьс€ у турок прежний упадок духа, забудут и об јдрианополе и об —офии, шанцевый инструмент побросают, убега€ перед русским натиском без огл€дки, одним словом Ч многое может случитьс€; но всЄ это вовсе не изменит значени€ новой аксиомы, в ее общем смысле, то есть что при теперешних средствах сила обороны превышает силу атаки не по-прежнему, а чрезмерно. ¬озьмем еще пример: где-нибудь ведетс€ война и генерал затворилс€ с своим отр€дом в сильной крепости. –ассчитав все данные, то есть средства провианта, помещени€ и силу крепостных верков, инженерна€ наука может (мне кажетс€) определить почти до точности: сколько времени крепость могла бы сопротивл€тьс€ и тем принести несомненную пользу своему государству, задержав в самое гор€чее врем€ под стенами своими вдвое, например, сильнейшего атакующего непри€тел€? ѕоложим, этот срок шесть или семь мес€цев, и вот вдруг генерал, затворившийс€ в этой крепости, сдает ее на капитул€цию, по своим особенным соображени€м, не через 7 мес€цев, а через два! Ќо ведь это нимало, нисколько не нарушает первоначального научного расчета о возможности защищатьс€ семь мес€цев. ќдним словом, практика может измен€ть дело с бесконечными вариантами. “ем не менее аксиома о чрезмерности перевеса (даже и не снившейс€ никому и нигде прежде до теперешней нашей войны с турками) силы обороны перед силой атаки при теперешних средствах вооружени€ Ч остаетс€ во всей силе. (ѕодчеркну еще раз: не перевес силы нельз€ было нам предвидеть, а такую чрезмерность его.)

Ќо теперь практика уже на нашей стороне, и мы больше такой ошибки не сделаем. “еперь там “отлебен; что он делает, нам в точности неизвестно, но гениальный инженер найдет, может быть, средство (не только в частном случае, но и вообще) потр€сти аксиому, уничтожить чрезмерность и уравновесить две силы (атаки и обороны) каким-нибудь новым гениальным открытием. Ќа его действи€ внимательно и жадно смотрит ≈вропа и ждет не одних политических выводов, но и научных. ќдним словом, наш военный горизонт проси€л, и надежд оп€ть много. ¬ јзии кончилось большой победой. Ѕалканска€ же арми€ наша многочисленна и великолепна, дух ее вполне на высоте своей цели. –усский народ (то есть народ) весь, как один человек, хочет, чтоб велика€ цель войны за христианство была достигнута. Ќельз€ матер€м не плакать над своими детьми, идущими на войну: это природа; но убеждение в св€тости дела остаетс€ во всей своей силе. ќтцы и матери знают, на что отпускают детей: война народна€. Ёто отрицают иные, не вер€т, набирают факты противуречащие, а вот такие, например, извести€, мелким шрифтом, в газетах так и остаютс€ почти непримеченными:

У—о станции Ѕирзулы пишут в Уќдесский вестникФ, что 3-го окт€бр€ через эту станцию провезено в действующую армию 2800 выздоровевших солдат. — ними было 6 выздоровевших раненых офицеров. «амечательно, что из числа раненых ни один не пожелал воспользоватьс€ своим правом и остатьс€ в запасных войсках. ¬се спешили и спешат на место войны (Ућоск. ведомостиФ, є 251)Ф.

 ак вам нравитс€ такое сведение? ¬едь уж, кажетс€, такие факты свидетельствуют о характере дела!  ак же утверждать после них, что нынешн€€ война не имеет народного характера и что народ в стороне? Ќо таких фактов не один, а множество. ¬се они соберутс€ и проси€ют и войдут в »сторию...   счастью, большинство этих фактов засвидетельствовано многочисленнейшими европейскими очевидцами и теперь уже их нельз€ изменить, подтасовать и представить в биржевом или в римско-клерикалъном видеЕ

√Ћј¬ј ¬“ќ–јя

I. Cјћќ”Ѕ»…—“¬ќ √ј–“”Ќ√ј » ¬—≈√ƒјЎЌ»… ¬ќѕ–ќ— ЌјЎ:  “ќ ¬»Ќќ¬ј“?

¬се русские газеты толковали недавно (и до сих пор толкуют) о самоубийстве генерала √артунга, в ћоскве, во врем€ заседани€ окружного суда, четверть часа спуст€ после прослушани€ им обвинительного над ним приговора прис€жных. ј потому € думаю, что все читатели УƒневникаФ уже знают более или менее об этом чрезвычайном и трагическом происшествии и подробно объ€сн€ть его мне уже нечего. ќбщий смысл в том, что человек, в значительном чине и круга высшего, сходитс€ с бывшим портным, а потом процентщиком и дисконтером «анфтлебеном, и не потому только, что принужден был занимать у него деньги, а даже как бы и дружественно, принимает, например, на себ€ об€занность его душеприказчика, и, по-видимому, очень охотно. «атем, по смерти «анфтлебена, происходит несколько вопиющих вещей: пропадает вексельна€ книга неизвестно куда; вексел€, бумаги и документы, с совершенным нарушением пор€дка, предписанного законом, отвоз€тс€ √артунгом к себе на квартиру. √артунг, как оказываетс€, вступает в соглашение с одной частью наследников в ущерб другой (хот€, может быть, и не подозревает того сам). «атем к нему врываетс€ один из наследников, и бедному душеприказчику уже на деле приходитс€ узнать, что он попал в такое общество, в какое и не ожидал. «атем начинаютс€ обвинени€ уже пр€мо Ч в краже векселей, вексельной книги, в переписке векселей, в исчезновении документов с лишком на сто или даже на двести тыс€ч рублей имущества... «атем начинаетс€ суд. ѕрокурор даже рад суду и тому, что генерал сидит р€дом с простолюдином и тем дает повод русской ‘емиде произнести торжество равенства перед законом сильных и высших с малыми и ничтожными.

—уд, однако же, идет весьма нормальным пор€дком (что бы ни говорили об этом), и в конце концов прис€жные вынос€т почти неминуемое обвинение, в том числе и о √артунге, смысл которого: Увиновен и похитилФ. —уд удал€етс€ составить приговор, но генерал √артунг дождатьс€ его не захотел: выйд€ в другую комнату, он, говор€т, сел к столу и схватил обеими руками бедную свою голову; затем вдруг раздалс€ выстрел: он умертвил себ€ принесенным с собой и зар€женным заране револьвером, ударом в сердце. Ќа нем нашли тоже заране заготовленную записку, в которой он Укл€нетс€ всемогущим богом, что ничего в этом деле не похитил и врагов своих прощаетФ. “аким образом, он умер в сознании своей невинности и в сознании своего джентльменства.

» вот эта-то смерть и взволновала всех в ћоскве и все газеты во всей –оссии. √овор€т, и судьи и прокурор вышли из своих комнат совсем бледные. ѕрис€жные, говор€т, будто бы тоже были сконфужены. √азеты завопили даже об Уочевидно несправедливом решенииФ, и одни из них замечали, что наши суды нельз€ уже теперь обвин€ть за м€гкие и потворствующие приговоры: У¬от, дескать, пример: пал невинныйФ. ƒругие справедливо заметили, что таким торжественным и последним словам человека на земле почти невозможно не верить, а, стало быть, почти несомненно можно заключить, что произошла плачевна€ судебна€ ошибка. » многое, многое говорили и писали газеты. Ќадо признатьс€, некоторые из отзывов газет были странны: слышалась кака€-то фальшь, может быть, гор€ча€ и искренн€€, но фальшь. √артунга жалко, но тут скорее трагеди€ (преглубока€), фатум русской жизни, чем с которой-нибудь стороны ошибка. »ли, лучше сказать, тут все виноваты: и нравы, и обычаи нашего интеллигентного общества, и характеры, в этом обществе выровн€вшиес€ и создавшиес€, наконец, нравы и обычаи наших заимствованных и недостаточно обрусевших молодых судов. Ќо ведь когда все огулом виноваты, значит, порознь нет никого виновного. »з всех газетных отзывов мне всего более понравилс€ отзыв УЌового времениФ. я накануне как раз говорил с одним из наших тонких юристов и знатоков русской жизни, и оказалось, что насчет этого дела у нас один и тот же вывод, причем мой собеседник весьма метко указал на УтрагизмФ этого дела и на причины трагизма. Ќа другой день, в фельетоне Ќезнакомца, € прочел очень многое весьма похожее на то, об чем мы только что говорили накануне. ј потому, если и скажу теперь несколько слов, то лишь в частности и Упо поводуФ.

II. –”—— »… ƒ∆≈Ќ“Ћ№ћ≈Ќ. ƒ∆≈Ќ“Ћ№ћ≈Ќ” Ќ≈Ћ№«я Ќ≈ ќ—“ј“№—я ƒќ  ќЌ÷ј ƒ∆≈Ќ“Ћ№ћ≈Ќќћ

ƒело в том, что старые характеры еще не перевелись, и, кажетс€, еще долго не переведутс€, потому что на все надобен срок и везде природа. я говорю о характерах нашего интеллигентного общества. «десь, впрочем, настойчиво и с упором замечу: что и не хорошо было бы, если б мы вдруг как флюгера измен€лись, потому что сама€ противна€ вещь в наших интеллигентных характерах именно это свойство легковесности и бессодержательности. ќна напоминает что-то лакейское, лаке€, р€д€щегос€ в барское платье. ќдно из свойств, например, нашего джентльменничань€, если мы почему-нибудь раз прикоснулись к богатым и знатным, и особенно если к ним проникли, Ч это представительность, потребность обставить себ€ широко. «аметьте, € лично о √артунге не говорю теперь ни слова, € совершенно не знаю его биографии; € только хочу отметить несколько штрихов всем известного характера нашего интеллигентного человека, говор€ вообще, и с которым, при известных обсто€тельствах, могло бы случитьс€ точь-в-точь то же самое, что и с генералом √артунгом. „еловек, например, ничтожный, в малом чине, без гроша в кармане, вдруг попадает в высшее общество или хоть почему-либо соприкоснетс€ с ним. » вот у бедн€ка, ничего не имевшего, кроме способности профильтроватьс€ в высшее общество, вдруг €вл€етс€ сво€ карета, квартира, в которой УвозможноФ жить, лакеи, костюмы, перчатки. ћожет быть, он хочет сделать карьеру, выбитьс€ в люди, но чаще всего бывает так, что просто подражать хочет: все, дескать, так живут, как же €-то? “ут какой-то в нем стыд, которого никак нельз€ пересилить, одним словом: честь и пор€дочность понимаютс€ как-то странно, собственного же достоинства не оказываетс€ никакого. ¬ параллель этому непониманию такой первейшей вещи, как чувство собственного достоинства, можно поставить, мне кажетс€, лишь непонимание, чуть не всем интеллигентным европейским веком нашим, свободы, в чем состоит она, Ч но об этом потом. ¬тора€ и оп€ть-таки почти трагическа€ черта нашего русского интеллигентного человека Ч это его податливость, его готовность на соглашение. ќ, есть множество кулаков, биржевиков, противных, но стойких мерзавцев: есть даже и хорошие стойкие люди, но их мало ужасно, в большинстве же пор€дочных русских людей царит именно эта скора€ уступчивость, потребность уступить, согласитьс€. » вовсе это даже не от добродуши€, равно как далеко не от трусости, а так, деликатность кака€-то или неизвестно уж что тут. —колько раз вам, например, приходилось в разговоре с упорным, например, человеком, налегавшим на вас и требовавшим вашего отзыва, согласитьс€ и уступить ваше мнение или ваш даже голос в каком-нибудь заседании, хот€ вы, может быть, внутри себ€ и вовсе бы того не желали. ”влекает тоже очень русского человека слово все: У€ как и всеФ, Ч У€ с общим мнением согласенФ, Ч Увсе идем, ура!Ф Ќо есть тут и еще странность: русский человек сам себ€ обольстить, прельстить, увлечь и уговорить очень любит. » не хочетс€ ему сделать то и то, пойти, например, в душеприказчики к «анфтлебену, но уговорит себ€: У„то ж, дескать, такое, пойду...Ф

Ѕывают в этом слое интеллигентных русских людей типы, с некоторой стороны даже чрезвычайно привлекательные, но именно с этими несчастными свойствами русского джентльменства, на которые € сейчас намекал. »ные из них почти невинны, почти Ўиллеры; их незнание УделФ придает им почти нечто трогательное, но чувство чести в них сильное: он застрелитс€, как √артунг, если, по своему .мнению, потер€ет честь. ћожет быть, их даже довольно и числом. Ќо вр€д ли эти люди знают, например, когда-нибудь сумму своих долгов. » не то чтоб все они были кутилы, иные, напротив, прекрасные мужь€ и отцы, но деньги можно мотать и кутиле и прекрасному отцу. ¬есьма многие из них вход€т в жизнь с слабыми остатками прежних родовых имений, которые быстро улетучиваютс€ в первые же дни юности. «атем брак, затем чин и хорошее казенное местечко, которое так себе, а все же дает какой-нибудь доход и основание в жизни, нечто уже солидное, в противоположность великосветскому брод€жеству в прежнюю жизнь. Ќо долги идут беспрерывно, он, конечно, платит их, потому что он джентльмен, но платит новыми долгами. ѕоложительно можно сказать, что многие из них, обдумыва€ в иную минуту свое положение про себ€, наедине, могли бы смело и с великим благородством произнести: Ућы ничего не похищали и ничего не хотим похититьФ. ћежду тем вот кака€ тут мелка€ черточка может даже произойти: при случае (ну очень понадобилось) он способен вз€ть взаймы даже у н€ньки детей своих какие-нибудь накопленные ею 10 рублей. ƒа что же такое, помилуйте, почему же нет? ѕритом старушка-н€нька, весьма часто, есть обжившийс€ близкий и интимный в доме человек. ќна почти член семьи, ее ласкают, ей даже самые важные ключи на хранение передают. ƒобрый генерал, ее барин, давно уже обещал ей место в богадельне на старость, да вот только дела-то эти всЄ мешают ему позаботитьс€, а давно бы надо там об ней словечко замолвить. ј н€нька так и напомнить страшитс€, напоминает разве один разик в год о богадельне, всЄ трепещет досадить такому нервному и обеспокоенному всегда человеку, как ее генерал. Уƒобрые ведь они, сами вспомн€тФ, Ч думает она подчас, укладыва€ в постель свои старые кости; об 10-ти же рубл€х и напомнить так даже стыдитс€, у ней сво€ совесть есть, у старушки. » вот вдруг умирает генерал, и Ч ни места у старушки, ни дес€ти рублей. ¬сЄ это, разумеетс€, пуст€ки и мелочь страшна€, но если бы вдруг на том свете напомнили генералу, что н€нька-то ведь 10-ти рублей не получила, то он бы страшно покраснел: У акие дес€ть рублей? Ќеужто! јх да, ведь в самом деле, года четыре назад! ћаis comment, comment, 2 и как это могло случитьс€!Ф » этот долг мучил бы его сильнее, чем иной даже дес€титыс€чный оставленный им на земле! ≈му было бы ужасно как стыдно: Уќ, поверьте, € не хотел того, поверьте, что € даже не думал о том, забыл думать!Ф Ќо бедного генерала слушали бы там только ангелы (так как он наверно попал бы в рай), а н€нька все-таки осталась бы без дес€ти рублей на земле, и жалко ей их иногда, старушке: УЌу да бог с ними, грех поминать этим, а человек были самый драгоценный, самый как ни на есть праведный баринФ.

» вот что еще: если бы этот прелестный человек как-нибудь оп€ть очутилс€ на земле и воплотилс€ в прежнего генерала Ч отдал бы он 10 рублей н€ньке или нет?

Ќо не всЄ ведь они занимают. ¬от при€тель, благо-р-роднейший »ван ѕетрович, просит его выдать ему векселей тыс€ч на шесть: заложу, дескать, в банк, где € состою, и дисконтирую а вот тебе, дражайший друг, встречные на шесть тыс€ч. „его же думать? ¬ексел€ выдаютс€, »вана ѕетровича он часто встречает потом в клубе, оба забыли, разумеетс€, и думать о выданных вексел€х, потому что оба суть самый цвет, так сказать, пор€дочных людей в нашем обществе, и вдруг, через шесть мес€цев, все шесть тыс€ч падают на плечи генералу: У»звольте, дескать, платить, ваше превосходительствоФ. Ќу вот тут и бросаютс€ к люд€м как «анфтлебен и пишут документы, в сто на сто.

ѕоверьте оп€ть-таки, что €, в изображении моем, ни одной чертой не претендую обличать покойного генерала √артунга: € его совсем не знал и ничего не слыхал о нем лично. я только имел претензию чуть-чуть начертить характер одного из членов этого общества, но который, однако, если б попалс€ в такую же передр€гу, как генерал √артунг к «анфтлебену, то с ним могло бы произойти совершенно то же самое, как и с √артунгом, до самоубийства включительно. ј потому, мне кажетс€, в деле √артунга нечего ни стыдить суд, ни стыдитьс€ суду. “ут ведь фатум, трагеди€: генерал √артунг до самой последней минуты своей считал себ€ не виновным и оставил записку...

Чƒа, но ведь вот, однако ж, эта записка,Чскажут другие. Ч ¬едь невозможно же, чтобы в такую минуту человек, да еще верующий, как оказываетс€, мог солгать. «начит, он ничего не похитил, коли так торжественно за€вил, что не похитил. ƒа и сделки тут никакой не могло быть у него даже с совестью: как бы ни был шаток и затемнен смысл человека всей этой путаницей, но уж коли он говорит У€ не похитилФ, то он не может не знать: Упохитил он или не похитил?Ф Ёто ведь просто дело рук человеческих. “ут просто вопрос: клал в карман или не клал?  ак же он мог не знать, если б положил?

Ёто совершенно справедливо, но вот ведь что может тут быть, и даже наверно: ведь он написал только про одного себ€: Уя, дескать, ничего не похитил, и не думал о похищенииФ, Ч но ведь могли похитить другие.

Ч —овершенно невозможно, Ч возраз€т мне. Ч ≈сли он дал похитить другим и, зна€ о том как опекун, смолчал, то, стало быть, и он похитил с другими! √енерал √артунг не мог не понимать, что тут нет разницы.

ќтвечу: во-первых, можно еще оспорить аргумент, что Уесли знал и дал похитить, то, стало быть, и он похитилФ, а во-вторых, тут несомненно есть разница. ј в-третьих, генерал √артунг мог именно написать в этом лишь буквальном смысле, о котором мы говорим: У“о есть €, дескать, лично не брал и не хотел брать ровно ничего, сделали другие и против моей воли. я виновен лишь в слабости, но не в мошенничестве, потому что сам ничего не хотел брать ни у кого и даже сопротивл€лс€. —делали другие...Ф ќн именно мог написать в этом смысле свои роковые слова но в то же врем€, будучи столь честен и благороден, ни за что не мог бы согласитьс€, что Уколи попустил украсть, значит, сам укралФ. ќн к богу шел, и он знал, что не хотел ни украсть, ни попустить, а так само укралось. ƒа к тому же заметьте, он никак бы и не мог разъ€снить в этой записке свои слова пошире: то есть что виновен в послаблении, а не в похищении и проч. Ќе мог же он, джентльмен, доносить на других, Ч особенно в такую торжественную минуту, в которую он Упростил врагам своимФ.

ј наконец, и это всего веро€тнее, он, может быть, не мог в своем сердце сознатьс€ даже и в послаблении, в слабости, в добродушном попущении. “ут, может быть, была така€ сеть обсто€тельств, которую он до самой последней минуты, включительно, осмыслить не мог, с тем и ушел на тот свет. Уѕохищена-де вексельна€ книгаФ Ч и вот толковые люди, которым он вполне довер€етс€, убеждают его в самом начале, что ведь это просто пуст€ки, пропала сама как-нибудь, потому что ведь никому она и не нужна. ќни вывод€т ему цифрами, математически, что вексельна€ книга была бы во вред, а не к пользе самим даже наследникам. (¬едь этот самый аргумент представл€ла же на суде потом защита, и, кажетс€, он был справедлив.) ¬ этом смысле могло быть и всЄ остальное выставлено и растолковано √артунгу. ¬едь он дел не знал, и его можно было убедить во всем. Уѕоверьте, дескать, мы тоже благородные люди, мы, как и вы, не хотим похитить ничего у наследников, но дела-то у «анфтлебена остались в таком щекотливом виде, что если там они (наследники) узнают теперь про вексельную книгу и всЄ это, то могут пр€мо нас обвинить в мошенничестве, а потому надо скрыть от нихФ. Ёти Убеспор€дки «анфтлебенаФ, разумеетс€, открывались не вдруг, а постепенно, так что √артунг узнавал истину или, лучше сказать, тер€л истину и вт€гивалс€ в ложь каждый день постепенно. » вот вдруг к нему пр€мо врываетс€ один из наследников, и если не кричит, что генерал √артунг вор, то ведь всЄ равно что кричит: он ведь вошел с торжеством, с победоносной и злой улыбкой и уж вполне уверенный, что теперь смеет сделать в квартире генерала вс€кую пакость. » тут только генерал вполне узнал, в какую трущобу забилс€. ѕотом он совсем потер€лс€, он стал предлагать компромиссы, сделки и запутал, конечно, себ€ еще более, а обвин€юща€ сторона жадно вцепилась в новые компрометирующие его факты насчет компромиссов и сделок. ¬сЄ пошло в дело. ќдним словом, √артунг умер в сознании совершенной своей личной невинности, но и ошибки... судебной ошибки, в строгом смысле, никакой не было. Ѕыл фатум, случилась трагеди€: слепа€ сила почему-то выбрала одного √артунга, чтоб наказать его за пороки, столь распространенные в его обществе. “аких, как он, может быть, 10.000, но погиб один √артунг. Ќевинный и высоко честный этот человек, с своей трагической разв€зкой, конечно, мог возбудить наибольшую симпатию, из всех этих дес€ти тыс€ч, а суд над ним приобрести наибольшую огласку по –оссии дл€ предупреждени€ УпорочныхФ; но вр€д ли судьба, слепа€ богин€, на это именно рассчитывала, поража€ его.

III. Ћќ∆№ Ќ≈ќЅ’ќƒ»ћј ƒЋя »—“»Ќџ. Ћќ∆№ Ќј Ћќ∆№ ƒј≈“ ѕ–ј¬ƒ”. ѕ–ј¬ƒј Ћ» Ё“ќ?

», однако, во мне все-таки воскресло одно, еще прежнее впечатление, которым хочетс€ поделитьс€, хот€, может быть, очень наивное. Ёто уже вообще об нашем суде. √ласный суд с прис€жными заседател€ми прин€то считать во всем мире чуть не за достигнутое совершенство: УЁто, так сказать, победа, высший плод умаФ. я верю со всеми, потому что вам скажут, например: УЌу выдумайте лучшеФ Ч и ведь вы не выдумаете. —ледственно, необходимо согласитьс€ уже по тому одному, что нельз€ лучше выдумать. ј между тем вот всходит на сцену... то бишь на эстраду, г-н прокурор. ѕредставим, что это человек превосходный, умный, совестливый, образованный, с христианскими убеждени€ми и знающий –оссию и русского человека, как мало в –оссии знают. Ќу-с, а вот этот совестливейший человек пр€мо начинает с того, что он Удаже рад, что случилось это преступление, потому только, что пришла наконец кара этому злодею, вот этому подсудимому, потому что если б вы только знали, господа прис€жные, кака€ это каналь€!Ф “о есть он, разумеетс€, УканальюФ не употребит, но ведь это все равно: он самым вежливейшим, самым м€гким и самым гуманным образом выставит его под конец даже хуже канальи, хуже даже вс€кой канальи. —корб€ сердцем, он деликатнейшим образом передает, что ведь и мать его была такова, что он, наконец, не мог не украсть, потому что самый низкий разврат увлекал его всЄ более и более в бездну. —делал же он всЄ сознательно и преднамереннейшим образом. ¬спомните, как хорошо ему послужил пожар в соседней улице в минуту совершени€ им преступлени€, потому что пожар, произвед€ тревогу, отвлек к себе внимание и дворников и всего околотка. Уќ, €, разумеетс€, далек от вс€кого пр€мого обвинени€ в поджоге, но, господа прис€жные, согласитесь, что тут странное совпадение двух обсто€тельств, неизбежно навод€щих на известную мысль, но € молчу, молчу, Ч но, конечно, вы этого вора, убийцу (потому что он непременно бы убил, если б встретил кого в квартире) и, наконец, поджигател€, отъ€вленного, доказанного поджигател€, Ч конечно, уж вы его ушлете куда-нибудь подальше и тем дадите возможность вздохнуть добрым люд€м, хоз€йкам спокойно удал€тьс€ из квартиры за покупкой провизии, а владельцам домов не трепетать за свое имущество, хот€ бы таковое и было застраховано в том или другом страховом обществе. ј главное, напрасно € это всЄ вывожу: взгл€ните на него! вот он сидит, не сме€ взгл€нуть в глаза честным люд€м, и разве мало одного простого взгл€да, чтоб убедитьс€, что это и вор, и убийца, и поджигатель. ќб одном лишь торжественно сожалею, что ему не удалось сделать дес€ть таких же покраж бель€, зарезать дес€ть таких же хоз€ек и поджечь дес€ть таких же домов, потому что тогда сама€ уже колоссальность преступлени€ потр€сла бы граждански-сонливое общество наше и заставила бы его прибегнуть наконец к самозащите и выйти из преступного своего гражданского усыплени€...Ф

ќ, мы знаем, что г-н прокурор будет говорить гораздо благороднее. —лова наши карикатура и год€тс€ лишь дл€ юмористической воскресной газетки с куплетами и карикатурами, положим. ѕоложим, это будет даже одно из таких дел, которые возбуждают глубокие социальные и гражданские вопросы, а главное, в нем будут психологические места, а в психологии, как известно, чрезвычайно бойки прокуроры даже во всей ≈вропе. Ќу, и что же, все-таки выйдет в заключение то же самое, то есть что жаль, дескать, что не было вместо одного Ч дес€ти, тридцати, п€тисот отравлений, потому что тогда бы содрогнулись ваши сердца и вы бы встали как один человек, и т. д. и т. д.

Ќо, возраз€т мне, что ж тут такого? ѕоложим, ужасно много прокуроров совсем не ораторы, но прокурор, во-первых, чиновник и должен действовать сообразно службе своей, и во-вторых, что прокуроры всегда преувеличивают обвинение Ч в том нет не только ничего предосудительного, но, напротив, всЄ полезное. »бо так именно и надо. «ато, в противуположность ему, есть защитник подсудимого, которому позвол€етс€ вполне опровергать прокурора.  роме того, даже во всей ≈вропе позвол€етс€ доказывать, конечно, с полнейшей вежливостью, что прокурор глуп, нелеп, подловат и что Уесли кто зажег третьего дн€ в 3-й линии на ¬асильевском дом, так это именно этот самый человек, потому что он как раз в это самое врем€ был на ¬асильевском острове на именинах генерала ћихайлова, провосходнейшего и благо-о-р-роднейшего существа, а что он зажег дом, то в этом нет сомнени€ по тому одному даже (оп€ть психологи€), что не подожги он этот дом, по вражде с домовладельцем купцом »ваном Ѕородатым, то ему бы никогда не могло прийти в голову такое глупое, такое ни на что не похожее и пошлое обвинение подсудимого в поджигательстве дл€ отвода глаз всей улицы во врем€ совершени€ этого мнимого и несообразного ни с чем преступлени€. —обственный поджог его именно и навел на мысльФ. Ќаконец, возьмите и то, что защитнику позвол€етс€ делать жесты, проливать слезы, скрежетать зубами, рвать свои волосы, стучать стуль€ми (но не замахиватьс€ ими) и, наконец, падать в обморок, если он уже очень благороден и не может вынести несправедливости, что, впрочем, кажетс€, не позволено прокурору, как бы ни был он благороден, потому что как-то странно было бы вдруг упасть навзничь чиновнику в мундире. Ќе употребл€етс€ это вовсе.

ќп€ть-таки все, что € говорю, Ч карикатура, одна карикатура, и ничего этого не бывает, а обходитс€ всЄ на самой благородной ноге, € согласен (хот€ стуль€ми-то стучали и в обморок-то падывали)! Ќо ведь € только хлопочу о сущности дела, потому что в самых благороднейших выражени€х доход€т до того же самого, как и в неблагороднейших.

Ч  ак, что вы, Ч укажут мне, Ч да это-то и надо, именно преувеличение-то и надо, с обеих сторон! ѕрис€жный иногда человек не столь образованный, и к тому же зан€той, у него там сво€ лавка, дела, он подчас рассе€н, а подчас так и просто не в силах сам углубитьс€. ј потому именно его надо углубить, показать ему все фазисы дела, даже самые невозможные, чтобы он уже вполне был уверен, что обвинением всЄ, что только может прийти в голову, уже исчерпано и что думать над этим уже больше нечего, равно как защитой подведено все, что только возможно и невозможно предположить, к убелению подсудимого, паче горнего снега. ј потому, там в особой комнате, свод€ итоги, они уже знают, так сказать, механически, что должно выскочить, плюс или минус, так что совестью по крайней мере они могут быть совершенно спокойны. ¬ результате €сно, что всЄ это совершенно необходимо дл€ истины, то есть и ожесточенное нападение и ожесточенна€ защита, и даже так, что ожесточенное-то нападение обвинител€, если только вз€ть в самом строгом смысле, даже полезнее подсудимому, чем самому обвинителю, так что оп€ть-таки ничего нельз€ выдумать лучше.

ќдним словом, современный суд не только победа или высший плод ума, но и сама€ мудрена€ вещь. — этим нельз€ не согласитьс€. —уд притом гласный; стекаетс€ публика даже сотн€ми человек Ч и неужели предположить, что они стекаютс€ из праздности, дл€ спектакл€ только? Ќет, конечно: из какого бы побуждени€ ни собирались они, а надо, чтобы уходили с впечатлением высшим, сильным, назидательным и целебным. ћежду тем все сид€т и вид€т, что тут, в основе, кака€-то ложь Ч о, не в суде, конечно, не в значении приговора, а просто, например, в иных привычках, с такою счастливою легкостью восприн€тых у ≈вропы и укоренившихс€ в наших представител€х защиты и обвинени€. я вот ухожу домой и дома про себ€ думаю: ведь »вана ’ристофорыча, прокурора, € лично знаю, умнейший и добрейший человек, а между тем ведь он лгал, и знал, что лгал. ƒело какого-нибудь выговора или двухмес€чного заключени€ он нат€нул на двадцатилетнюю ссылку в отдаленнейшие места. ѕусть это даже надо дл€ самой €сности дела, но всЄ же он лгал, и лгал сознательно, а ведь дело-то об шее человека идет.  ак же это так согласить, особенно если он человек с талантом: ведь il en reste toujours quelque chose, 3 особенно если защита плоховата и только стуль€ми умеет стучать. ѕоложим, тут даже самолюбие »вана ’ристофоровича разыгралось, чисто человеческа€ черта, но извинительна€ ли в таком важном деле?  уда же тут человек-то девалс€, высший-то человек, гуманный, цивилизованный?

ѕусть, пусть, наконец, из этого-то из всего и выходит истина, и выходит, так сказать, механически даже, самым хитрейшим путем, но ведь сбирающа€с€ на суд публика, пожалуй, и впр€мь будет собиратьс€ тогда на зрелище, на созерцание механического и хитрейшего пути, и, слуша€ с восторгом, как, например, талантливый защитник так отлично лжет против совести, она чуть не аплодирует ему с своих стульев: У ак, дескать, лжет хорошо человек!Ф ¬едь от этого зарождаетс€ в массе этой публики цинизм и фальшь, и укорен€ютс€ незаметно. ∆аждут уже не истины, а таланта, лишь бы повеселил и развлек. “упеет гуманное чувство, которое уже не восстановите кувыркань€ми в обморок. Ќу, а представьте оп€ть-таки, если лжец действительно с огромным талантом?

я знаю, что всЄ это лишь праздное с моей стороны нытье. Ќо послушайте, учреждение гласного прис€жного суда всЄ же ведь не русское, а скопированное с иностранного. Ќеужели нельз€ наде€тьс€, что русска€ национальность, русский дух когда-нибудь сглад€т шероховатости, уничтожат фальшь... дурных привычек, и дело пойдет уже во всем по правде и по истине. ѕравда, теперь это невозможно: теперь именно защита и обвинение блистают этими дурными привычками, ибо одни ищут денег, а другие карьеры. Ќо ведь когда-нибудь можно же будет прокурору даже защищать подсудимого, вместо того чтоб обвин€ть его, так что защитники, если бы захотели возразить, что даже и той малой доли обвинени€, которую прокурор всЄ же оставил на подсудимом, нельз€ применить к нему, то прис€жные заседатели им просто бы не поверили.

я даже так думаю, что такой прием скорее бы и вернее гораздо способствовал к отысканию истины, чем прежний механический способ преувеличени€, состо€щий в крайности обвинени€ и в зверстве защиты? ќтвет€т, конечно, что это решительно невозможно, а так как то же самое и в ≈вропе, то и быть не должно, и что Учем механичнее, тем даже и лучшеФ.

¬от этот механизм-то, этот механический способ вытаскивать наружу правду, может быть, у нас и заменитс€... просто правдой. »скусственное преувеличение исчезнет с обеих сторон. ¬сЄ €витс€ искренним и правдивым, а не игрой в отыскание истины. Ќа сцене будет не зрелище, не игра, а урок, пример, назидание. ѕравда, адвокатам будут платить гораздо меньше. Ќо все эти утопии возможны будут, разве когда у нас вырастут крыль€ и все обрат€тс€ в ангелов. Ќо ведь и судов тогда не будет...

√Ћј¬ј “–≈“№я

I. –»ћ— »≈  Ћ≈–» јЋџ ” Ќј— ¬ –ќ——»»

Ќедавно Ућосковские ведомостиФ, є 262-й, сделали в своей передовой статье следующее замечание:

У“ретьего дн€ мы обратили внимание на какую-то партию внутри –оссии, действующую в согласии с ее врагами и готовую помогать туркам в их борьбе с нею, Ч партию русских англо-мадь€р, которой ненавистно вс€кое про€вление нашего народного духа, вс€кое действие нашего правительства в этом духе и котора€ русский патриотизм ставит на одну линию с нигилизмом и революцией, Ч парти€, котора€ питает гнуснейшими корреспонденци€ми враждебную нам заграничную печать. ≈два была сдана наша стать€ в печать, как телеграмма нашего петербургского корреспондента передала нам сущность обнародованного Уѕравительственным вестникомФ сообщени€, изобличающего новые проделки этой партии. ¬ то самое врем€, когда между ѕлевной и ќрхание наша арми€ имела блистательные успехи, в ѕетербурге интрига распускает слухи о поражении, будто бы понесенном этими самыми победоносными войсками, стара€сь распространить в публике уныние, и стараетс€ так усердно, что правительство сочло необходимым предостеречь публику от подобных злоумышленных слуховФ.

УЌовое врем€Ф заметило по этому поводу на другой же день, вскользь впрочем, что Ућосковские ведомостиФ хватили немножко далеко и что Уѕравительственный вестникФ разумел, может быть, просто какую-нибудь болтовню в публике, вовсе не имеющую такого значени€. (»злагаю мысль УЌового времениФ своими словами на пам€ть.)

¬есьма может быть, что и так и что Уѕравительственный вестникФ и впр€мь говорил лишь о какой-нибудь УболтовнеФ. “ем не менее предположение Ућосковских ведом<остей>У имеет несомненное основание. “олько какие же тут англо-мадь€ры, о которых упоминают Ућос<ковские> вед<омости>У? ” нас, на наших окраинах, да и внутри, свои римские клерикалы найдутс€. “еперь уже не май мес€ц; теперь уже все знают и пишут о клерикальном всемирном заговоре, и даже самые либеральные из наших газет согласились, что заговор этот имеет свою силу. Ќо странно было бы, если б ватиканский заговор миновал наших римских клерикалов и не употребил их в дело. —мута, в тылу русских армий, чрезвычайно была бы выгодна ¬атикану, особенно в насто€щую минуту. ¬от еще выписка, но уже из УЌового времениФ, є 587. УЌовое врем€Ф в отделе своем У—реди газет и журналовФ цитует мнение У√олосаФ, выраженное по поводу некоторых статей в английской УMorning postФ и в некоторых заграничных польских журналах. ¬от эта выписка:

У¬ УMorning postФ, от 22-го окт€бр€, напечатана любопытна€, по своей неожиданности, стать€, где туркофильска€ газета сообщает о переговорах, будто бы начатых уже между –оссией и √ерманией, по поводу уступки √ермании ѕривислинского кра€ по ¬ислу! —амо собою разумеетс€, что в глазах УMorning postФ это составл€ет результат сделки, по которой √ермани€ об€зуетс€ помочь Уприобретени€м –оссии на Ѕалканском полуостровеФ. Ћондонска€ газета настойчиво толкует далее, что пол€ки ѕривислинского кра€ вовсе не думают теперь о восстании, Уне жела€ попасть еще в горчайшее рабствоФ, то есть во власть пруссакам, и что если в Урусской ѕольшеФ произойдут какие-нибудь беспор€дки, то они будут простым последствием Урусско-прусских интригФ... «амечательно, что за несколько дней перед тем, как по€вилась эта стать€ в УMorning postФ, о том же самом предмете, хот€ и в несколько другом тоне, говорил УDziennik polskyФ, сообщив, будто бы русское правительство, вывод€ свои войска из ѕривислинского кра€, распространило там воззвание к кресть€нам, приглаша€ их образовать из себ€ сельскую стражу дл€ наблюдени€ за панами и дл€ подавлени€ вс€ких попыток к м€тежу. ѕередава€ содержание этих статей, У√олосФ удивл€етс€, с чего вдруг стали так усердствовать УDziennik polskyФ и УMorning postФ? ƒл€ чего понадобилась им нелепа€ басн€ о русском воззвании к привислинским кресть€нам и о русско-прусских agents provocateurs, 4 будто бы старающихс€ возбудить Уискусственное восстание в УконгрессувкеФФ?

Ёти неожиданные выходки должны же иметь какую-нибудь цель. √азеты, их напечатавшие, веро€тно, имеют сведени€, заставл€ющие их опасатьс€ возникновени€ беспор€дков в ѕривислинском крае, и стараютс€ заранее исказить смысл движени€, последствий которого они, по-видимому, опасаютс€. ѕрием этот не нов. ќн уже употребл€лс€ пол€ками и их западными друзь€ми в 1863 году. ќдно это воспоминание заставл€ет уже признать, что статьи УDziennik polskyФ и УMorning postФ не лишены значени€ и имеют какую-то таинственную св€зь с прежними толками мадь€рской печати о сочувствии пол€ков к туркам и о их тайном желании усложнить положение –оссии революционною агитацией на нашей западной границе. Ћюбопытно, что эти статьи совпадают с известием о кандидатуре кардинала Ћедоховского на папский престол. ћы не принадлежим, за€вл€ет У√олосФ, к числу охотников придавать преувеличенное значение всем фантастическим комбинаци€м, за которые хватаютс€ недоброжелатели –оссии, в надежде помешать благопри€тной дл€ нее разв€зке нынешней войны. ¬ данном же случае дело кажетс€ нам настолько серьезным, что нельз€ уже оставить без указани€ такой факт, каким €вл€етс€ неожиданное и ничем, по-видимому, не вызванное по€вление статей УDziennik polskyФ и УMorning postФФ.

—тало быть, есть же нечто похожее на ветви клерикального заговора, может быть, и у нас? ”ж одно известие о кандидатуре Ћедоховского, несомненно польского происхождени€, ибо только одна легкомысленна€ голова польского заграничного агитатора может серьезно поверить, что римский конклав, наполненный такими тонкими умами, в состо€нии бы был так шлепнутьс€ избранием Ћедоховского, причем новый папа только бы и делал, что занималс€ восстановлением отчизны, а не римского и всемирного владычества пап. Ќо это в сторону, а ветви клерикального заговора в –оссии все-таки €сны. УЌовое врем€Ф прибавл€ет к тому же, что

У... настойчива€ в насто€щее врем€ полемика УJournal de St.-PetersbourgФ с италь€нскими клерикальными газетами, по поводу мнимого угнетени€ католицизма в ѕольше, как будто показывает, что существуют признаки какой-то агитации на нашей западной окраинеФ.

Ќу, уж вовсе не признаки только. Ёто, стало быть, именно и есть та парти€, про которую говор€т Ућосковские ведомостиФ, что она Удействует в согласии с врагами –оссии... и что ей ненавистно вс€кое про€вление нашего народного духа, вс€кое действие нашего правительства в этом духе, и котора€ русский патриотизм ставит на одну доску с нигилизмом и революцией, Ч парти€, котора€ питает гнуснейшими корреспонденци€ми враждебную нам печать...Ф

ƒа, именно европейские корреспонденции из –оссии, очень и очень возможно, что ее дело, этой партии. Ёта радость о неудачах –оссии и легкомысленное визжание от восторга, что –осси€ так-де вдруг оказалась Услаба, без финансов, с расстроенным войском, с недовольным и ропчущим народом, с нигилизмом, подточившим обществоФ Ч все эти небылицы, несомненно, нос€т на себе печать столь известного происхождени€. ќ, нельз€, чтоб не нашлись и русские перь€, готовые писать в унисон с клерикалами, но эти корреспонденции за границу не могут быть, кажетс€, написаны русскими: слишком уж было бы это подло. “ем не менее клерикалы, может быть и не очень стара€сь, несомненно направл€ют даже и русские перь€ у нас дома. ќни их вовсе, может быть, и не подговаривают, и в сношени€ с ними, пр€мые и надлежащие, не вступают, потому что эти бойкие либеральные перь€ принадлежат иногда честнейшим люд€м, которые, выслушав пр€мое предложение клерикала, может быть, спустили бы его даже с лестницы. Ќо зато клерикал, особенно у нас обжившийс€, отменно знает, что ему и ходить к бойкому перу не нужно, потому что бойкое русское перо ему и даром всЄ напишет, Ч единственно вообража€ (о, милые!), что это и честно, и либерально. Ѕойкое перо возмущаетс€, например, клерикалами, облепившими во ‘ранции ћак-ћагона, и пишет грозные против них статьи. Ќо в то же врем€ он русского римского клерикала не только не заметит, но подчас запоет ему в самый полный унисон. ≈сть такие, есть. » хитрые наши римские клерикалы даже, может быть, див€тс€ на них: У¬едь охота же это им этак шлепатьс€ между двух стульев, Ч кивают они главами своими. Ч » ведь как бескорыстно! ѕравда, надобно же быть до конца либеральным. ¬едь вот они кричат, что –осси€ права даже не имеет освобождать слав€н: да ведь за это им мало сто тыс€ч дать! » всЄ-то это между двух стульев, поминутно, да поминутно.  ак им не больно только? «аживает, что ли, у них так скоро...Ф

II. Ћ≈“Ќяя ѕќѕџ“ ј —“ј–ќ… ѕќЋ№Ў» ћ»–»“№—я

¬ начале лета эти агитаторы-клерикалы попробовали у нас сделать демонстрацию даже через русские издани€. ¬олки перер€дились в овец и заговорили в тоне как будто посланников всей польской УэмиграцииФ за границей. ќни стали предлагать примирение: примите, дескать, нас, мы видим тоже, что братство слав€н несомненно, и не хотим отстать. √оворили они чрезвычайно нежно и выставили резоны:

У” нас, говор€т они, есть инженеры, химики, технологи, ремесленники, бухгалтеры, агрономы и т. п.Ф. ¬сего этого много в эмиграции. ѕустите их к себе! У–азве, Ч говорит житель Ћитвы, написавший в 172 є У—ѕб. вед.Ф статью, Ч нет у вас дела дл€ той среды, котора€ произвела прежде “енгоборского дл€ –оссии, ¬оловского дл€ ‘ранции? ј в деле искусств, столь обм€гчающих нравы и облагораживающих характер, как представители в польском обществе, в насто€щее врем€ всесветно известны: Ѕроцкий скульптор, ћатейко живописец. ¬ам эти люди не нужны? „то же сказать о сонме литераторов, публицистов, промышленников, фабрикантов и вс€кого рода де€телей? ¬ам эти люди не нужны тоже?Ф (УЌовое врем€Ф, из статьи  остомарова).

√-н  остомаров великолепно ответил в УЌовом времениФ на все эти заискивани€. —ожалею, что не имею места сделать выписки из этой превосходной статьи. –ассуждени€ми €сными и точными доказывает г-н  остомаров, что всЄ это лишь нам западн€, что наведут они к нам  онрадов ¬алленродов, предателей; что пол€к —тарой ѕольши инстинктивно, слепо ненавидит –оссию и русских. √-н  остомаров допускает, однако же, что есть прекрасные пол€ки, которые могут жить даже в дружбе с иным русским, спасти его в беде, одолжить его. Ёто, конечно, правда, но чуть только этот русский, хот€ бы даже после двадцати лет дружбы, вдруг бы выразил этому прекрасному пол€ку свои политические убеждени€ насчет ѕольши в русском духе, то этот пол€к тотчас же, тут же, стал бы €вным или тайным врагом своего русского друга, на всю жизнь, до конца, непримиримым и безграничным. ќб этом забыл прибавить г-н  остомаров.

¬с€ эта летн€€ попытка Упримирени€Ф, нашедша€ русских защитников и такого могучего оппонента, как г-н  остомаров, Ч есть бесспорно клерикальна€ к нам подсылка из ≈вропы, отрог всеевропейского клерикального заговора. ќ, эти пол€ки —тарой ѕольши увер€ют, что они вовсе не клерикалы, не паписты, не римл€не и что мы давно должны это знать про них. Ќо вообразить только, что —тара€ ѕольша, эта польска€ эмиграци€, не держитс€ папы в иезуитском смысле, далека от клерикальных фантазий, Ч о, кака€ смешна€ мысль! »м ли, им ли не держатьс€ ¬атикана, когда они так вполне сознают его силу и всегда сознавали? ¬едь ¬атикан не измен€л —тарой ѕольше никогда, а, напротив, поддерживал из всех сил все ее фантазии, когда другие-то государства их уже и слушать не хотели! Ќет, они ¬атикану не измен€т, и ¬атикан не изменит им. Ћетн€€ выходка к примирению была сделана именно в то врем€, когда вс€ эмиграци€ задвигалась против русских, когда созидались польские легионы, когда аристократы эмиграции €вл€лись в  онстантинополь с огромными суммами денег (конечно, не своими). ¬сЄ это примирение было одно только коварство, как определил его г-н  остомаров.  стати: они предлагают нам своих ученых, техников, художников и говор€т: Уѕримите их, они ль вам не нужны!Ф “ут бы прибавить, что они, веро€тно, считают нас диким народом и не ведают, что у нас всЄ то, что они предлагают, может быть, и лучше ихнего есть. Ќо обижатьс€ нечего, а главное: зачем же они не едут? ” нас было несколько пол€ков, которые про€вили свой талант, и –осси€ их почитала, уважала, ставила на высоту, нисколько не раздел€€ их от русских.   чему же уговариватьс€? ѕриезжайте! ѕримиритесь и покоритесь сами, но знайте, что никогда не будет —тарой ѕольши. ≈сть Ќова€ ѕольша, ѕольша, освобожденна€ царем, ѕольша возрождающа€с€ и котора€, несомненно, может ожидать впереди, в будущем, равной судьбы со вс€ким слав€нским племенем, когда слав€нство освободитс€ и воскреснет в ≈вропе. Ќо —тарой ѕольши никогда не будет, потому что ужитьс€ с –оссией она не может. ≈е идеал Ч стать на месте –оссии в слав€нском мире. ≈е девиз, обращенный к –оссии: УOtes-toi de la que je mТy metteФ. 5 Ћюбопытно, что польский передовой застрельщик говорит лишь об ученых и художниках. Ќу, а предводители эмиграции, аристократы? ¬ообразить только картину, что –осси€ поддалась льстивым словам и объ€вила, что хочет миритьс€; и вот они сид€т и надменно спрашивают: У акие ваши услови€?Ф

ѕотому что если вы предлагаете нам впустить эмигрантов в –оссию, а сами они не идут, значит, они дожидаютс€ условий. » вот, представьте себе, что –осси€ их вдруг признает за нечто, за воюющую сторону, и начнет эти переговоры! » вот они перебираютс€ в –оссию, магнаты с первого же разу фрондируют, требуют знатных мест и отличий; затем тотчас же кричат на всю ≈вропу, что их обманули, затем начинают польский бунт... » –осси€ поддастс€ на такую беду, сделает такую глупость! –азумеетс€, пол€ки не могли верить сами, чтобы така€ груба€ выходка их могла обмануть –оссию. Ќо на чистых сердцем русских сторонников они рассчитывали. „то это дело клерикалов, клерикальный шаг в –оссию, Ч в этом нет сомнени€. —прос€т: дл€ чего же этот шаг? ј разве клерикалам не надо сондировать положение, путать мысли, скрывать насто€щие свои шаги, приобретать русские перь€, волновать русскую ѕольшу и проч., и проч.? ƒа мало ли какие у них могли быть расчеты!

III. ¬џ’ќƒ ј УЅ»–∆≈¬џ’ ¬≈ƒќћќ—“≈…Ф. Ќ≈ Ѕќ… »≈, ј «Ћџ≈ ѕ≈–№я

ћы говорили сейчас про Убойкие перь€Ф. Ќо есть у нас перь€ вовсе не бойкие, но отвратительные. » они тоже (да еще как) свищут с польскими соловь€ми в унисон, но пол€ки их даже и не направл€ют; всЄ делаетс€ бескорыстно, не веда€ что твор€т. “ут просто злоба, обманутые надежды и потерпевшее самолюбие. “акова стать€ УЅиржевых ведомостейФ (є 257) о господине »ловайском; хоть бы написать-то сумели, а то ведь так против себ€ и вал€ют!

¬сем известно, что наш ученый, г-н »ловайский, был арестован и оскорблен в √алиции. ѕроезжа€ с ученою целью √алицию, он обратилс€, по ошибке, к одному польскому ксендзу с просьбою указать ему местные древности. ѕотом он уже нашел русского св€щенника, но злобный ксендз тотчас же донес на него, под предлогом, что это русский панславист, пропагатор и агитатор. √-на »ловайского арестовали безо вс€кой церемонии, обыскивали, возили из тюрьмы в тюрьму и наконец-то, заступничеством одного местного ученого, его препроводили до русской границы. ” нас это тотчас же разгласилось: Ућосковские ведомостиФ поместили статью. «аговорили наши газеты, но многие без особого жару, а просто как о курьезе. ‘акт оскорблени€ русского ученого, ни за что ни про что, показалс€, кажетс€, всем обыкновенным фактом. —ам г-н »ловайский напечатал в Ућосковских ведомост€хФ тоже несколько строк на статьи враждебных газет, кротких строк, в€лых и сонных. Ќо зато наши биржевики, которым вс€ –осси€ представл€етс€ лишь с точки зрень€ своего кармана и которым до –оссии ровно никакого нет дела, услужили ей удивительную услугу. ¬от эта стать€ УЅиржевых ведомостейФ:

У...„то такое начудил г-н »ловайский в √алиции?  акую это он зате€л там пропаганду?

Ќеужели несчасти€, переживаемые теперь –оссией, недостаточны еще дл€ того, чтобы выгнать дурь из головы наших закорузлых панславистов, и неужели после того, что происходит теперь у всех на глазах, у них хватает духа продолжать юродство и скоморошество с этой всеслав€нской чепухой, приготовл€ющей дл€ нас неисчисл€емые государственные бедстви€ и всем нам давно уже опротивевшей?

ѕока наши отупевшие от ничегонеделань€ панслависты ограничивались пересылкой всеслав€нских колоколов, это ни до кого не касалось, и они могли забавл€тьс€ этим сколько угодно, но когда они вместе с колоколами начинают посылать туда своих пономарей дл€ благовеста, Ч дело получает уже совсем иное значение.

 то же призвал и кто уполномочил г-на »ловайского на его панславистскую пропаганду?

ѕонимает он или не понимает, к каким она может привести последстви€м, в особенности теперь, в насто€щую минуту? ¬ы извергаете, господа, ругательства на  лапку за то, что тот подстрекает мадь€р на пособничество туркам, Ч а что же делаете вы сами, что делает г-н »ловайский, под видом изучени€ слав€нских древностей? „то, вам мало еще того зла, которое породило ваше прошлогоднее юродство? „его вы еще хотите?  акую еще новую кашу вы заварить желаете? „тобы бросить камень в воду, вас достанет на это, мы это хорошо знаем; но вы должны помнить также, что камни, вами бросаемые, приходитс€ иногда вытаскивать всеми народными силами, добывать их ценою кровавых жертв и народного истощени€.

ѕерестаньте же дурачитьс€; на всЄ есть свое врем€. ≈сли до сих пор во всех благоразумных люд€х вы возбуждали к себе только насмешку, то теперь к вам не иначе будут относитьс€, как с негодованиемФ.

Ёти люди говор€т о негодовании! ѕослушайте, как смели вы написать, не зна€ дела, так утвердительно, на всю –оссию и на всю ≈вропу (ибо ваша стать€ имела в ≈вропе свое значение), Ч как смели вы написать про г-на »ловайского: У то же призвал и кто уполномочил г-на »ловайского на его панславистскую пропагандуФ? » потом, после смешного сравнени€ г-на »ловайского с  лапкой: Уј что же делаете вы сами, что делает г-н »ловайский, под видом изучени€ слав€нских древностей?Ф  ак смели вы написать об этом так утвердительно, после того как совершенно знаете, что всЄ это неправда? Ќеужто вы думаете, что вам позвол€т предавать –оссию. ¬ы спрашиваете о г-не »ловайском: Уѕонимает он или не понимаетФ, а € вас самого спрошу, г-н публицист: понимаете ли вы или не понимаете, что вы наделали! ¬едь в јвстрии не спрос€т: какой человек это писал, умный или неумный, образованный или необразованный, знает он хоть что-нибудь в панславизме или ничего не знает и никогда ничего не читал об нем? ¬едь в јвстрии пр€мо скажут: У—тало быть, правда, что –осси€ посылает агитаторов? ≈сли б не правда была, как могла бы так утвердительно, с таким жаром и так укоризненно обращатьс€ к панславистам больша€ петербургска€ ежедневна€ независима€ газета, в высшей степени подтверждающа€ факт рассылки эмиссаров дл€ агитаторства? ¬едь писавший это сам русский, скажут они, его бы остановил патриотизм, наконец, и побудил бы скрыть преступленье. Ќо он не мог скрыть истину, потому что негодование патриота вылилось наружу на панславистов, готов€щих, стало быть, действительно страшные бедстви€ –оссии своей отча€нной пропагандой и агитацией в јвстрии и в слав€нских земл€х. —тало быть, нам нечего извин€тьс€ за арест какого-то там »ловайского, напротив, надо усилить аресты и всех русских в јвстрии держать впредь под полицейским надзором. Ќе нам просить извинени€, а русское правительство должно просить у нас извинени€ за то, что так открыто позвол€ет у себ€ де€тельность зловредных политических, направленных против јвстрии обществ, а к нам пропускает поминутно массами пропагаторов и агитаторов, бунтующих австрийских слав€н против законного правительстваФ.

Ёто несомненно скажут в јвстрии и статью вашу несомненно примут к сведению в этом самом смысле, г-н публицист. „то же это, не предательство, как вы думаете? Ќе предаете вы интересы –оссии пол€кам и австрийцам? Ќе поддерживаете вы политическую смуту и не служите ей? ¬едь вы знаете наверно, вполне, в точности, что никаких эмиссаров не посылалось никем никогда, как же вы смели написать про г-на »ловайского, что он ездил се€ть смуту под видом изучени€ слав€нских древностей? ≈сть ли кто в –оссии, кто вам в этом поверит? ћежду тем вы выражаетесь об этом деле так утвердительно, как будто знаете его, как свои п€ть пальцев.  то же сеет смуту?

“еперь о другом: утолив вашу злобу, написав заведомую неправду, вы позвол€ете еще себе наде€тьс€, после вашего-то поступка столь €вного предательства русских интересов старопол€кам и австрийцам, и вс€кой бесконечной и вечно агитирующей против нас европейской швали, Ч на сочувствие к вам русских читателей? Ќеужели вы так низко об них думаете?

» что за тон? „то за трепетание, что за принижение перед јвстрией! У»зволит, дескать, она осердитьс€!Ф ” √огол€ атаман говорит казакам: Ућилость чужого корол€, да и не корол€, а милость польского магната, который желтым чеботом своим бьет их в морду, дороже дл€ них вс€кого братстваФ. Ёто атаман говорит про предателей. Ќеужели вам хочетс€, чтобы и русские, в трепете животного страха за свои интересы и деньги, склон€лись точно так же перед каким-нибудь желтым чеботом? Ќапротив, не лучша€ ли наша политика с јвстрией, именно теперь, именно в эту минуту, Ч политика высшего собственного национального достоинства, а не та, которую вы желаете. ¬едь чем более мы выкажем принижени€, которого вы так желаете, тем более и в той же степени укрепим и усилим ее домогательства. ƒа и чего нам бо€тьс€ јвстрии, она никогда не в силах будет извлечь против нас свой меч, если б и захотела того. Ќапротив, именно теперь настала пора дл€ политики пр€мой и откровенной, дл€ того, чтобы не вышло потом, при окончании войны, печальных недоразумений. Ќам нечего давать на себ€ вексел€. “очно так же мы должны смотреть и на јнглию. ќни должны пон€ть по крайней мере, что мы их не можем бо€тьс€ и что мы, напротив, в силах им сделать больше зла, чем они нам.

Ёто они должны знать, между тем они об нас имеют ложные сведени€, укрепл€емые вот именно такими выходками, как УЅиржевых ведомостейФ. Ќе в јвстрии ли поддерживалось летом убеждение, что сила –оссии была мираж, всех обманувший, и что впредь нельз€ считать уже –оссию сильной военной державой. ¬от тогда-то и возрос ее тон. Ќе в јнглии ли были убеждены, тоже в высших сферах, что 10 000 человек английского войска, высаженные в “рапезунде, порешили бы навсегда нашу задачу на ¬остоке и на  авказе. ћы-то их знаем, а они-то нас, стало быть, не знают. Ќо плоха€ услуга –оссии предавать ее интересы недругам нашим и представл€ть ее в трусливом и приниженном виде, тогда как этого нет нисколько и всЄ ложь.

ЌќяЅ–№

√Ћј¬ј ѕ≈–¬јя

I. „“ќ «Ќј„»“ —Ћќ¬ќ: У—“–ё÷ »≈Ф?

¬ два года издани€ моего УƒневникаФ €, раза два-три, употребил малоизвестное слово УстрюцкиеФ и получил несколько запросов, из ћосквы и из губерний: У„то значит слово УстрюцкиеФФ? »звин€юсь, что не ответил никому до сих пор: всЄ хотел как-нибудь, между строчками, ответить в УƒневникеФ. “еперь, заканчива€ УƒневникФ, отведу несколько строк и непон€тному петербургскому словцу, и если начинаю с этой мелочи первую страницу но€брьского выпуска, то именно потому, что, откладыва€ на последнюю страницу, как прежде делывал, почти всегда не находил свободного места дл€ УстрюцкихФ из-за других тем, и каждый раз приходилось откладывать объ€снение оп€ть до следующего выпуска.

—лово Устрюцкий, стрюцкиеФ есть слово простонародное, употребл€ющеес€ единственно в простом народе и, кажетс€, только в ѕетербурге. “ак что это слово, кажетс€, и изобретено в ѕетербурге. ѕишу: кажетс€, потому что сколько ни расспрашивал людей УкомпетентныхФ, не мог ни от кого добитьс€: откуда оно вз€лось, почему так сложились звуки его, употребл€етс€ ли оно хоть где-нибудь в –оссии кроме ѕетербурга и, наконец, Ч действительно ли в ѕетербурге оно изобретено? „то до мен€, то мне оп€ть-таки Укажетс€Ф (утвердительнее не могу выразитьс€), что слово это есть слово чисто петербургское и изобретено собственно петербургским простонародьем, но кем, когда, давно ли? Ч не знаю. ќзначает же оно, по неоднократным расспросам моим у народа, и сколько € пон€л, следующее:

У—трюцкийФ Ч есть человек пустой, др€нной и ничтожный. ¬ большинстве случаев, а может быть и всегда, Ч пь€ница-пропоица, потер€нный человек.  ажетс€, впрочем, стрюцким мог бы быть назван, в иных случа€х, и не пь€ница. Ќо главные свойства этого пустого и др€нного пь€нчужки, заслужившие ему особое наименованье, выдумку целого нового слова, Ч это, во-первых, пустоголовость, особого рода вздорность, безмозглость, неосновательность. Ёто криклива€ ничтожность.  ричат вечером в праздник на улице пь€ные; слышен спор, исступленный зов городового; в сбившейс€ в кучу толпе €сно отличаетс€ чей-то протестующий, взывающий, жалующийс€ и угрожающий голос. ћного напускного гнева. ¬ы подходите, осведомл€етесь, что такое? ¬ ответ смеютс€, махают рукой и отход€т: Уѕуст€ки, стрюцкие!Ф —лово УстрюцкиеФ произноситс€ при этом с пренебрежением, с презрением. ¬сегда с презрением, и если б действительно этот кричащий человек был прибит или обижен, то и тут, кажетс€, не нашел бы сочувстви€, а только презрение, потому что он лишь УстрюцкийФ, то есть всЄ в нем вздор, и что кричит он Ч и то всЄ вздор, и что прибили его Ч и то вздор, самый Унесто€щий человекФ, какой есть. ѕрибавлю, что стрюцкие большею частью в худом платье, одеты не по сезону, в прорванных сапогах. ѕрибавлю тоже, что, Укажетс€Ф, стрюцким обзываетс€ только тот, кто в немецком платье. ¬прочем, не ручаюсь, но, кажетс€, это так.

¬торой существенный признак пь€ницы-пропоицы, называемого УстрюцкимФ, кроме вздорности и неосновательности его, Ч есть недостаточно определенное положение его в обществе. ћне думаетс€, что человек, имеющий деньги, дом или какое-нибудь имение, мало того, имеющий чуть-чуть твердое и определенное место, хот€ бы и рабочим на фабрике, не мог бы быть назван УстрюцкимФ. Ќо если у него есть и заведение, лавка, лавочка или что-нибудь, но ведет он всЄ это неосновательно, как-нибудь, без расчета, то он может попасть в стрюцкие. »так, УстрюцкийФ Ч это ничего не сто€щий, не могущий нигде ужитьс€ и установитьс€, неосновательный и себ€ не понимающий человек, в пь€ном виде часто рисующийс€ фанфарон, крикун, часто обиженный и всего чаще потому, что сам любит быть обиженным, призыватель городового, караула, властей Ч и всЄ вместе пуст€к, вздор, мыльный пузырь, возбуждающий презрительный смех: УЁ, пустое, стрюцкийФ.

ѕовтор€ю, мне кажетс€, это слово есть исключительно петербургское. Ќо употребл€етс€ ли в других местах –оссии Ч не знаю. ¬ простонародье в ѕетербурге оно очень распространено. ¬ ѕетербурге очень много наплывного народа из губерний, а потому довольно веро€тно, что словцо может перейти и в другие губернии, если еще не перешло. ¬ойдет, может быть, и в литературу; кажетс€, и другие писатели, кроме мен€, его употребл€ли. ¬ этом слове дл€ литератора привлекательна сила того оттенка презрени€, с которым парод обзывает этим словом именно только вздорных, пустоголовых, кричащих, неосновательных, рисующихс€ в др€нном гневе своем др€нных людишек. “аких людишек много ведь и в интеллигентных кругах, и в высших кругах Ч не правда ли? Ч только не всегда пь€ниц и не в прорванных сапогах, но в этом часто всЄ и различие.  ак удержатьс€ и не обозвать иногда и этих высших УстрюцкимиФ, благо слово готово и соблазнительно тем оттенком презрени€, с которым выговаривает его народ?

II. »—“ќ–»я √Ћј√ќЋј У—“”Ў≈¬ј“№—яФ

 стати, по поводу происхождени€ и употреблени€ новых слов. ¬ литературе нашей есть одно слово: Устушеватьс€Ф, всеми употребл€емое, хоть и не вчера родившеес€, но и довольно недавнее, не более трех дес€тков лет существующее; при ѕушкине оно совсем не было известно и не употребл€лось никем. “еперь же его можно найти не только у литераторов, у беллетристов, во всех смыслах, с самого шутливого и до серьезнейшего, но можно найти и в научных трактатах, в диссертаци€х, в философских книгах; мало того, можно найти в деловых департаментских бумагах, в рапортах, в отчетах, в приказах даже: всем оно известно, все его понимают, все употребл€ют. » однако, во всей –оссии есть один только человек, который знает точное происхождение этого слова, врем€ его изобретени€ и по€влени€ в литературе. Ётот человек Ч €, потому что ввел и употребил это слово в литературе в первый раз Ч €. ѕо€вилось это слово в печати, в первый раз, 1-го €нвар€ 1846 года, в Уќтечественных запискахФ, в повести моей Уƒвойник, приключени€ господина √ол€дкинаФ.

ѕерва€ повесть мо€ УЅедные людиФ была начата мною в 1844 году, была окончена, стала известна Ѕелинскому и была прин€та Ќекрасовым дл€ его альманаха Уѕетербургский сборникФ в 1845 году. ¬ышел этот альманах в конце 45-го года. Ќо в этом же 1845 году € и начал летом, уже после знакомства с Ѕелинским, эту вторую мою повесть Уƒвойник, приключени€ господина √ол€дкинаФ. Ѕелинский, с самого начала осени 45-го года, очень интересовалс€ этой новой моей работой. ќн повестил об ней, еще не зна€ ее, јндре€ јлександровича  раевского, у которого работал в журнале, с которым и познакомил мен€ и с которым € и уговорилс€, что эту новую повесть УƒвойникФ €, по окончании, дам ему в Уќтечественные запискиФ дл€ первых мес€цев наступающего 46-го года. ѕовесть эта мне положительно не удалась, но иде€ ее была довольно светла€, и серьезнее этой идеи € никогда ничего в литературе не проводил. Ќо форма этой повести мне не удалась совершенно. я сильно исправил ее потом, лет п€тнадцать спуст€, дл€ тогдашнего Уќбщего собрани€Ф моих сочинений, по и тогда оп€ть убедилс€, что эта вещь совсем неудавша€с€, и если б € теперь прин€лс€ за эту идею и изложил ее вновь, то вз€л бы совсем другую форму; но в 46-м году этой формы € не нашел и повести не осилил.

“ем не менее, кажетс€, в начале декабр€ 45-го года, Ѕелинский насто€л, чтоб € прочел у него хоть две-три главы этой повести. ƒл€ этого он устроил даже вечер (чего почти никогда не делывал) и созвал своих близких. Ќа вечере, помню, был »ван —ергеевич “ургенев, прослушал лишь половину того, что € прочел, похвалил и уехал, очень куда-то спешил. “ри или четыре главы, которые € прочел, понравились Ѕелинскому чрезвычайно (хот€ и не стоили того). Ќо Ѕелинский не знал конца повести и находилс€ под оба€нием УЅедных людейФ. Ќу вот тут-то, на этом чтении и употреблено было мною, в первый раз, слово Устушеватьс€Ф, столь потом распространившеес€. ѕовесть все забыли, она и стоит того, а новое слово подхватили, усвоили и утвердили в литературе.

—лово Устушеватьс€Ф значит исчезнуть, уничтожитьс€, сойти, так сказать, на нет. Ќо уничтожитьс€ не вдруг, не провалившись сквозь землю, с громом и треском, а, так сказать, деликатно, плавно, неприметно погрузившись в ничтожество. ѕохоже на то, как сбывает тень на затушеванной тушью полосе в рисунке, с черного постепенно на более светлое и наконец совсем на белое, на нет. ƒолжно быть, в УƒвойникеФ это словцо было мною употреблено удачно в тех первых же трех главах, которые € прочел у Ѕелинского, при изображении того, как умел кстати исчезнуть со сцены один досадный и хитренький человечек (или вроде того, € забыл). ѕотому так говорю, что новое словцо не возбудило никакого недоумени€ в слушател€х, напротив, всеми было вдруг пон€то и отмечено. Ѕелинский прервал мен€ именно с тем, чтоб похвалить выражение. ¬се слушавшие тогда (все и теперь живы) тоже похвалили. ќчень помню, что похвалил и »ван —ергеевич “ургенев (он, верно, теперь позабыл). ’валил потом очень и јндрей јлександрович  раевский.  роме этих существуют и еще лица, которые, € думаю, могут припомнить, что и они капельку поинтересовались тогда новым словцом. Ќо прин€лось оно и вошло в литературу не сейчас, а весьма постепенно и неприметно. ѕомню, что выйд€, в 1854 году, в —ибири из острога, € начал перечитывать всю написанную без мен€ за п€ть лет литературу (У«аписки охотникаФ, едва при мне начавшиес€, и первые повести “ургенева € прочел тогда разом, залпом, и вынес упоительное впечатление. ѕравда, тогда надо мной си€ло степное солнце, начиналась весна, а с ней совсем нова€ жизнь, конец каторги, свобода!), Ч итак, начав перечитывать, € был даже удивлен, как часто стало мне встречатьс€ слово Устушеватьс€Ф. ѕотом, в шестидес€тых годах, оно уже совершенно освоилось в литературе, а теперь, повтор€ю, € даже в деловых бумагах, публикуемых в газетах, его встречаю, и даже в ученых диссертаци€х. » употребл€етс€ оно именно в том смысле, в котором € в первый раз его употребил.

¬прочем, если € и употребил его в первый раз в литературе, то изобрел его всЄ же не €. —ловцо это изобрелось в том классе √лавного инженерного училища, в котором был и €, именно моими однокурсниками. ћожет быть, и € участвовал в изобретении, не помню. ќно само как-то выдумалось и само ввелось. ¬о всех шести классах ”чилища мы должны были чертить разные планы, фортификационные, строительные, военно-архитектурные. ”мение хорошо начертить план самому, своими руками, требовалось строго от каждого из нас, так что и не имевшие охоты к рисованию поневоле должны были старатьс€ во что бы то ни стало достигнуть известного в этом искусства. Ѕаллы, выставл€емые за рисунки планов, шли в общий счет и вли€ли на величину среднего балла. ¬ы могли выходить из верхнего офицерского класса на службу превосходным математиком, фортификатором, инженером, но если представленные вами рисунки были плоховаты, то выставл€емый за них балл, ид€ в общий расчет, до того мог уменьшить вам средний балл, что вы могли лишитьс€ весьма значительных льгот при выпуске, например, следующего чина, а потому все старались научитьс€ рисовать хорошо. ¬се планы чертились и оттушевывались тушью, и все старались добитьс€, между прочим, умень€ хорошо стушевывать данную плоскость, с темного на светлое, на белое, и на нет; хороша€ стушевка придавала рисунку щеголеватость. » вдруг у нас в классе заговорили: У√де такой-то? Ч Ё, куда-то стушевалс€!Ф Ч »ли, например, разговаривают двое товарищей, одному надо заниматьс€: УЌу, Ч говорит один сад€щийс€ за книги другому, Ч ты теперь стушуйс€Ф. »ли говорит, например, верхнеклассник новопоступившему из низшего класса: Уя вас давеча звал, куда вы изволили стушеватьс€?Ф —тушеватьс€ именно означало тут удалитьс€, исчезнуть, и выражение вз€то было именно с стушевывани€, то есть с уничтожени€, с перехода с темного на нет. ќчень помню, что словцо это употребл€лось лишь в нашем классе, вр€д ли было усвоено другими классами, и когда наш класс оставил ”чилище, то, кажетс€, с ним оно и исчезло. √ода через три € припомнил его и вставил в повесть.

Ќаписал € столь серьезно такое пространное изложение истории такого неважного словца Ч хот€ бы дл€ будущего ученого собирател€ русского словар€, дл€ какого-нибудь будущего ƒал€, и если € читател€м теперь надоел, то зато будущий ƒаль мен€ поблагодарит. Ќу так пусть дл€ него одного и написано. ≈сли же хотите, то, дл€ €сности, покаюсь вполне: мне, в продолжение всей моей литературной де€тельности, всего более нравилось в ней то, что и мне удалось ввести совсем новое словечко в русскую речь, и когда € встречал это словцо в печати, то всегда ощущал самое при€тное впечатление; ну, теперь, стало быть, вы поймете, почему € нашел возможным описать такие пуст€ки даже в особой статейке.

√Ћј¬ј ¬“ќ–јя

I. Ћј ≈…—“¬ќ »Ћ» ƒ≈Ћ» ј“Ќќ—“№?

»звестно, что все русские интеллигентные люди чрезвычайно деликатны, то есть в тех случа€х, когда они имеют дело с ≈вропой или думают, что на них смотрит ≈вропа, Ч хот€ бы та, впрочем, и не смотрела на них вовсе. ќ, дома, про себ€ и между собою, мы свое возьмем, дома весь европеизм по боку Ч вз€ть лишь, поход€, наши отношени€ семейные, гражданские, чести, долга, в самом огромном большинстве случаев. ƒа и кто из проповедующих УевропейскиеФ идеи серьезно у нас в них верит?  онечно, лишь люди честные и при этом непременно добрые (так что и вер€т-то лишь по доброте души), но ведь много ль у нас таких-то? ≈сли уж всЄ говорить, так ведь у нас, может быть, нет ни одного европейца, потому что мы и неспособны быть европейцами. ”мы же передовые, биржевые и вс€чески руковод€щие берут у нас с европейских идей лишь оброк, и € думаю, что это у нас так и есть, повсеместно. Ќе говорю, конечно, про людей с большим здравым смыслом: те не вер€т в европейские идеи, потому что и верить-то не во что, ибо никогда и ничто на свете не отличалось такою не€сностью, туманностью, неопределенностью и неопределимостыо, как тот Уцикл идейФ, который мы нажили себе в двухсотлетний период нашего европейничани€, Ч а в сущности не цикл, а хаос обрывков чувств, чужих недопон€тых мыслей, чужих выводов и чужих привычек, но особенно слов, слов и слов Ч самых европейских и либеральных, конечно, но дл€ нас всЄ же слов и только слов.

ќбъ€снить всЄ это пр€мо попугайством нельз€. “оже и лакейством мысли нельз€, русским лакейством мысли перед ≈вропой. Ћакейства мысли у нас много и очень даже, но высша€ причина нашей европейской кабалы всЄ же не лакейство, а скорее наша русска€, врожденна€ нам деликатность перед ≈вропой. —кажут, что ведь это, пожалуй, одно и то же, что и лакейство. ¬о многих случа€х Ч да, но нельз€ сказать, чтоб всегда. (я, разумеетс€, об руковод€щих плутах, о которых заметил выше, и не говорю: этим европейцам до ≈вропы ровно никакого дела нет и никогда не бывало. ќни, как умные люди, в мутной воде рыбу лов€т, все два века ловили.)

¬от как говорит, например, англичанин √ладстон о теперешней русской войне с “урцией:

У„то бы ни говорили о некоторых других главах русской истории, освобождением многих миллионов порабощенных народов от жестокого и унизительного ига –осси€ окажет человечеству одну из самых блест€щих услуг, какие только помнит истори€, услугу, котора€ никогда не изгладитс€ из благодарной пам€ти народовФ.

 ак вы думаете, откровенно спрашива€, мог ли бы произнесть такие слова русский европеец? ƒа никогда в жизни! ќн проглотил бы €зык свой прежде, чем это произнести; он от деликатности не то что перед ≈вропой, а перед самим собой покраснеет, если только услышит это или прочтет по-русски и у русского. ѕомилуйте, да как мы смеем... в калашный р€д!.. » Удл€ всего человечестваФ Ч это мы-то, русские! ƒа мы еще рылом не вышли дл€ этого, у нас еще рожа крива, чтоб Уосвобождать человечествоФ. » при этом всЄ нелиберальные такие мысли: У–осси€ освобождает народыФ Ч кака€ нелиберальна€ мысль!

¬от искреннее мнение русского европейца чистого типа, и он отрубит себе сначала пальцы, чем напишет то же, что и √ладстон. У√ладстону-де можно, пожалуй, так сочин€ть; он или не понимает ничего в –оссии, или себе на уме сочин€ет, дл€ дальнейших целейФ Ч вот что думает европеец. ј иные из них, подобрее и погор€чее, тут же, пожалуй, прибав€т про себ€ не без гордости: Уј ведь мы, русские европейцы, пожалуй что и либеральнее европейских-то европейцев, дальше пошли: кто у нас из трезвых умов заикнетс€ теперь об каком-то Уосвобождении народовФ? ¬от ретроградство-то! » √ладстон такие вещи говорит не стыд€сь!Ф

 ак это всЄ назвать, господа? Ћакейством или деликатностью перед ≈вропой?

я всЄ стою на том, что в европейском периоде нашей истории огромную роль играла деликатность. ¬едь из этих европейцев наших так много людей честнейших, смелых, людей чести, хоть и чужой, усвоенной, хоть и не понимаемой, может быть, самим-то рыцарем, потому что всЄ же это европейска€ дл€ него тарабарщина, но всЄ же чести, Ч людей, которые лично себе на ногу наступить не позвол€т. Ќу как же пр€мо так-таки и назвать их лаке€ми? Ќет, деликатность заела нас, а не лакейство. ќп€ть-таки, разумеетс€, перед ≈вропой деликатность: у себ€ дома мы свое наверстаем.

ƒамы, восторженно подносившие туркам конфеты и сигары, разумеетс€, делали это тоже из деликатности: У ак, дескать, мы мило, нежно, м€гко, гуманно, европейски просвещены!Ф “еперь этих дам вразумили отчасти некоторые грубые люди, но прежде, до вразумлени€, Ч ну, положим, на другой день после того поезда турок, в который бросали букетами и конфетами, Ч что если б прибыл другой поезд с турками же, а в нем тот самый башибузук, о котором писали, что особенно отличаетс€ умением разрывать с одного маху, схватив за обе ножки, грудного ребенка на две части, а у матери тут же выкроить из спины ремень? ƒа, € думаю, эти дамы встретили бы его визгом восторга, готовы были бы отдать ему не только конфеты, но что-нибудь и получше конфет, а потом, пожалуй, завели бы речь в дамском своем комитете о стипендии имени его в местной гимназии. ќ, поверьте, что деликатность до всего может у нас дойти, и предположение это вовсе не фантастическое. —мотр€ на себ€ в зеркало, эти дамы, € думаю, сами бы влюбл€лись в себ€: У акие мы гуманные, какие мы либеральные милочки!Ф » неужели вы думаете, что эта фантастическа€ картинка не могла бы осуществитьс€? “от высокомерный взгл€д, который бросает иной европеец теперь на народ наш и на движение его, отрица€ во всем народе нашем вс€кую мысль и движение, Укроме глупо-кликушечьих выходок из тыс€чей простонародь€ какого-нибудь одного дуракаФ, неужели такой взгл€д, возможность такого взгл€да, обративша€с€ в действительность, не стоит изображенной выше фантастической картинки?

ƒеликатность перед ≈вропой с нами повсеместно. “урецкие пленные потребовали белого хлеба, и им €вилс€ белый хлеб. “урецкие пленные отказались работать.  н€зь ћещерский, очевидец, повествует в своем УƒневникеФ с  авказа, что Ч

Уѕленные наши выехали из “ифлиса. »х хотели везти на перекладных, но они взбунтовались и изволили объ€вить, что не поедут, ибо не привыкли к русским телегам. ¬следствие этого им поданы были почтовые кареты и рессорные экипажи, с шестерн€ми лошадей к каждому экипажу. Ќа это они изволили за€вить свое удовольствие, и, вследствие огромного числа забранных под них лошадей, бедные проезжающие по ¬оенно-√рузинской дороге будут сидеть трое суток без лошадей. ј офицеру русской службы, сопровождающему их, назначено 50 коп. суточных, и посадили его не в карету, а как сажают прислугу в омнибус! ¬се это гуманность!Ф (Ућоск. ведом.Ф є 273).

“о есть не гуманность, а именно вот та сама€ деликатность перед европейским мнением о нас, чуткость, чувствительность: У≈вропа, дескать, на нас гл€дит, надо, стало быть, в полном мундире быть и пашам кареты податьФ.

Ућосковские ведомостиФ далее, в другом своем, 282 номере передают о целом вопле голосов в ћоскве, когда увидели москвичи все те неслыханные удобства, с которыми перевоз€т у нас пленных турок:

У¬се пленные р€довые были удобно размещены в вагонах третьего, офицеры второго класса, а паша зан€л купе первоклассного вагона. «ачем дл€ них такие удобства? Ч слышалось в публике.Ч Ќаших-то гренадер, небось, вывезли из ћосквы в лошадиных вагонах, а дл€ них отпускают особый пассажирский поезд.

Ч „то гренадеры, Ч замечает в толпе какой-то купчик, Ч вот даже раненых солдатиков возили в товарных вагонах и соломки под них не успели подкладывать. ј паша-то какой откормленный, что твой боров, в товарный бы его, пусть бы с него жиру немного посбавилось.

Ч “ам-то раненых наших прирезывали, жилы из них т€нули, медленным огнем жгли, а теперь их хол€т за то...

“акие голоса (замечают далее Ућ. вед.Ф) были не единичными, а ими выражалось общее в народе мнение о том, что больно видеть, как башибузуки и вс€ эта турецка€ рвань, обобранна€ своими же собственными пашами, пользуетс€ такими большими удобствами сравнительно с нашими воинами...Ф

“о есть мы, собственно, ничего тут особого не видим: деликатность или, так сказать, мундир деликатности перед европейским мнением Ч вот и всЄ тут; но ведь это, так сказать, два века у нас продолжаетс€, так уж пора попривыкнуть.

ƒошло до анекдотов, то вот и еще анекдот. ќтметил € его в Уѕетербургской газетеФ, а та вз€ла из письма господина ¬.  рестовского, писанного с театра военных действий, но куда, не знаю. ќткудова заимствовано Уѕетербургской газетойФ, тоже не ведаю. √оворитс€ так:

У¬ письме г-на  рестовского приводитс€ один комический факт: Уќколо свиты по€вилс€ какой-то англичанин в пробковом шлеме и статском пальто горохового цвета. √овор€т, что он член парламента, пользующийс€ вакационным временем дл€ составлени€ корреспонденции Ус места военных действийФ в одну из больших лондонских газет (У“imesФ); другие же увер€ют, что он просто любитель, а третьи, что он друг –оссии. ѕускай всЄ это так, но нельз€ не заметить, что этот Удруг –оссииФ ведет себ€ несколько эксцентрично: сидит, например, в присутствии великого кн€з€ в то врем€, когда сто€т все, не исключа€ даже и его высочества; за обедом встает, когда ему вздумаетс€, из-за стола, где сидит великий кн€зь, и в этот день обратилс€ даже к одному знакомому офицеру с предложением зат€нуть на него в рукава гороховое пальто. ќфицер окинул его с ног до головы несколько удивленным взгл€дом, улыбнулс€ слегка, пожал плечами и беспрекословно помог одеть пальто.  онечно, более ничего и не оставалось сделать. јнгличанин в ответ слегка приложилс€ рукою к своему пробковому шлемуФФ.

Уѕетербургска€ газетаФ назвала этот факт комическим.   сожалению, € ровно ничего в нем не вижу комического, а, напротив, очень много досадного и порт€щего кровь.   тому же в нас как бы укрепилась с детства вера (из романов и из французских водевилей, € думаю), что вс€кий англичанин чудак и эксцентрик. Ќо что такое: чудак? Ќе всегда же дурак или такой уж наивный человек, который и догадатьс€ не может, что на свете не всЄ же ведь одни и те же пор€дки, как где-то там у него в углу. јнгличане народ очень, напротив, умный и весьма широкого взгл€да.  ак мореплаватели, да еще просвещенные, они перевидали чрезвычайно много людей и пор€дков во всех странах мира. Ќаблюдатели они необыкновенные и даровитые. ” себ€ они открыли юмор, обозначили его особым словом и растолковали его человечеству. “акому ли человеку, да еще члену парламента, не знать, где вставать, где сидеть? ƒа нет страны, в которой этикет имел бы большее приложение, как в јнглии. ѕридворный, например, английский этикет есть самый сложный и утонченный этикет в мире. ≈сли этот англичанин член парламента, то, конечно, слишком мог научитьс€ этикету из одного того уже, как один парламент Ч нижний сноситс€ с другим Ч высшим. » именно в том смысле: кто перед кем может сидеть, а кто перед кем об€зан вставать. ≈сли он при этом и член высшего общества, то оп€ть-таки нигде нет такого этикета, как на приемах, обедах, балах английской аристократии во врем€ ихнего лондонского сезона. Ќет, тут совсем другое, если судить по тому, как изложен анекдот. “ут английска€ гордость, но не просто гордость, а с заносчивым вызовом. Ётот Удруг –оссииФ не может быть большим ее другом. ќн сидит, смотрит на русских офицеров и думает: У√оспода, € знаю, что вы львы сердцем, вы предпринимаете невозможное и исполн€ете его. —траха перед врагом в вас нет, вы герои, вы Ѕа€рды все до единого, и чувство чести вам знакомо вполне. Ќе могу же € не согласитьс€ с тем, что своими глазами вижу. “ем не менее € англичанин, а вы только русские, € европеец, а перед ≈вропой вы об€заны УделикатностыоФ.  акие бы вы львиные сердца ни носили в себе, а € все-таки высшего типа человек, чем вы. » мне это очень при€тно, особенно при€тно изучать УделикатностьФ вашу передо мной, врожденную и неотразимую, без которой русский не может смотреть на иностранца, тем более на такого иностранца, как €. ¬ы думаете, что это всЄ мелочи; да мелочи-то и утешают мен€, весьма забавл€ют, € поехал прогул€тьс€, € слышал, что вы герои, и приехал посмотреть на вас, но ворочусь все-таки с убеждением, что, как сын —тарой јнгли€ (тут у него дрожит от гордости сердце), € все-таки на свете первый человек, а вы всего лишь второстепенные...Ф

¬сего любопытнее в вышеприведенном факте последние строки:

Уќфицер окинул его с ног до головы несколько удивленным взгл€дом, улыбнулс€ слегка, пожал плечами и беспрекословно помог одеть пальто.  онечно, более ничего и не оставалось сделатьФ.

 ак так: УконечноФ? ѕочему более ничего не оставалось сделать? Ќапротив, именно можно было сделать совершенно другое, обратно противуположное: можно было Уокинуть его с ног до головы несколько удивленным взгл€дом, улыбнутьс€ слегка, пожать плечамиФ и Ч отойти мимо, так-таки и не дотронувшись до пальто, Ч вот что можно было сделать. Ќеужели нельз€ было заметить, что просвещенный мореплаватель фокусничает, что тончайший знаток этикета ловит минуту удовлетворени€ мелочной своей гордости? “о-то и есть, что нельз€ было, может быть, спохватитьс€ в тот миг, а помешала именно наша просвещенна€ УделикатностьФ Ч не перед англичанином этим деликатность, не перед членом этим парламента в каком-то пробковом шлеме (какой такой пробковый шлем?), Ч а перед ≈вропой деликатность, перед долгом европейского просвещени€ УделикатностьФ, в которой мы взросли, погр€зли до потери самосто€тельной личности и из которой долго нам не выкарабкатьс€.

ѕодвоз патронов в турецкую армию из јнглии и јмерики колоссальный; достоверно теперь вполне, что турецкий солдат в ѕлевно тратит в день иной раз по 500 патронов; ни средств, ни денег не могло быть у турок, чтобы так вооружить армию. ѕрисутствие англичан и их денег в теперешней войне несомненно. »хние пароходы доставл€ют оружие и всЄ необходимое. ј у нас иные газеты наши кричат из УделикатностиФ: Ујх, не говорите этого, ах, не подымайте вы только этого, пусть мы не видим, пусть мы не слышим, а то просвещенные мореплаватели рассерд€тс€ и тогда...Ф.

ƒа что же тогда? „его вы трусите? ћного бы можно еще прибавить на тему о УделикатностиФ.

ƒаже если есть какие-нибудь там вексельки и векселечки, выданные нами ≈вропе, в виде разных обещаний, еще перед тем как перешли мы Ѕарбошский мост, то несомненно и это должно было произойти из УделикатностиФ нашей, из деликатности перед ≈вропой и перед оба€нием ее. Ќо о УделикатностиФ пока оставим. я лишь припомню, что в начале главы, начав о деликатности, € прибавил: У„то ведь это всего только перед ≈вропой, а у себ€-то мы всегда свое наверстаемФ. ћне хочетс€, именно, пользу€сь случаем, указать, как иногда мы у себ€ наверстать умеем, реванш возьмем...

II. —јћџ… Ћј ≈…— »… —Ћ”„ј…,  ј ќ… “ќЋ№ ќ ћќ∆≈“ Ѕџ“№

ѕомните ли, господа, как еще летом, еще задолго до УѕлевныФ, мы вдруг вошли в Ѕолгарию, €вились за Ѕалканами и онемели от негодовани€. “о есть не все, это первым делом надо за€вить, даже далеко не половина, а гораздо меньше, Ч но всЄ же вознегодовавших было значительное число и раздались голоса. √олоса корреспондентов из армии и потом тотчас же голоса в нашей прессе, особенно в петербургской. Ёто были гор€чие голоса, убежденные, полные самого добродетельного негодовани€...

¬сЄ дело вышло из-за того, что обладатели голосов этих шли, как известно всему миру и особенно нам, спасать угнетенных, униженных, раздавленных и измученных. ≈ще до объ€влени€ войны €, помню, читал в самых серьезнейших из наших газет, при расчете о шансах войны и необходимо предсто€щих издержек, что, конечно, Увступив в Ѕолгарию, нам придетс€ кормить не только нашу армию, но и болгарское население, умирающее с голодуФ. я это сам читал и могу указать, где читал, и вот, после такого-то пон€ти€ о болгарах, об этих угнетенных, измученных, за которых мы пришли с берегов ‘инского залива и всех русских рек отдавать свою кровь, Ч вдруг мы увидели прелестные болгарские домики, кругом них садики, цветы, плоды, скот, обработанную землю, род€щую чуть не сторицею, и, в довершение всего, по три православных церкви на одну мечеть, Ч это за веру-то угнетенных! Уƒа как они смеют!Ф Ч загорелось мгновенно в обиженных сердцах иных освободителей, и кровь обиды залила их щеки. У» к тому же мы их спасать пришли, стало быть, они бы должны почти на коленках встречать. Ќо они не сто€т на коленках, они кос€тс€, даже как будто и не рады нам! Ёто нам-то! ’леб-соль вынос€т, это правда, но кос€тс€, кос€тс€!..Ф

» подн€лись голоса. ѕослушайте, господа, как вы думаете: вдруг вы получаете или фальшивую или ложно пон€тую вами телеграмму о том, что близкий вам человек, друг или брат ваш, лежит больной, где-то там ограблен, или под вагон попал, или что-нибудь в этом роде. ¬ы бросаете все дела ваши и мчитесь к несчастному брату, Ч и вдруг ничего не бывало: вы встречаете человека, который здоровее вас, сидит за столом и обедает, с криком зовет вас за стол и хохочет о фальшивой вашей тревоге, о вышедшем qui pro quo. 6 Ћюбите вы иль даже не очень любите этого человека, но неужели вы рассердитесь на него за то, что его не ограбили и что он не попал под вагон? √лавное за то, что у него такие красные щеки и что он так исправно ест обед и пьет вино? ¬едь не правда ли, что нет? Ќапротив, ведь вы порадоватьс€ еще должны, что он жив и здоровее вашего.

Ќу, конечно, по человечеству немножко и рассердитесь, Ч но ведь не за то же, что ему не перерезало колесами ноги? ¬едь не пойдете же вы сейчас из-за стола писать об нем корреспонденции и анекдоты, чернить его характер, подмечать невыгодные черты... Ќу, а ведь про болгар это делали. У” нас, дескать, и зажиточный мужик так не питаетс€, как этот угнетенный болгаринФ. ј другие так вывели потом, что русские-то и причиной всех несчастий болгарских: что не грозили бы мы прежде, не зна€ дела, за угнетенного болгарина турке и не пришли бы потом освобождать этих УограбленныхФ богачей, так жил бы болгарин до сих пор как у ’риста за пазухой. Ёто и теперь еще утверждают.

я только с той стороны говорю, что нашу УделикатностьФ перед ≈вропой и наш просвещенный европеизм мы-таки умеем иногда наверстать по-своему у себ€ дома, где ≈вропа не видит уже нас и не смотрит, да и по-русски не понимает. ј Ѕолгари€ Ч это ведь дома. ћы их освобождать пришли, значит, всЄ равно что к себе пришли, они наши. ” него там сад и имение, так ведь это имение всЄ равно что мое; €, конечно, не возьму у него ничего, потому что € благородный человек, да, правда, и власти не имею, но всЄ же он должен чувствовать и навеки быть благодарным, потому что раз € к нему вошел, Ч всЄ, что у него есть, это всЄ равно, что € ему подарил. ќтн€л у его угнетател€ турка, а ему возвратил. ƒолжен же он понимать это... ј тут вдруг его никто и не угнетает Ч кака€ обидна€ непри€тность, не правда ли?

ј какое лакейство вместо просвещенной-то деликатности, не правда ли? » какой смешной случай! Ёто самое комическое из наверстаний своего Уу себ€ домаФ за т€готу неловкого мундира европейской деликатности, в котором мы щегол€ем перед ≈вропой. —амый лакейский случай случилс€ с этими пылкими господами и застал довольно многих из нас совсем врасплох. Ёто уже посерьезнее, чем врасплох подать пальто англичанину.

ѕотом всЄ обнаружилось, и истина открылась многим из вознегодовавших, хот€ не всем, до сих пор не всем. ќбнаружилось, во-первых, что болгарин ничем не виноват в том, что он трудолюбив и что земл€ его родит во сто крат. ¬о-вторых, в том, что и Укосилс€Ф, он не виноват. ¬з€ть уж одно то, что он четыре столети€ Ч раб и, встреча€ новых господ, не верит, что они ему брать€, а верит только, что они ему новые господа, да сверх того еще боитс€ прежних господ и т€жело про себ€ думает: Уј ну как те оп€ть вернутс€ да узнают, что € хлеб-соль подносил?Ф Ќу вот от этих-то внутренних вопросов он и косилс€ Ч и ведь прав был, вполне угадал, бедн€жка: после того как мы, совершив наш первый, молодецкий натиск за Ѕалканы, вдруг отретировались, Ч пришли ведь к ним оп€ть турки и что только им от них было Ч теперь уже досто€ние всемирной истории! Ёти красивые домики, эти посевы, сады, скот Ч всЄ это было разграблено, обращено в пепел и стерто с лица земли. Ќе дес€тками и не сотн€ми, а тыс€чами и дес€тками тыс€ч истребл€лись болгары огнем и мечом, дети их разрывались на части и умирали в муках, обесчещенные жены и дочери были или избиты после позора, или уведены в плен на продажу, а мужь€ Ч вот те самые, которые встречали русских, да сверх того и те самые, которые никогда не встречали русских, но к которым могли когда-нибудь прийти русские, Ч все они поплатились за русских на виселицах и на кострах. »х прибивали мучившие их скоты на ночь за уши гвозд€ми к забору, а наутро вешали всех до единого, заставл€€ одного из них вешать прочих, и он, повесив дес€тка два виновных, кончал тем, что сам об€зан был повеситьс€ в заключение при общем смехе мучивших их, сладострастных к мучени€м скотов, называемых турецкою нацией и которыми столь восхищались потом иные из деликатнейших барынь наших...

 

NB. ( стати, еще недавно, уже в половине но€бр€, писали из ѕиргоса о новых зверствах этих извергов.  огда, во врем€ гор€чей бывшей там стычки, турки временно оттеснили наших так, что мы не успели захватить наших раненых солдат и офицеров, и когда потом, в тот же день к вечеру, оп€ть наши воротились на прежнее место, то нашли своих раненых солдат и офицеров обкраденными, голыми, с отрезанными носами, ушами, губами, с вырезанными животами и, наконец, обгорелыми в сожженных турками скирдах соломы и хлеба, куда они предварительно перенесли живых наших раненых. –епрессалии, конечно, жестока€ вещь, тем более, что в сущности ни к чему не ведут, как и сказал уже € раз в одном из предыдущих выпусков УƒневникаФ, но строгость с начальством этих скотов была бы не лишнею. ћожно бы пр€мо объ€вить, вслух и даже на всю ≈вропу (пруссаки наверно бы сделали так, потому что они даже с французами так точно делали по причинам в дес€ть раз меньше уважительным, чем те, которые имеем мы против воюющих с нами скотов), Ч что если усмотр€тс€ совершЄнные зверства, то ближайшие начальники тех турок, которые совершили зверства, в случае вз€ти€ их в плен, будут судимы на месте военным судом и подвержены смертной казни расстрел€нием. Ёто, может быть, и имело бы некоторое вли€ние на офицеров и пашей турецких. (NB. ћне кажетс€, всегда можно бы было узнать, сейчас или потом, кто из турецких начальников командовал, например, атакой у ѕиргоса.) “акой сюрприз, вместо рессорных экипажей, может быть, вразумил бы многих из них. “еперь же этот самый УначальникФ, попавшись в плен и вид€, как его встречают после зверств его, пр€мо воображает, что он безмерно выше Упоганого русскогоФ. ≈вропейской деликатности нашей и страху нашему перед ≈вропой, поверьте, этот турок никогда не поверит, да и не поймет этого вовсе, да и не вообразит этой причины вовсе. ƒеликатный страх перед ≈вропой есть чисто русское дело и изобретение и не может быть пон€т никогда и никем. ј потому, Уесли ты так клан€ешьс€ мнеФ, рассуждает турецкий начальник, Упосле того как €, может быть, брату твоему родному вчера еще нос отрезать позволил, то, значит, ты сам чувствуешь себ€ передо мною низшим, а мен€ высшим перед собой человеком. Ќо точно так и должно быть, по воле јллаха, и нет тут ничего удивительного!Ф ¬от что должен думать про себ€ пленный турецкий паша, и непременно так думает.)

 

“аким образом, когда вознегодовавшие на болгар за то, что они хорошо живут, дожили до печальной с ними разв€зки, то поневоле пон€ли, что болгарска€ жизнь в сущности всего только одна декораци€, что все эти домики и садики, и жены, и дети, и несовершеннолетние мальчики и девочки в этих домах Ч всЄ это в сущности принадлежит турку и беретс€ им, когда он захочет. ќн и берет, и в мирное врем€ берет, и во врем€ процветани€ берет, берет и деньгами и скотами, и женами и девочками, и если сверх того всЄ продолжало оставатьс€ в цветущем виде, то это потому только, что турок не хотел разрушать вконец такую плодородную ниву, име€ в виду и впредь почерпать с нее. Ќапротив, дозвол€л временем и местами полное процветание, именно дл€ того, чтоб в свое врем€ почерпать и почерпать...

“еперь, конечно, турки рассвирепели и истребл€ют Ѕолгарию вконец. ќни жалеют, что не истребили вовсе. ≈сли мы возьмем ѕлевно и замедлим двинутьс€ далее, то турки, вид€, что, может быть, придетс€ проститьс€ навеки с Ѕолгарией, истреб€т всЄ, что только можно в ней истребить, пока есть еще врем€. «амечательны два мнени€: у нас утверждают мудрые до сих пор, что без вмешательства русских болгарин жил бы как у ’риста за пазухой и что русские Ч причина всех его несчастий. ј вот известный своими прекрасными и обсто€тельными стать€ми с пол€ битвы, из нашего лагер€, англичанин ‘орбес, корреспондент газеты УDaily NewsФ, кончил тем, что высказал наконец всю свою английскую правду откровенно. ќн искренно признает, что турки имели Уполное правоФ истребить все болгарское население к северу от Ѕалкан, в то врем€, когда русска€ арми€ перешла через ƒунай. ‘орбес почти жалеет (политически, конечно), что этого не случилось, и выводит, что болгаре должны быть об€заны вечною благодарностью туркам за то, что те их тогда не прирезали всех поголовно, как баранов. ¬спомнив наше русское мнение о Уболгарине как у ’риста за пазухойФ и сопоставив его с мнением ‘орбеса, можно пр€мо обратитьс€ к болгарину с таким увещанием:

У ак же ты после того не у ’риста за пазухой, если теб€ поголовно всего не прирезали?Ф Ќо странно тут и еще одно, и в глаза бросаетс€, и в истории останетс€: УЌеужели, в самом деле, такое право турков может так спокойно и безм€тежно признавать столь образованный, как ‘орбес, член столь просвещенной и великой нации, как јнгли€? Ќеужели это последние цветы и плоды английской цивилизации?Ф Ќо, заметьте себе, он, конечно, бы так не выразилс€, если б вместо болгар дело шло о французах или об италь€нцах. ќн потому только выразилс€ так, что это были всего только слав€не-болгары.  акое же после этого у них у всех в ≈вропе родовое, кров€ное презрение к слав€нам и слав€нскому племени! —читаютс€ всЄ равно что за собак! ƒопускаетс€ возможность и разумность прирезать всех до единого, всЄ плем€, с женами и детьми. » заметьте еще (это очень важно), это не граф Ѕиконсфильд говорит: тот может выразить такие же разбойничьи и зверские убеждени€, принужденный к тому политикой, Уанглийскими интересамиФ, а ведь ‘орбес Ч частный человек, не государственный, на которого соблюдение интересов јнглии во что бы ни стало и чего бы ни стоило не возложено, да еще человек-то какой: честный, талантливый, правдивый, гуманный, по прежним письмам своим. “ут именно, именно причиною кака€-то западноевропейска€ гадливость ко всему, что носит им€ слав€нства. Ётих болгар можно заваривать кип€тком, как гнезда клопов в старушечьих дерев€нных кроват€х! Ќет ли тут именно какого-нибудь инстинкта, предчувстви€, что все эти слав€нские восточные племена, освобод€сь, займут когда-нибудь огромную роль в новом гр€дущем человечестве, вместо сбившейс€ с правого пути старой цивилизации, и станут на ее место? —ознательно западные люди, конечно, это не могут теперь представить и допустить даже, точно так же как нельз€ им представить гнезда клопов Ч за что-то высшее и гр€дущее сменить их. Ќо тут –осси€, тут, очевидно, подн€та иде€ совершенно нова€, всем на соблазн, на гнев и удивление, тут показалось уже знам€ будущего, а так как –осси€ не Угнездо клоповФ, как дл€ них болгары, а гигант и сила, не признать которую невозможно, и так как –осси€ тоже слав€нска€ наци€, то как, должно быть, эти западные люди ненавид€т теперь и –оссию в сердцах своих даже инстинктивно, безотчетно, раду€сь вс€кому ее неуспеху и вс€кой беде ее! »менно тут инстинкт, тут предчувствие будущего...

III. ќƒЌќ —ќ¬—≈ћ ќ—ќЅќ≈ —Ћќ¬÷ќ ќ —Ћј¬яЌј’,  ќ“ќ–ќ≈ ћЌ≈ ƒј¬Ќќ ’ќ“≈Ћќ—№ — ј«ј“№

 стати, скажу одно особое словцо о слав€нах и о слав€нском вопросе. » давно мне хотелось сказать его. “еперь же именно заговорили вдруг у нас все о скорой возможности мира, то есть, стало быть, о скорой возможности хоть сколько-нибудь разрешить и слав€нский вопрос. ƒадим же волю нашей фантазии и представим вдруг, что всЄ дело кончено, что насто€ни€ми и кровью –оссии слав€не уже освобождены, мало того, что турецкой империи уже не существует и что Ѕалканский полуостров свободен и живет новою жизнью. –азумеетс€, трудно предречь, в какой именно форме, до последних подробностей, €витс€ эта свобода слав€н хоть на первый раз, Ч то есть будет ли это кака€-нибудь федераци€ между освобожденными мелкими племенами (NB. ‘едерации, кажетс€, еще очень, очень долго не будет) или €в€тс€ небольшие отдельные владени€ в виде маленьких государств, с призванными из разных владетельных домов государ€ми? Ќельз€ также представить: расширитс€ ли наконец в границах своих —ерби€ или јвстри€ тому воспреп€тствует, в каком объеме €витс€ Ѕолгари€, что станетс€ с √ерцеговиной, Ѕоснией, в какие отношени€ станут с новоосвобожденными слав€нскими народцами, например, румыны или греки даже, Ч константинопольские греки и те, другие, афинские греки? Ѕудут ли, наконец, все эти земли и землицы вполне независимы или будут находитьс€ под покровительством и надзором Уевропейского концерта державФ, в том числе и –оссии (€ думаю, сами эти народики все непременно выпрос€т себе европейский концерт, хоть вместе с –оссией, но единственно в виде покровительства их от властолюби€ –оссии) Ч всЄ это невозможно решить заранее в точности, и € не берусь разрешать. Ќо, однако, возможно и теперь Ч наверно знать две вещи: 1) что скоро или оп€ть не скоро, а все слав€нские племена Ѕалканского полуострова непременно в конце концов освобод€тс€ от ига турок и заживут новою, свободною и, может быть, независимою жизнью, и 2) ... ¬от это-то второе, что наверно, вернейшим образом случитс€ и сбудетс€, мне и хотелось давно высказать.

»менно, это второе состоит в том, что, по внутреннему убеждению моему, самому полному и непреодолимому, Ч не будет у –оссии, и никогда еще не было, таких ненавистников, завистников, клеветников и даже €вных врагов, как все эти слав€нские племена, чуть только их –осси€ освободит, а ≈вропа согласитс€ признать их освобожденными! » пусть не возражают мне, не оспаривают, не кричат на мен€, что € преувеличиваю и что € ненавистник слав€н! я, напротив, очень люблю слав€н, но € и защищатьс€ не буду, потому что знаю, что всЄ точно так именно сбудетс€, как € говорю, и не по низкому, неблагодарному, будто бы, характеру слав€н, совсем нет, Ч у них характер в этом смысле как у всех, Ч а именно потому, что такие вещи на свете иначе и происходить не могут. –аспростран€тьс€ не буду, но знаю, что нам отнюдь не надо требовать с слав€н благодарности, к этому нам надо приготовитьс€ вперед. Ќачнут же они, по освобождении, свою новую жизнь, повтор€ю, именно с того, что выпрос€т себе у ≈вропы, у јнглии и √ермании, например, ручательство и покровительство их свободе, и хоть в концерте европейских держав будет и –осси€, но они именно в защиту от –оссии это и сделают. Ќачнут они непременно с того, что внутри себ€, если не пр€мо вслух, объ€в€т себе и убед€т себ€ в том, что –оссии они не об€заны ни малейшею благодарностью, напротив, что от властолюби€ –оссии они едва спаслись при заключении мира вмешательством европейского концерта, а не вмешайс€ ≈вропа, так –осси€, отн€в их у турок, проглотила бы их тотчас же, Уиме€ в виду расширение границ и основание великой ¬сеслав€нской империи на порабощении слав€н жадному, хитрому и варварскому великорусскому племениФ. ƒолго, о, долго еще они не в состо€нии будут признать бескорысти€ –оссии и великого, св€того, неслыханного в мире подн€ти€ ею знамени величайшей идеи, из тех идей, которыми жив человек и без которых человечество, если эти идеи перестанут жить в нем, Ч коченеет, калечитс€ и умирает в €звах и в бессилии. Ќынешнюю, например, всенародную русскую войну, всего русского народа, с царем во главе, подъ€тую против извергов за освобождение несчастных народностей, Ч эту войну пон€ли ли наконец слав€не теперь, как вы думаете? Ќо о теперешнем моменте € говорить не стану, к тому же мы еще нужны слав€нам, мы их освобождаем, но потом, когда освободим и они кое-как устро€тс€, Ч признают они эту войну за великий подвиг, предприн€тый дл€ освобождени€ их, решите-ка это? ƒа ни за что на свете не признают! Ќапротив, выстав€т как политическую, а потом и научную истину, что не будь во все эти сто лет освободительницы-–оссии, так они бы давным-давно сами сумели освободитьс€ от турок, своею доблестью или помощию ≈вропы, котора€, оп€ть-таки не будь на свете –оссии, не только бы не имела ничего против их освобождени€, но и сама освободила бы их. Ёто хитрое учение наверно существует у них уже и теперь, а впоследствии оно неминуемо разовьетс€ у них в научную и политическую аксиому. ћало того, даже о турках станут говорить с большим уважением, чем об –оссии. ћожет быть, целое столетие, или еще более, они будут беспрерывно трепетать за свою свободу и бо€тьс€ властолюби€ –оссии; они будут заискивать перед европейскими государствами, будут клеветать на –оссию, сплетничать на нее и интриговать против нее. ќ, € не говорю про отдельные лица: будут такие, которые поймут, что значила, значит и будет значить –осси€ дл€ них всегда. ќни поймут всЄ величие и всю св€тость дела –оссии и великой идеи, знам€ которой поставит она в человечестве. Ќо люди эти, особенно вначале, €в€тс€ в таком жалком меньшинстве, что будут подвергатьс€ насмешкам, ненависти и даже политическому гонению. ќсобенно при€тно будет дл€ освобожденных слав€н высказывать и трубить на весь свет, что они племена образованные, способные к самой высшей европейской культуре, тогда как –осси€ Ч страна варварска€, мрачный северный колосс, даже не чистой слав€нской крови, гонитель и ненавистник европейской цивилизации. ” них, конечно, €в€тс€, с самого начала, конституционное управление, парламенты, ответственные министры, ораторы, речи. »х будет это чрезвычайно утешать и восхищать. ќни будут в упоении, чита€ о себе в парижских и в лондонских газетах телеграммы, извещающие весь мир, что после долгой парламентской бури пало наконец министерство в Ѕолгарии и составилось новое из либерального большинства и что какой-нибудь ихний »ван „ифтлик согласилс€ наконец прин€ть портфель президента совета министров. –оссии надо серьезно приготовитьс€ к тому, что все эти освобожденные слав€не с упоением ринутс€ в ≈вропу, до потери личности своей зараз€тс€ европейскими формами, политическими и социальными, и таким образом должны будут пережить целый и длинный период европеизма прежде, чем постигнуть хоть что-нибудь в своем слав€нском значении и в своем особом слав€нском призвании в среде человечества. ћежду собой эти землицы будут вечно ссоритьс€, вечно друг другу завидовать и друг против друга интриговать. –азумеетс€, в минуту какой-нибудь серьезной беды они все непременно обрат€тс€ к –оссии за помощью.  ак ни будут они ненавистничать, сплетничать и клеветать на нас ≈вропе, заигрыва€ с нею и увер€€ ее в любви, но чувствовать-то они всегда будут инстинктивно (конечно, в минуту беды, а не раньше), что ≈вропа естественный враг их единству, была им и всегда останетс€, а что если они существуют на свете, то, конечно, потому, что стоит огромный магнит Ч –осси€, котора€, неодолимо прит€гива€ их всех к себе, тем сдерживает их целость и единство. Ѕудут даже и такие минуты, когда они будут в состо€нии почти уже сознательно согласитьс€, что не будь –оссии, великого восточного центра и великой влекущей силы, то единство их мигом бы развалилось, рассе€лось в клочки и даже так, что сама€ национальность их исчезла бы в европейском океане, как исчезают несколько отдельных капель воды в море. –оссии надолго достанетс€ тоска и забота мирить их, вразумл€ть их и даже, может быть, обнажать за них меч при случае. –азумеетс€, сейчас же представл€етс€ вопрос: в чем же тут выгода –оссии, из-за чего –осси€ билась за них сто лет, жертвовала кровью своею, силами, деньгами? Ќеужто из-за того, чтоб пожать столько маленькой, смешной ненависти и неблагодарности? ќ, конечно, –осси€ всЄ же всегда будет сознавать, что центр слав€нского единства Ч это она, что если живут слав€не свободною национальною жизнию, то потому, что этого захотела и хочет она, что совершила и создала всЄ она. Ќо какую же выгоду доставит –оссии это сознание, кроме трудов, досад и вечной заботы?

ќтвет теперь труден и не может быть €сен.

¬о-первых, у –оссии, как нам всем известно, и мысли не будет, и быть не должно никогда, чтобы расширить насчет слав€н свою территорию, присоединить их к себе политически, наделать из их земель губерний и проч. ¬се слав€не подозревают –оссию в этом стремлении даже теперь, равно как и вс€ ≈вропа, и будут подозревать еще сто лет вперед. Ќо да сохранит бог –оссию от этих стремлений, и чем более она выкажет самого полного политического бескорысти€ относительно слав€н, тем вернее достигнет объединени€ их около себ€ впоследствии, в веках, сто лет спуст€. ƒоставив, напротив, слав€нам, с самого начала, как можно более политической свободы и устранив себ€ даже от вс€кого опекунства и надзора над ними и объ€вив им только, что она всегда обнажит меч на тех, которые пос€гнут на их свободу и национальность, –осси€ тем самым избавит себ€ от страшных забот и хлопот поддерживать силою это опекунство и политическое вли€ние свое на слав€н, им, конечно, ненавистное, а ≈вропе всегда подозрительное. Ќо выказав полнейшее бескорыстие, тем самым –осси€ и победит, и привлечет, наконец, к себе слав€н; сначала в беде будут прибегать к ней, а потом, когда-нибудь, ворот€тс€ к ней и прильнут к ней все, уже с полной, с детской доверенностью. ¬се ворот€тс€ в родное гнездо. ќ, конечно, есть разные ученые и поэтические даже воззрени€ и теперь в среде многих русских. Ёти русские ждут, что новые, освобожденные и воскресшие в новую жизнь слав€нские народности с того и начнут, что прильнут к –оссии, как к родной матери и освободительнице, и что несомненно и в самом скором времени привнесут много новых и еще не слыханных элементов в русскую жизнь, расшир€т слав€нство –оссии, душу –оссии, повли€ют даже на русский €зык, литературу, творчество, обогат€т –оссию духовно и укажут ей новые горизонты. ѕризнаюсь, мне всегда казалось это у нас лишь учеными увлечени€ми; правда же в том, что, конечно, что-нибудь произойдет в этом роде несомненно, но не ранее ста, например, лет, а пока, и, может быть, еще целый век, –оссии вовсе нечего будет брать у слав€н ни из идей их, ни из литературы, и чтоб учить нас, все они страшно не доросли. Ќапротив, весь этот век, может быть, придетс€ –оссии боротьс€ с ограниченностью и упорством слав€н, с их дурными привычками, с их несомненной и близкой изменой слав€нству ради европейских форм политического и социального устройства, на которые они жадно накинутс€. ѕосле разрешени€ —лав€нского вопроса –оссии, очевидно, предстоит окончательное разрешение ¬осточного вопроса. ƒолго еще не поймут теперешние слав€не, что такое ¬осточный вопрос! ƒа и слав€нского единени€ в братстве и согласии они не поймут тоже очень долго. ќбъ€сн€ть им это беспрерывно, делом и великим примером будет всегдашней задачей –оссии впредь. ќп€ть-таки скажут: дл€ чего это всЄ, наконец, и зачем брать –оссии на себ€ такую заботу? ƒл€ чего: дл€ того, чтоб жить высшею жизнью, великою жизнью, светить миру великой, бескорыстной и чистой идеей, воплотить и создать в конце концов великий и мощный организм братского союза племен, создать этот организм не политическим насилием, не мечом, а убеждением, примером, любовью, бескорыстием, светом; вознести наконец всех малых сих до себ€ и до пон€ти€ ими материнского ее призвани€ Ч вот цель –оссии, вот и выгоды ее, если хотите. ≈сли нации не будут жить высшими, бескорыстными иде€ми и высшими цел€ми служени€ человечеству, а только будут служить одним своим УинтересамФ, то погибнут эти нации несомненно, окоченеют, обессилеют и умрут. ј выше целей нет, как те, которые поставит перед собой –осси€, служа слав€нам бескорыстно и не требу€ от них благодарности, служа их нравственному (а не политическому лишь) воссоединению в великое целое. “огда только скажет всеслав€нство свое новое целительное слово человечеству... ¬ыше таких целей не бывает никаких на свете. —тало быть, и УвыгоднееФ ничего не может быть дл€ –оссии, как иметь всегда перед собой эти цели, всЄ более и более у€сн€ть их себе самой и всЄ более и более возвышатьс€ духом в этой вечной, неустанной и доблестной работе своей дл€ человечества.

Ѕудь окончание нынешней войны благополучно Ч и –осси€ несомненно войдет в новый и высший фазис своего быти€...

√Ћј¬ј “–≈“№я

I. “ќЋ » ќ ћ»–≈. У ќЌ—“јЌ“»ЌќѕќЋ№ ƒќЋ∆≈Ќ Ѕџ“№ ЌјЎФ Ч ¬ќ«ћќ∆Ќќ Ћ» Ё“ќ? –ј«Ќџ≈ ћЌ≈Ќ»я

ј про окончание войны все вдруг начали толковать, не только в ≈вропе, но и у нас. ¬се пустились дебатировать веро€тные услови€ мира. ѕри€тно то, что даже большинство наших политических газет, более или менее, но верно ценит теперь труды, кровь и усили€ –оссии, и услови€ мира предполагает по возможности в размерах этих усилий. ”тешительно особенно то, что большинство суд€щих начинает признавать и самосто€тельность –оссии ввиду гр€дущих несомненных европейских вмешательств при заключении мира, и право ее заключить мир сепаратный, личный, не призыва€ ≈вропы и даже не очень внима€ ей, если будет возможно. ”часть слав€н беретс€ тоже в расчет. “олкуют о вознаграждени€х, с большим жаром требуют железных турецких мониторов. Ќа присоединение  арса, Ёрзерума и на право наше присоединить их к себе многие изъ€вили полное согласие.

≈сть люди, которые, впрочем, до сих пор обижаютс€ даже предположением, что мы что-нибудь смеем присоединить вроде  арса. «ато есть, наконец, и такие, которые толкуют даже о  онстантинополе, не то что о  арсе, и о том, что  онстантинополь должен быть наш. Ёти толки и рассуждени€ о мире и об услови€х мира будут теперь повтор€тьс€ неустанно, после каждого крупного нашего военного действи€. ћне хочетс€ только заметить, что во всех этих теперешних суждени€х наших органов (или почти) кроетс€ как будто какой-то не то что промах, а недосмотр. »менно, все считают ≈вропу... ≈вропой, то есть такой же ≈вропой, какой была она с разными варь€ци€ми во всЄ столетие, Ч то есть те же почти великие державы принимаютс€, то же политическое равновесие имеетс€ в виду и проч. ћежду тем как ≈вропа с часу на час не та становитс€ теперь, что была даже назад тому полгода, и даже до того, что за три мес€ца вперед ручатьс€ теперь невозможно, Ч до того может изменитьс€ даже к будущей весне прежний лик ее.  олоссальные роковые текущие факты, которые должны формулироватьс€ и потребовать разрешени€, очень может быть скоро, берутс€ в расчет как бы всЄ еще не в тех размерах, в которых они существенно должны предстать перед миром. ƒаже состав той ≈вропы, котора€ может вмешатьс€ в наши дела при заключении мира, трудно определить теперь безошибочно. ј потому и толковать об услови€х мира лишь на прежних данных, недостаточно оцен€€ того, что все эти прежние данные Ч двинулись сами с места, текут, улетучиваютс€, ждут сами новых определении, Ч мне кажетс€, будет тоже ошибочно... ј впрочем, об этом потом. “еперь же, так как уже зашла речь о  онстантинополе, мне хочетс€ мимоходом отметить одно очень странное и почти неожиданное дл€ мен€ мнение о ближайших УсудьбахФ  онстантинопол€, выраженное человеком, от которого можно было ожидать совсем другого решени€ ввиду теперешних совершившихс€ и несомненно имеющих совершитьс€ событий. Ќиколай яковлевич ƒанилевский, написавший восемь лет тому назад превосходную книгу У–осси€ и ≈вропаФ, в которой есть лишь одна не€сна€ и нетверда€ глава, именно о будущей судьбе  онстантинопол€, напечатал недавно в газете У–усский мирФ р€д статей о том же самом предмете. ќкончательный вывод его о  онстантинополе очень оригинален.

я, впрочем, не буду разбирать во всей подробности.

ѕосле превосходных и верных рассуждений, например, о том, что  онстантинополь, по изгнании турок, отнюдь не может стать вольным городом, вроде, как, например, прежде  раков, не риску€ сделатьс€ гнездом вс€кой гадости, интриги, убежищем всех заговорщиков всего мира, добычей жидов, спекул€нтов и проч. и проч., Ч Ќ. я. ƒанилевский решает, что  онстантинополь должен, когда-нибудь, стать общим городом всех восточных народностей. ¬се народы будут-де владеть им на равных основани€х, вместе с русскими, которые тоже будут допущены ко владению им на основани€х, равных с слав€нами. “акое решение, по-моему, удивительно.  акое тут может быть сравнение между русскими и слав€нами? » кто это будет устанавливать между ними равенство?  ак может –осси€ участвовать во владении  онстантинополем на равных основани€х с слав€нами, если –осси€ им неравна во всех отношени€х Ч и каждому народцу порознь и всем им вместе вз€тым? ¬еликан √улливер мог бы, если б захотел, увер€ть лилипутов, что он им во всех отношени€х равен, но ведь это было бы очевидно нелепо. «ачем же напускать на себ€ нелепость до того, чтоб верить ей самому и насильно?  онстантинополь должен быть наш, завоеван нами, русскими, у турок и остатьс€ нашим навеки. ќдним нам он должен принадлежать, а мы, конечно, владе€ им, можем допустить в него и всех слав€н и кого захотим, еще сверх того, на самых широких основани€х, но это уже будет не федеративное владение вместе со слав€нами городом. ƒа вз€ть уже то, что вы федеративного соединени€ слав€н между собою еще целый век не добьетесь. –осси€ будет владеть лишь  онстантинополем и его необходимым округом, равно Ѕосфором и проливами, будет содержать в нем войско, укреплени€ и флот, и так должно быть еще долго, долго. ќ, подхват€т и закричат многие: У—тало быть, служение-то –оссии слав€нскому делу, видно, было не столь бескорыстное!Ф Ќа это легко отвечать, именно тем, что служение –оссии слав€нам теперь еще не окончитс€, а будет еще продолжатьс€ в веках, что ею только, и великой центральной силой ее, слав€не и будут на свете жить; что за такое служение никогда и ничем нельз€ будет заплатить, а что если и займет теперь –осси€  онстантинополь, то единственно потому, что у ней, в задачах ее и в назначении ее, есть кроме слав€нского и другой вопрос, самый великий дл€ нее и окончательный, а именно ¬осточный вопрос, и что разрешитьс€ этот вопрос может только в  онстантинополе. ‘едеративное же владение  онстантинополем разными народцами может даже умертвить ¬осточный вопрос, разрешени€ которого, напротив того, насто€тельно надо желать, когда придут к тому сроки, так как он тесно св€зан с судьбою и с назначением самой –оссии и разрешен может быть только ею. Ќе говорю уже о том, что все эти народцы лишь перессор€тс€ между собою в  онстантинополе, за вли€ние в нем и за обладание им. —сорить их будут греки. «авидовать тому, что они владеют такой великолепной точкой ≈вропы и земного шара, будут и западные слав€не... одним словом,  онстантинополь послужит тогда камнем раздора во всем слав€нском и восточном мире, что помешает единению слав€н и остановит ход правильной жизни их. —пасение в таком случае именно в том, если –осси€ займет  онстантинополь одна, дл€ себ€, за свой счет. –осси€ может сказать тогда восточным народам, что она потому берет себе  онстантинополь Ч Учто ни единый из вас, ни все вы вместе не доросли до него, а что она, –осси€, дорослаФ. » доросла. »менно теперь наступает этот новый фазис жизни –оссии.  онстантинополь есть центр восточного мира, а духовный центр восточного мира и глава его есть –осси€. –оссии именно нужно и даже полезно теперь, на некоторое врем€, забыть хоть немножко ѕетербург и побывать на ¬остоке, ввиду изменени€ судеб ее и всей ≈вропы, изменени€ близкого, сто€щего Упри двер€хФ. ¬прочем, оставим до времени разбор всех неудобств общего владени€  онстантинополем, и даже вреда от того, особенно дл€ слав€н, Ч заметим только, хоть несколько слов, о судьбе в таком случае константинопольских греков и православи€.

√реки ревниво будут смотреть на новое слав€нское начало в  онстантинополе и будут ненавидеть и бо€тьс€ слав€н даже более, чем бывших магометан. ≈ще недавний спор болгар с патриаршим престолом может послужить в таком случае примером будущего. ѕредсто€тели православи€ в  онстантинополе могут унизитьс€ до интриги, мелких прокл€тий, отлучений, неправильных соборов и проч., а может быть, упадут и до ереси Ч и всЄ это из-за национальных причин, из-за национальных оскорблений и раздражений. Уѕочему слав€не выше нас, могут сказать все греки вместе, почему признаетс€ их безусловное право на  онстантинополь, хот€ бы и вместе с нами?Ф “еперь в то же врем€ заметьте, что –осси€, владе€  онстантинополем, име€ силу и огромный очевидный авторитет, почти устранит возможность таких вопросов. ƒаже греки не могли бы ей столь завидовать и досадовать на нее за владение  онстантинополем, именно потому, что она столь очевидна€ сила и столь €вна€ владычица судеб ¬остока. –осси€, владе€  онстантинополем, будет сто€ть именно как бы на страже свободы всех слав€н и всех восточных народностей, не различа€ их с слав€нами. ћусульманское владение было во все эти столети€ дл€ всех этих народностей не единительной, но подавл€ющей силой, и они при нем шевельнутьс€ не смели, то есть вовсе не жили как люди. — уничтожением же мусульманского владычества может наступить в этих народност€х, выпрыгнувших вдруг из гнета на свободу, страшный хаос. “ак что не только правильна€ федераци€ между ними, но даже просто согласие Ч есть, без сомнени€, лишь мечта будущего. ј пока новой единительной дл€ них силой и будет –осси€, именно тем отчасти, что твердо станет в  онстантинополе. ќна спасет их друг от друга и именно будет сто€ть на страже их свободы. ќна будет сто€ть на страже всего ¬остока и гр€дущего пор€дка его. » наконец, она же и лишь она одна способна подн€ть на ¬остоке знам€ новой идеи и объ€снить всему восточному миру его новое назначение. »бо что такое ¬осточный вопрос? ¬осточный вопрос есть в сущности своей разрешение судеб православи€. —удьбы православи€ слиты с назначением –оссии. „то же это за судьбы православи€? –имское католичество, продавшее давно уже ’риста за земное владение, заставившее отвернутьс€ от себ€ человечество и бывшее таким образом главнейшей причиной матерь€лизма и атеизма ≈вропы, это католичество естественно породило в ≈вропе и социализм. »бо социализм имеет задачей разрешение судеб человечества уже не по ’ристу, а вне бога и вне ’риста, и должен был зародитьс€ в ≈вропе естественно, взамен упадшего христианского в ней начала, по мере извращени€ и утраты его в самой церкви католической. ”траченный образ ’риста сохранилс€ во всем свете чистоты своей в православии. — ¬остока и пронесетс€ новое слово миру навстречу гр€дущему социализму, которое, может, вновь спасет европейское человечество. ¬от назначение ¬остока, вот в чем дл€ –оссии заключаетс€ ¬осточный вопрос. я знаю, очень многие назовут такое суждение УкликушествомФ, но Ќ. я. ƒанилевский слишком может пон€ть то, что € говорю. Ќо дл€ такого назначени€ –оссии нужен  онстантинополь, так как он центр восточного мира. –осси€ уже сознает про себ€, с народом и царем своим во главе, что она лишь носительница идеи ’ристовой, что слово православи€ переходит в ней в великое дело, что уже началось это дело с теперешней войной, а впереди перед ней еще века трудов, самопожертвовани€, насаждени€ братства народов и гор€чего материнского служени€ ее им, как дорогим дет€м.

ƒа, это великое христианское дело, эта нова€ де€тельность христианства и православи€ уже начались, именно в теперешнюю войну и фактом теперешней войны, а Ќ. я. ƒанилевский всЄ еще не верит тому... не верит, очевидно, потому, что не считает пока никого еще достойным овладеть  онстантинополем, и даже –оссию. Ќе доросли, что ли, до  онстантинопол€ русские Ч трудно пон€ть.  онечно, трудно устроить согласное и равное на правах владение  онстантинополем всех восточных народов и народцев, но ведь допускает же автор статьи, что –осси€ могла бы владеть  онстантинополем одна, пока, временно, так сказать, более охран€€ его, чем сме€ владеть им, с тем, однако, чтоб после передать его на общее владение народцам (дл€ чего? дл€ чего передать?).  ажетс€, Ќ. я. ƒанилевский считает, что дл€ самой –оссии будет искусительно и, так сказать, развратительно единоличное владение  онстантинополем, возбудит в ней дурные завоевательные инстинкты и проч., но, кажетс€, пора бы наконец уверовать в –оссию, особенно после подвига теперешней войны. ќна доросла-с; даже до  онстантинопол€ доросла...

» вдруг автор даже и пока не решаетс€ доверить –оссии  онстантинополь. », представьте, чем кончает: он выводит, что пока надо продлить существование “урции (отн€в у ней всех слав€н, Ѕалканы и проч.) и оставить пока  онстантинополь под властью турок и что это даже будто бы самое выгодное дл€ –оссии теперь решение и в этом почти перст божий. Ќо почему же, перст-то божий почему? –азумеетс€, автор предполагает при этом новом существовании “урции полнейшее вли€ние на нее –оссии и, так сказать, зависимость “урции от –оссии. Ќо дл€ чего такой маскарад? –ассудите: владыка –осси€, а все-таки на врем€ надо турку поставить. «аметим, что на такую комбинацию ≈вропа еще скорее не согласитс€, чем на окончательное завоевание “урции, ибо лучше уже совершившийс€ факт, чем всЄ еще оспариваемый, продолжаемый, угрожающий новыми войнами в самом близком будущем. “аким образом, автор почти сошелс€, в конце концов, с политическим мнением лорда Ѕиконсфильда, то есть что существование “урции необходимо и уничтожена она быть не может.

Уќт “урции останетс€ одна тень, Ч говорит Ќ. я. ƒанилевский, Ч но тень эта должна (?) еще до поры до времени отен€ть берега Ѕосфора и ƒарданелл, ибо заменить ее живым, и не только живым, но еще здоровым организмом, пока невозможно (!?)...Ф

Ёто –осси€-то не здоровый и даже не живой еще организм, которым нельз€ даже сметь заменить в столице православи€ гнилье турок? Ёто дл€ мен€ удивительно (оп€ть-таки после подвига теперешней войны!). „его-нибудь € тут верно не понимаю. Ќе разумеет ли автор, просто-напросто, что потому невозможно еще пустить –оссию в  онстантинополь (дл€ единоличного владени€ или дл€ передачи его потом народам), что ≈вропа не согласитс€ ее впустить. ћожет быть, автор не верит, что –осси€ в нынешнюю войну в силах достигнуть такого окончательного результата. ќн именно говорит в одном месте своей статьи, Учто зан€тие  онстантинопол€ русскими встретит самое решительное сопротивление со стороны большинства европейских державФ. ≈сли так, то заключение его о необходимости оставить на врем€ турок в  онстантинополе становитс€ пон€тнее; тем не менее насчет Усопротивлени€ большинства европейских державФ можно заметить две вещи: 1) что, как сказал € выше, ≈вропа, может быть, скорее найдет примирительный исход в зан€тии нашем  онстантинопол€, чем в той формуле, которую предлагает г-н ƒанилевский, то есть “урцию обезличенную, под полной опекой –оссии, без Ѕалкан, без слав€н, с срытыми крепост€ми, без флота, одним словом, УтеньФ прежней “урции, как выражаетс€ автор. ”ж конечно, не этой “урции желало бы Убольшинство европейских державФ, и, оставив на свете лишь Утень “урцииФ, ее тем не надуешь: У¬сЄ равно, не сегодн€, так завтра войдете в  онстантинопольФ, Ч скажет она русским. ј потому окончательное решение дл€ нее будет решительно предпочтительнее, чем “урци€ в виде тени. ¬торое, что можно заметить, это то, что, может быть, действительно никогда еще не было (и не будет) такого выгодного дл€ нас момента дл€ зан€ти€  онстантинопол€, как теперь, именно в эту войну, именно в данный или весьма близкий к тому момент, ввиду политического положени€ самой ≈вропы в этот момент.

II. ќѕя“№ ¬ ѕќ—Ћ≈ƒЌ»… –ј« Уѕ–ќ–»÷јЌ»яФ

¬ы всЄ говорите: Убольшинство европейских державФ не позволит. Ќо что такое теперь Убольшинство европейских державФ? ќпределимо ли оно даже в насто€щую минуту? ѕовтор€ю сказанное выше: ≈вропа с часу на час становитс€ не такой, как была прежде, еще недавно, как была, может быть, всего назад еще полгода, так что теперь даже за три мес€ца вперед ручатьс€ и за дальнейшую неизмен€емость ее нельз€. ƒело в том, что мы именно накануне самых величайших и потр€сающих событий и переворотов в самой ≈вропе, и это без вс€кого преувеличени€. ¬ данный же момент, теперь, в но€бре, это Убольшинство европейских державФ, которые могли бы нам сказать в чем-нибудь свое грозное vetо при заключении мира, Ч сводитс€ лишь на јнглию, Ч и Ч вр€д ли еще на јвстрию, хот€ јнгли€ во что бы ни стало вовлекает ее в союз и даже надеетс€ на союз и с ‘ранцией. Ќо мы будем (теперь уже это очевидно) не одни. ¬ ≈вропе есть √ермани€, и та на нашей стороне.

ƒа, ≈вропу ждут огромные перевороты, такие, что ум людей отказываетс€ верить в них, счита€ осуществление их как бы чем-то фантастическим. ћежду тем многое, что еще нынешним летом считалось фантастическим, невозможным и преувеличенным, Ч сбылось в ≈вропе к концу года буквально, и мнение, например, о силе католического всемирного заговора Ч мнение, над которым все еще летом склонны были сме€тьс€ и, по крайней мере, пренебрегать им, раздел€етс€ теперь всеми и подтвердилось фактами. Ќапоминаю об этом единственно дл€ того, чтоб читатели поверили и теперешним Упредсказань€мФ нашим и не сочли бы их фантастическою и преувеличенною картиною, как, веро€тно, сочли многие наши летние предсказани€ в мае, июне, июле и августе, и которые, однако, сбылись до буквальной точности.

≈динственный политик в ≈вропе, проникающий гениальным взгл€дом своим в самую глубь фактов, Ч есть, бесспорно, кн€зь Ѕисмарк. —амого страшного врага √ермании, ее единства и ее обновленного будущего он прозрел, еще задолго назад Ч в римском католицизме и в порожденном католицизмом чудовище Ч социализме. (—оциализмом проедена √ермани€.) –аздавить католицизм в момент избрани€ нового папы Ѕисмарку необходимо. ќ, он понимает, что он не раздавит его окончательно и что он только поставит его в известный новый фазис борьбы. Ќо старый фазис борьбы, дл€ католицизма, еще продолжаетс€, пока жива ‘ранци€. ѕока жива ‘ранци€, у католицизма есть сильный меч и есть надежды на европейскую коалицию. „то до ‘ранции, то эта страна в глазах кн. Ѕисмарка Ч обречена уже судьбе своей. ƒл€ него один вопрос: или ей жить, или √ермании. »бо падет ‘ранци€ Ч и католицизм, вместе с социализмом, войдут в новый фазис. » пока европейские политики, следу€ за нескончаемой борьбой ћак-ћагона с республиканцами, желают от всего сердца победы республиканцам, принима€ и вер€ еще, что республика есть во ‘ранции правительство народное и способное соединить ‘ранцию, Ч кн€зь Ѕисмарк, тем временем, понимает вполне, что ‘ранци€ отжила свой век, что эта наци€ разделилась внутренне и окончательно сама на себ€ навеки и что в ней никогда уже более не будет твердого и един€щего всех авторитетного правлени€, здорового национального и един€щего центра. » хоть слабость ‘ранции могла бы, таким образом, лишь обнадеживать √ерманию, но кн€зь Ѕисмарк всЄ же видит, что, повторю это, пока живет ‘ранци€, дотоле жив и римский католицизм политически и имеет в руках своих обнаженный меч, мало того, Ч что католицизм-то, может быть, и мог бы еще раз, на врем€, послужить дл€ этой разложившейс€ страны Ч един€щей идеей, хот€ бы внешнеполитически. »бо даже и быть не может, чтоб ‘ранци€, хот€ бы и с республиканцами во главе, могла не обнажить, рано ли, поздно ли, меча за папу и за судьбы католичества. –еспубликанцы даже сами увидели бы, что оставь они папу и католичество, то и собственное их существование во ‘ранции стало бы невозможным. ѕравда, сами-то они, может, будут и неспособны пон€ть это даже до самого конца своего и, таким образом, пребудут до конца не только фаворитами (протеже) кн€з€ Ѕисмарка, которых он, однако же, всЄ равно приговорил уже про себ€ к смерти, вместе с прочими французскими парти€ми, имеющими претензию на способность вновь соединить ‘ранцию в одно неразрывное целое, Ч но и рабами √ермании, отдающими ей и всю ‘ранцию не только в политическое, но и во внутреннее, существенное и духовное рабство, именно тем, что лишают ‘ранцию самой самосто€тельнейшей из политических и исторических идей ее, вырывают у ней то знам€, которое она высоко держала столько веков как представительница романского элемента в европейском человечестве. Ќо зато те, которые сгон€т за это бездарных и бесполезных республиканцев с места, непременно позабот€тс€ воздвигнуть (Ѕисмарк знает это), в последний раз, католическое знам€ против √ермании Ч знам€, в которое уже, повтор€ю это, не верит ‘ранци€, уже сама почти вс€ отрицает его, но которое может еще послужить ей политически последней точкой упоры и единени€ против рокового (и последнего тоже) натиска протестантской √ермании, вечно протестовавшей против западноевропейских, унаследованных еще от древнего –има начал целой половины европейского человечества.

ј потому кн€зь Ѕисмарк, веро€тнее всего, уже предрешил судьбу ‘ранции. ‘ранцию ждет судьба ѕольши, и политически жить она не будет Ч или не будет и √ермании. ƒостигнув этого, он принудит тогда воюющее римское католичество (которое будет воевать до окончани€ мира) войти в новый фазис существовани€ и борьбы за существование Ч в фазис подземной, рептильной, заговорной войны. » он ждет его в этом новом фазисе. „ем скорее это совершитс€, тем дл€ него лучше, так как тут он ждет уже соединени€ обоих врагов √ермании и человечества вместе и тем самым раздавить их надеетс€ легче, зараз...

III. Ќјƒќ Ћќ¬»“№ ћ»Ќ”“”

—оединение же обоих врагов произойдет несомненно, только лишь падет политически ‘ранци€. ќба врага эти имели с ‘ранцией всегда органическую св€зь.  атоличество, почти до последнего времени, было един€щей и существенной идеей ее. —оциализм же и зародилс€ в ней. Ћишив ‘ранцию политической жизни, кн€зь Ѕисмарк думает нанести удар и социализму. —оциализм, как наследие католицизма и ‘ранции, ненавистен более всех истинному германцу, и простительно, что представители √ермании думают с ним так легко справитьс€, уничтожив лишь политически ‘ранцию как источник и начало его. Ќо вот что произойдет, по всей веро€тности, если падет политически ‘ранци€: католичество потер€ет свой меч и в первый раз обратитс€ к народу, которого оно презирало столько веков, заискива€ у королей и императоров земных. Ќо теперь оно обратитс€ к народу, ибо некуда идти ему больше, обратитс€ именно к предводител€м наиболее подвижного и подымчивого элемента в народе, социалистам. Ќароду оно скажет, что всЄ, что проповедуют им социалисты, проповедовал и ’ристос. ќно исказит и продаст им ’риста еще раз, как продавало прежде столько раз за земное владение, отстаива€ права инквизиции, мучившей людей за свободу совести во им€ люб€щего ’риста, Ч ’риста, дорожащего лишь свободно пришедшим учеником, а не купленным или напуганным. ќно продавало ’риста, благословл€€ иезуитов и одобр€€ праведность Увс€кого средства дл€ ’ристова делаФ. ¬сЄ ’ристово же дело оно искони обратило лишь в заботу о земном владении своем и о будущем государственном обладании всем миром.  огда католическое человечество отвернулось от того чудовищного образа, в котором им представили наконец ’риста, то после целого р€да веков протестов, реформации и проч. €вились наконец, с начала нынешнего столети€, попытки устроитьс€ вне бога и вне ’риста. Ќе име€ инстинкта пчелы или муравь€, безошибочно и точно созидающих улей и муравейник, люди захотели создать нечто вроде человеческого безошибочного муравейника. ќни отвергли происшедшую от бога и откровением возвещенную человеку единственную формулу спасени€ его: У¬озлюби ближнего как самого себ€Ф Ч и заменили ее практическими выводами вроде: УChacun pour soi et Dieu pour tousФ ( 7 ) Ч или научными аксиомами вроде Уборьбы за существованиеФ. Ќе име€ инстинкта животных, по которому те живут и устраивают жизнь свою безошибочно, люди гордо вознаде€лись на науку, забыв, что дл€ такого дела, как создать общество, наука еще всЄ равно что в пеленках. явились мечтани€. Ѕудуща€ ¬авилонска€ башн€ стала идеалом и, с другой стороны, страхом всего человечества. Ќо за мечтател€ми €вились вскоре уже другие учени€, простые и пон€тные всем, вроде: Уќграбить богатых, залить мир кровью, а там как-нибудь само собою всЄ вновь устроитс€Ф. Ќаконец, пошли дальше и этих учителей, €вилось учение анархии, за которою, если б она могла осуществитьс€, наверно бы началс€ вновь период антропофагии, и люди принуждены были бы начинать оп€ть всЄ сначала, как тыс€ч за дес€ть лет назад.  атоличество понимает всЄ это отлично и сумеет соблазнить предводителей подземной войны. ќно скажет им: У” вас нет центра, пор€дка в ведении дела, вы раздробленна€ по всему миру сила, а теперь, с падением ‘ранции, и придавленна€. я буду единением вашим и привлеку к вам и всех тех, кто в мен€ еще веруетФ. “ак или этак, а соединение произойдет.  атоличество умирать не хочет, социальна€ же революци€ и новый, социальный период в ≈вропе тоже несомненен: две силы, несомненно, должны согласитьс€, два течени€ слитьс€. –азумеетс€, католичеству даже выгодна будет резн€, кровь, грабеж и хот€ бы даже антропофаги€. “ут-то оно и может наде€тьс€ поймать на крючок, в мутной воде, еще раз свою рыбу, предчувству€ момент, когда наконец измученное хаосом и бесправицей человечество броситс€ к нему в объ€ти€, и оно очутитс€ вновь, но уже всецело и на€ву, нераздельно ни с кем и единолично, Уземным владыкою и авторитетом мира сегоФ и тем окончательно уже достигнет цели своей.  артина эта, увы Ч не фантази€. я положительно удостовер€ю, что ее уже прозирают очень и очень многие на «ападе. », веро€тно, прозирают и владыки √ермании. Ќо предводители германского народа в одном ошибаютс€: в легкости победить и подавить этих двух страшных и уже соединенных врагов. ќни надеютс€ на силу обновленной √ермании, протестантского и протестующего ее духа против древнего и нового –има, начал и последствий его. Ќо не они останов€т чудовище: остановит и победит его воссоединенный ¬осток и новое слово, которое скажет он человечеству...

¬о вс€ком случае одно кажетс€ €сным, именно: мы нужны √ермании даже более, чем думаем. » нужны мы ей не дл€ минутного политического союза, а навечно. »де€ воссоединенной √ермании широка, величава и смотрит в глубь веков. „то √ермании делить с нами? объект ее Ч всЄ западное человечество. ќна себе предназначила западный мир ≈вропы, провести в него свои начала вместо римских и романских начал и впредь стать предводительницею его, а –оссии она оставл€ет ¬осток. ƒва великие народа, таким образом, предназначены изменить лик мира сего. Ёто не затеи ума или честолюби€: так сам мир слагаетс€. ≈сть новые и странные факты и по€вл€ютс€ каждый день.  огда у нас, еще на дн€х почти, говорить и мечтать о  онстантинополе считалось даже чем-то фантастическим, в германских газетах заговорили многие о зан€тии нами  онстантинопол€ как о деле самом обыкновенном. Ёто почти странно сравнительно с прежними отношени€ми к нам √ермании. Ќадо считать, что дружба –оссии с √ерманией нелицемерна и тверда и будет укрепл€тьс€ чем дальше, тем больше, распростран€€сь и укрепл€€сь постепенно в народном сознании обеих наций, а потому, может быть, даже не было и момента дл€ –оссии выгоднее дл€ разрешени€ ¬осточного вопроса окончательно, как теперь. ¬ √ермании, может быть, даже нетерпеливее нашего ждут окончани€ нашей войны. ћежду тем действительно за три мес€ца нельз€ теперь поручитьс€.  ончим ли мы войну раньше, чем начнутс€ последние и роковые волнени€ ≈вропы? ¬сЄ это неизвестно. Ќо поспеем ли мы на помощь √ермании, нет ли, √ермани€ во вс€ком случае рассчитывает на нас не как на временных союзников, а как на вечных. „то же до текущей минуты Ч оп€ть-таки весь ключ дела во ‘ранции и в избрании папы. “ут может €витьс€ столкновение ‘ранции с √ерманией, теперь уже несомненное, тем более, что есть разжигатели. јнгли€ об нем особенно постараетс€, и тогда, может быть, двинетс€ и јвстри€. Ќо об этом обо всем мы говорили еще недавно. Ќичего с тех пор не изменилось, что бы могло опровергнуть прежние мнени€ наши, напротив, подтвердилось...

¬о вс€ком случае, –оссии надобно ловить минуту. ј долго ли эта благопри€тна€ европейска€ наша минута может продолжатьс€? ѕока действуют теперешние великие предводители √ермании, эта минута всего вернее дл€ нас обеспечена...